Виктория – победа

Дорога в ад вымощена благими намерениями

Возле окна за столом сидел юноша лет 24, худощавый брюнет с живыми глазами. Он живо заносил данные, которые ему диктовал профессор. Тот был высокого роста, стоял ровно, как по струнке, со стороны походил на военного, на лоб спадали пряди русых волос с редкой сединой. Он любил носить очки, хоть со зрением проблем пока не было. Профессор стоял за юношей в другом конце лаборатории возле стены, которая от пола до потолка была усеяна различными приборами.

От приборов провода шли тугим жгутом к дальней стене, где находились стеллажи с реактивами и столик с небольшим стеклянным куполом сверху.

Стук в дверь заставил юношу остановиться. Профессор, не отводя глаз от приборов, чертыхнулся. С тех пор, как они решили обнародовать свое открытие и найти спонсора для дальнейших исследований, к ним стали приходить люди в «сером» с более интересными предложениями. Предложения всегда были одни и те же— прикрыть свою лавочку и не мешать их бизнесу. Ожидая еще одного посыльного в сером, профессор, не церемонясь ответил:

– Мы заняты, пошли прочь, – и опять посыпал на своего лаборанта цифрами и показаниями.

В дверь последовал еще один стук, и не дожидаясь «теплого» приема, ее открыли. На пороге показался мужчина среднего телосложения, невысокий, с русыми волосами и в общем внешностью заурядной. Он был в сером костюме и с папкой в руке. За его спиной показались еще двое. Те были на порядок выше и крупнее, явно охрана. Мужчина зашел, огляделся и жестом приказал охране закрыть дверь. Только тогда он обратил внимание на профессора и его лаборанта, улыбнувшись, пошел к столу у окна.

Профессор был поражен наглостью. Лаборант заметил, что тот начал глубоко дышать и стал по струнке, чтобы не выйти из себя. Но несмотря на это, он смог спокойно произнести:

– Я же сказал: мы заняты. Вы мешаете научной работе. Нам ничего не нужно. И заранее вас уверяю, что все это ради науки. Все останется исключительно в рамках исследования, – он выдохнул.

– А зря, очень зря, – сказал гость, ставя папку на стол. – И как это вам ничего не нужно? А как же ваша реклама? – он поднял руки и в воздухе «написал»: «Ищем спонсора!» Что, уже нашли?

Гость сделал круг по лаборатории и подошел к столу с куполом.

– Это он? – указывая на маленький кристалл внутри. – Это, это-то чудо, прорыв в науке?

Профессор покраснел от злости и в два шага оказался возле стола, загородив собой кристалл.

– Да, он. Я вас прошу. Это единственный экземпляр. Я гарантирую – только наука и все.

– А как насчет спонсирования?

– Спонсирование?!

– Да. Мы вам деньги, оборудование, вы нам результаты.

Лаборант, Леонид Азотов (так его звали), чуть не выпрыгнул из-за стола с улыбкой до ушей. Но его остудил холодный взгляд профессора:

– А с чего мне вам верить? Может вы решили себе присвоить моё открытие?

– Извольте. Я-то не знаю и половины названий аппаратов, здесь стоящих. И зачем мне голову ломать, если есть вы? И можно набрать еще парочку мозголомов.

– Надо

обдумать, – все, что и смог сказать профессор. – А сейчас мы заняты. Леонид, записывайте дальше.

– Да вы никак торговаться вздумали?! Ну, ладно. Я приду завтра с договорами, – не дожидаясь ответа, он вышел.

Не успела закрыться дверь, как Леонид подскочил с места и быстро затараторил, сопровождая свою речь жестикуляцией:

– Профессор, вы что?! Что это еще за «подумаю»?! Будто к нам на порог каждый день такие «кошельки» приходят.

– Ну-ну, что за выражения?

– Да ладно вам. Ну вот зачем вы так?

– А ты хотел уже ему ноги целовать? Нет. Нужно иметь хоть каплю достоинства. А если завтра придет, тогда и обсудим все «за» и «против».

– Что?! Какие еще «против»? – не успокаивался Леонид.

– А такие. Ты что же думаешь: они нам это за «просто так» дадут? Нет, здесь какой-то подвох. И кто он такой вообще? – осенило профессора.

– Вот с этого и нужно было начинать. А то «подумаю».

– Так, хватит обсуждений, работа не ждет. На каком месте мы остановились? – подойдя к аппаратам, спросил профессор Леонида.

Тот сел за журналы в поисках последней записи. Профессор, не спрашивая, готов ли его подопечный, продолжил изливать поток показаний.

С виду работа шла, как обычно, но каждый ломал голову, правда, мысли были абсолютно различны.

Профессора все мучило, кто они, эти визитеры, зачем им кристалл, как они хотят его использовать и в каких целях? Ну, а Леонида интересовали более насущные вопросы: сколько заплатят, хватит ли на авто, жилье и новый прикид? С момента ухода гостя пошло немало времени, как тут прозвенел будильник.

Профессор завел привычку заводить его, чтобы не забывать кушать и спать. А также учить лаборанта дисциплине и своевременности. Он выключил будильник, взял журнал, в который его подопечный заносил показания, и стал сравнивать с предыдущими. Не обращая на профессора внимания, Леонид на ходу снимал халат и попивал кофе, который успел остыть.

– Хватит вам брови хмурить, все по-прежнему плюс-минус одна единица. Надо что-то новое придумать, или дать катализатор, – последнюю фразу он сказал вполголоса, словно про себя.

– Катализатор… Где же его взять то, катализатор? – закрывая журнал, риторически спросил профессор. – Я полжизни потратил, собирая и подбирая компоненты, а ты говоришь «взять и добавить».

– Ну да. Только скажите, что им служило, и начнем поиски, вдвоем то быстрее будет, – усмехнулся Леонид.

– Так-то оно так. Только (м-м-м) я не помню, что им послужило.

Профессор снял очки и положил в футляр:

– Как сегодня домой, пешком?

– Э-э-э, вот вы опять. Ну, что мне сделать, чтобы вы наконец мне поверили? Три года у вас работаю, а вы даже одного компонента не назвали. Обидно как-то, – Леонид скривил губы то ли от холодного кофе, то ли впрямь обиделся.