Виртуальность
Шрифт:
«Очевидно, вера в Бога дает человеку что-то такое, что давит в нем эгоистические помыслы и инстинкты материального стяжания и накопления. Может, и коммунистическая доктрина не умерла бы так исторически скоро, если бы призывала человека к отказу от материальных благ не ради мифической мировой революции и построения бесклассового общества, а ради самой души человеческой, ради ее спасения от гнетущего материального плена. Отцы коммунизма многое взяли из религии, но в угоду каким-то своим извращенным замыслам решили все перевернуть с ног на голову, хотя сами повсеместно утверждали обратное», —
И вот теперь генерала привело в лавру какое-то непреодолимое желание узнать мнение отца Александра о происходящих событиях. Генерал намеревался рассказать все: и о загадочных убийствах в корпорации и о тенях, появившихся в тоннелях метро. А о погроме христианских святынь отец Александр, конечно, не мог не слышать. Если отец Александр скажет, что тот кошмар, что происходит сейчас в городе, есть дело рук человеческих, — он, генерал, будет принимать соответствующие меры, а если в этих бесчинствах замешаны какие-то сверхъестественные силы, то пусть церковь укажет на это и поможет в борьбе.
Генерал прошел под массивные своды и оказался в длинном коридоре. Послушник вызвался проводить его до приемной настоятеля. Архимандрит Александр только что закончил молитву. На душе у него было неспокойно. Казалось, над городом сгустились черные тучи. Гнет тьмы ощущался почти физически, и в этом присутствии не было ничего хорошего.
Уже на утренних часах молитва не пошла. Братья спотыкались и пели невпопад. Такой утрени архимандрит не помнил. После службы братья обсуждали происходящие события. И хотя все мысленно ощущали присутствие незримого врага, в своих суждениях были очень осторожны. Днем отслужили литургию. Братья причастились Святых Даров и почувствовали себя немного лучше. Но ощущение надвигающейся угрозы только усилилось. Сейчас отец Александр готовился к вечернему богослужению и молил Бога, чтобы дал им силы принять вызов, брошенный врагом.
— Здравствуйте, отец Александр! — на пороге кабинета настоятеля стоял генерал Земнухов.
Отец Александр обернулся от окна и протянул широкую ладонь генералу:
— И вам дай Бог здоровья!
— Я ненадолго и сразу к делу, — заявил Земнухов. — Вы уже слышали, что делается в городе?
— Признаюсь, я ждал вашего приезда. Ведь должен же был кто-то из властей предержащих озаботиться тем, что происходит.
— Мы озаботились, отец Александр. Давно озаботились. Возможно, вы не владеете всей информацией, поэтому я хотел бы вам кое-что пояснить.
— Присаживайтесь, пожалуйста, — архимандрит указал на кресло, оббитое зеленым плюшем.
— Вы слышали, что происходит? В городе разгул вандализма. Такое впечатление, что люди сошли с ума. С Александровской колонны сбросили ангела, потом били его камнями. Змею, которую ангел попирал крестом, они вознесли вверх и вертикально поставили на колонну. Она до сих пор торчит там, эта гадюка!
— Знаю, — осторожно ответил отец Александр и внимательно посмотрел на генерала.
— Сейчас эти отморозки идут к Петропавловской крепости. Вы знаете, что они выкрикивают?
— Нет, я видел шествие только по телевизору. Звук не включали, шел только дикторский комментарий.
— Толпа обрела голос. Они кричат:
— Квалы? — у отца Александра мелькнула нехорошая догадка, но вначале он решил проверить, что об этом думает генерал.
— Похоже на храмы, вы не находите? Страшно представить, что произойдет, если толпа дойдет до Петропавловского собора. Там ведь захоронения и святыни, как и здесь в лавре… Я пришел к вам, отец Александр, чтобы вы дали оценку того, чем мы имеем дело.
— Не знаю, насколько я прав в своих подозрениях, но мне кажется, что эти люди находятся под влиянием чужой воли. Пока я смотрел телевизор, у меня сложилось впечатление, что эти люди похожи на запрограммированные автоматы. У них такие глаза… Я таких глаз ни у кого не видел, даже у наркоманов. Словно бы души покинули этих людей. И эти люди стали големами полностью подвластными чьей-то воле.
— Мы проверили несколько человек. Никаких наркотиков. Сейчас этими людьми занимаются психиатры.
— У меня есть некоторые соображения, но готовы ли вы принять мою точку зрения?
— Затем я и пришел, чтобы выслушать мнение служителей церкви. Я приму любые предположения, какими бы невероятными они ни показались, — сказал Земнухов.
— Вы правы, то, что происходит, — невероятно и необычно. Но мне кажется, вы пришли сообщить о чем-то еще, что не всем известно.
— Да, вы правы. Меня потрясли убийства в корпорации. Тело одного из охранников разорвано на куски. Человек такого сделать не мог, а следов взрывов, хищных зверей или промышленного оборудования в офисе корпорации не обнаружено. Кроме охранника, обнаружены еще три трупа сотрудников корпорации, включая профессора Мартина, все они тоже погибли при загадочных обстоятельствах. Но самое поразительное вчерашнее происшествие у метро. Вчера при засыпке тоннелей метро погибло несколько десятков человек. Многие видели, как из тоннелей вылезали какие-то тени. Затем произошла серия мощных взрывов и выбросов горячей воды, но никаких следов взрывоопасных газов и термальных вод впоследствии не обнаружено.
Отец Александр опустил взор и медленно перекрестился. Губы его шептали какую-то молитву.
Земнухов дождался, когда священник закончит молитву, и спросил:
— Что вы можете сказать по этому поводу, отец Александр?
— Мы с братией уже обсуждали сегодняшие происшествия. Есть свидетельства в пользу того, что эти люди одержимы злыми духами.
— Но как это могло произойти?
— Враг всегда незримо присутствует в нашем мире. Но если принять во внимание те факты, что вы мне сообщили, его присутствие приобрело обнаженные и резкие формы. Сатана перешел в наступление.
— И что нам делать?
— У вас есть какой-нибудь план по наведению порядка? — спросил отец Александр.
— План простой: запереть основную массу людей на Троицком мосту, оставшихся рассеять.
— Мост — это мышеловка. Начнется ужасная давка. Люди будут падать в воду. Многие погибнут.
— Но это единственный выход. Эти люди опасны. Они расправились с двумя взводами ОМОНа на Дворцовой площади. Если их пропустить к крепости, а идут они именно туда, справиться с ними будет гораздо труднее.