Чтение онлайн

– Мы тоже не хотим идти в часовню. Мисс Гуд-вин разрешила нам остаться с тобой.

Шантаж! Виолетта рассчитала все верно: с этими двумя бесенятами у него не будет ни минуты покоя.

– Бетти Сью тоже не хочет идти.

Прекрасно! Если эти трое будут предоставлены себе целый час, может начаться настоящая война, в которую со временем окажутся вовлечены все женщины Денвера. Джефф отложил ручку.

– Скажите мисс Гудвин, что через несколько минут я оденусь и буду готов отправиться в часовню. Можете также передать ей следующее: когда я последний раз был в церкви, шантаж не одобрялся христианской

религией, если не сказать, запрещался.

– Мисс Гудвин не упоминала о шантаже, – сказала Джульетта.

– Не сомневаюсь.

– А что такое шантаж? – спросила Эсси.

– Шантажировать – значит заставлять людей делать то, чего они не хотят, – объяснил Джефф.

– С детьми это происходит постоянно, – вздохнула Аурелия, полностью разочаровавшись в столь таинственном слове.

– Можно я побуду с вами, пока вы оденетесь? – попросила Эсси.

– Конечно нет, глупышка, – сказала Аурелия. – Девочки не должны смотреть, как одеваются мужчины.

– Потому что у тебя может появиться ребеночек, – с видом знатока добавила Джульетта.

– А как?

– Не знаю, но Коринна сказала, что такое произошло с одной ее маминой знакомой. Она говорит, что все так на нее разозлились, что этой леди пришлось даже уехать в другой город.

Джефф решил, что далеко не безопасно находиться в окружении девочек, вполне можно попасть в ловушку. А уж эта была одной из самых глубоких. Страшно подумать, какие бы выводы сделало денверское общество, услышав этот разговор.

– Все трое сию минуту ступайте вниз.

– Вы даже не прочитаете мое письмо? – спросила Эсси.

– Не сейчас. Если я не потороплюсь, могу опоздать к началу службы.

Кроме того, ему следовало решить, как вести себя с Виолеттой. Он не мог оставить без ответа этот явный шантаж.

Виолетта никак не могла отвлечься от мыслей о Джеффе и изо всех сил старалась не смотреть в его сторону каждую минуту. Если не взять себя в руки, все в часовне скоро начнут шептаться о ней. Виолетта бросила взгляд на стоящих внизу людей. Как раз в этот момент мисс Сеттл подняла глаза и побледнела, увидев на балконе Джеффа. Спотыкаясь, она добралась до своего места и с этой минуты постоянно молилась.

Гарольд Браун также присутствовал здесь. Он побледнел, заметив свою дочь, держащую за руку Джеффа Рандольфа. Интересно, сколько денег он одолжил у Джеффа и способен ли их отдать, подумала Виолетта. Но вот в одном она была точно уверена: с этих пор Гарольд Браун станет навещать Эсси регулярно.

Виолетта благодарила Бога, что больше никто из родителей не пришел на службу. Ей придется еще многое им объяснить, иначе все будет понято неправильно. К тому же Бетти Сью и так уже внесла достаточно смуты. Ее мать приезжала в пансионат два раза в неделю: во вторник и в пятницу. Виолетта не сомневалась, что Бетти наверняка написала ей обо всем, что произошло, добавив при этом пару фактов, существующих лишь в ее воображении.

Виолетта пыталась сосредоточиться на службе, но ее взгляд неизменно возвращался к Джеффу. Она вспомнила, с каким хмурым видом он спускался вниз, чтобы отправиться в церковь. Виолетта улыбнулась ему, и выражение его лица сразу смягчилось. Она знала, что он не сердится, но,

конечно же, захочет отомстить, поэтому следовало быть начеку. Однако Виолетту больше беспокоило то, что Джефф нравился ей даже со своим неуживчивым характером.

Сейчас речь шла уже не только о простом физическом влечении, которое со временем нисколько не ослабло. Не хотела же Виолетта влюбляться в южанина, а это все-таки произошло. В голове у нее царила полная сумятица.

С одной стороны, она восхищалась Джеффом, а с другой, он был очень вспыльчив, упрям, твердо верил в то, что любая женщина, рожденная за пределами Мейсон-Диксон Лайн, является творением дьявола. Нельзя сказать, что Виолетта мечтала быть такой женщиной, на которой хотел бы жениться Джефф. Признаться, она даже не могла вообразить себе более ничтожное создание, чем южная красавица в представлении Джеффа. Да любая, уважающая себя женщина, пришла бы в негодование при одной мысли об этом.

Но все это казалось не так важно, как то, что Виолетта с некоторых пор перестала контролировать свои чувства.

Она с интересом изучала классический профиль Джеффа. Но ведь женщины влюбляются вовсе не в классический профиль. У нее из головы не выходил образ Джеффа в слишком узких спортивных штанах, поднимающего штангу.

Многие мужчины утверждают, будто ценят в женщине прежде всего ее душу, а не тело, но Виолетта не верила в это. Даже Джефф говорил, что хочет красивую жену. Судя по всему, другие внутренние качества, кроме абсолютного послушания, он считал вовсе не обязательными.

Нужно слушать проповедь священника, написанную точно специально для нее, увещевала себя Виолетта. Но как ни старалась, она не могла простить ни людей, погубивших ее семью, ни тех, кто хотел украсть у нее рудник.

Интересно, какие чувства сейчас испытывает Джефф? Уж он-то лучше, чем она, помнит свои обиды. Наверно, не следовало его принуждать приходить в церковь.

Наконец орган заиграл последний псалом, и Виолетта постаралась собраться с мыслями, сосредоточившись на тексте. Впрочем, с таким же успехом она могла сегодня остаться в своей комнате, поскольку почти не слышала проповеди.

Шум внизу отвлек Джеффа от работы. Он до сих пор был раздражен тем, что потратил столько драгоценного времени на службу в часовне, позволив Виолетте заманить себя туда. К тому же священник не сводил с него глаз. Маленький лицемерный негодяй! Джефф едва не взорвался, но благоразумно решил не думать о нем.

Очередной взрыв визга, топот м детские крики окончательно уничтожили тишину. Последние цифры разом вылетели у Джеффа из головы. Красочно выразившись по этому поводу, он поднялся из-за стола и подошел к окну.

Несмотря на пасмурную погоду, ветра не было. День для прогулки выдался поистине прекрасный. Джефф надеялся, что его служащие воспользуются этим в полной мере, потому что следующую неделю он собирался попросить их работать без отдыха.

Джефф в задумчивости отошел от окна. Прошлой ночью он спал всего четыре часа, но совсем не чувствовал усталости, только раздражение и разочарование. Казалось, его оторвали от чего-то очень важного, что ему очень хотелось сделать. Вот только от чего, Джефф не знал.