Чтение онлайн

– Мне только восемь лет. Такие маленькие девочки не пишут письма.

– Уверен, мисс Гудвин будет рада тебе помочь.

– А я хочу, чтобы вы помогли мне. Джефф понял, что у него просто нет выбора. Придется помочь Эсси, отложив в сторону свои бумаги.

– Сначала подумай, о чем хочешь сообщить, а потом скажи мне. Я все это запишу, а ты перепишешь.

– Зачем же мне переписывать? – недоуменно спросила Эсси.

– Я уверен, твоему папе больше понравится, если письмо будет написано тобой. Это послание предназначалось для тебя, поэтому папа сам написал его.

– Это

мое первое письмо, – напомнила Эсси.

– Знаю, – улыбнулся Джефф. – Ты мне уже пять раз говорила об этом. Ну, а теперь диктуй.

Эсси устроилась около локтя Джеффа, чтобы лучше видеть.

«Здравствуй, папочка!

Получила твое письмо. Это было замечательно. Я показала его Аурелии и Джульетте, своим лучшим подругам. Они обещали отрезать Бетти Сью последние волосы, если только она еще раз скажет о тебе что-нибудь плохое».

– Может, выбросим последнее предложение? – предложил Джефф.

Эсси выглядела явно разочарованной, но спорить не стала.

«Мистер Рандольф помогает мне составлять это письмо. Он делает это очень хорошо, но говорит, что тебе больше понравится, если я напишу его сама. Но я пишу пока не совсем хорошо. Мисс Гудвин считает, что мне нужно больше тренироваться».

– Сообщи, когда заканчивается карантин, – посоветовал Джефф. – Тогда отец будет знать, когда можно будет навестить тебя.

«Мисс Гудвин сказала, что карантин закончится в понедельник, после ленча. Тогда ты сможешь приехать. Мисс Гудвин говорит, что я смогу провести с тобой целый день. Хорошо, папочка?»

Эсси посмотрела, как Джефф дописывает последние строчки, потом заявила:

– Хватит.

– Ну, нет. Ты еще должна написать, что любишь папу и скучаешь без него.

– Но он и сам знает это.

– Конечно, – кивнул Джефф. – Но все-таки давай напишем. Папы иногда забывают об этом.

– Как они могут?

– Не знаю, – ответил Джефф, подумав не о Гарольде Брауне, а о своем отце.

Его отца всегда окружали люди, стремившиеся, отдать ему всю свою любовь. Но он никогда не замечал этого, обижая их своим равнодушием. Возможно, Гарольд Браун – холодный, бессердечный человек, но он работал не покладая рук, чтобы обеспечить своему ребенку достойную жизнь. Отец же Джеффа не делал ничего, наоборот, он даже разрушил и то малое, что было у его семьи.

– Но они забывают, – наконец снова проговорил Джефф. – И иногда им нужно об этом напоминать.

«Я люблю тебя, папочка, и очень скучаю по тебе. Пожалуйста, не забывай обо мне. Это все».

– Получилось очень хорошее письмо, – похвалил Джефф. – Мисс Гудвин будет гордиться тобой. А теперь ступай вниз и аккуратно перепиши его, потом снова принесешь мне. Я прослежу, чтобы твой папа получил письмо.

– Можно я останусь здесь? – попросила Эсси. Джефф улыбнулся. Ему нравилось, когда Эсси находилась рядом. Кроме того, она могла обидеться, если он откажет ей в этом.

– Конечно.

Джефф убрал бумаги, освобождая место для Эсси, дал ей чистый лист бумаги и ручку.

– Бери стул и садись рядом со мной.

Виолетта никак не могла сосредоточиться. Эсси находилась наверху уже больше часа. Виолетта

не могла понять, почему Джефф разрешал этой девочке так долго оставаться у себя. Своих племянниц он отправлял вниз, как только начинала работать машина. Близнецы, казалось, не обращали на это внимания и вели себя слишком покладисто. Виолетту буквально била дрожь при одной мысли о том, что произойдет после отъезда Джеффа, когда закончится период их благочестивого поведения.

Но в данный момент даже возможные козни ужасных двойняшек не могли отвлечь Виолетту от мыслей о Джеффе Рандольфе. Это следовало прекратить немедленно. Именно близнецы, а не их дядя являются ее главной заботой, напомнила себе Виолетта. Однако она была просто не в состоянии думать о чем-то другом. Его взаимоотношения с Эсси наводили на мысль, что существует совсем иной Джефф Рандольф, которого ей не дозволено видеть. Остальные девочки боялись его, а застенчивая, трогательная Эсси обожала. Джефф всегда готов был позволить ей оставаться с ним столько, сколько она захочет. Почему?

Может, Эсси чем-то напоминала Джеффу себя самого? Но Виолетта тут же отбросила эту мысль. Невозможно представить Джеффа Рандольфа застенчивым, решила она. Однако эта идея не выходила у нее из головы.

Возможно, в детстве Джефф был совсем другим, но ему пришлось измениться, чтобы выжить? Виолетте очень хотелось выяснить это. Она чувствовала:

что-то изменилось в их отношениях. Помимо простого физического влечения, существовало что-то еще, заставляющее ее пытаться понять Джеффа.

Господи, нельзя же быть такой наивной, одернула себя Виолетта. Джефф вовсе не собирался открываться перед ней, да и бессмысленно все это. После карантина они никогда больше не увидятся.

Тем не менее Виолетта решила непременно выяснить, что же превращало Джеффа Рандольфа в старого чудака.

Бросив взгляд на вновь прибывший обед, Джефф принялся ругаться так яростно, что стоящие внизу люди побоялись отправить наверх что-либо еще. Тайлер прислал столько же еды, как и в прошлый раз, а кроме того, серебро, фарфор и даже скатерть. Стало больше вина, хрусталя и свечей. Джефф не знал, что задумал Тайлер, но собирался в понедельник, после ленча, сломать своему брату шею.

Он поклялся никогда не иметь дела с этой острой на язык янки. Джефф не мог позволить, чтобы кто-то осмеивал его взгляды на женщин. Конечно, он не надеялся, что Виолетта поймет его, но не ожидал такого сарказма.

Джефф много думал о Виолетте все это время. То, что на ее глазах умер брат, несколько изменило его мнение о ней. Пройдя через это испытание, Виолетта, наверняка, могла понять, что пришлось выстрадать Джеффу. Во всяком случае, она разбиралась в подобных вещах больше, чем его собственная семья. Виолетта так же, как и он, потеряла родителей. У нее было почти столько же причин ожесточиться, сколько и у Джеффа. Однако с Виолеттой этого почему-то не произошло. Более того, она не любила говорить о своих несчастьях и слишком часто предаваться воспоминаниям. Этого нельзя было сказать о Джеффе. Именно в этом родные братья постоянно обвиняли его.