Виктор 1. Memory
Шрифт:
– Ну? И это все?
– в моем голосе звучали нотки провокации. Я хотел, чтобы он выговорился.
И он продолжил, с новой силой.
– Нет, это не все. Я давно хотел это вам сказать. Пусть меня потом публично убьют. Пусть! Я не могу смотреть на то, как вы себя уничтожаете! Это невыносимо... Вас любит весь ваш лагерь. Весь! Иначе бы нас здесь бы не было... А вы!..
– он на мгновение замолчал.
Я молча слушал и думал, что и этим людям я делаю больно.
– ...Вы не позволяете вам помочь. Такое ощущение, что вы просто неспособны любить!!!
– последнее
Я в удивлении приподнял одну бровь. Вот тебе на! Никогда бы не подумал, что почти посторонние люди будут инкриминировать мне это. Но я по-прежнему молчал, смотря на Игоря. В принципе, я почти не видел его. Я думал. Что ему сказать?.. Я не знаю. Никогда не знал, что говорить в таких ситуациях.
Внезапно Игорь молча вышел из-за стола и так же молча прошел к одному из шкафов. Потом достал из него что-то и пошел обратно к столу. Положил передо мной три коробки и сказал, сухо и официально:
– Вот, возьмите. Две коробки с обезболивающим и одна с адреналином. На случай остановки сердца. Надеюсь, в этот момент рядом с вами будет кто-нибудь, кто сможет сделать вам инъекцию, - с этими словами он отвернулся от меня и зашагал к лечебной капсуле Шниккера.
Я некоторое время смотрел на эти коробки, потом взял их и направился к выходу. Когда я уже почти вышел, мне вслед долетел голос Игоря:
– Сэр, позвольте одну просьбу.
Я обернулся.
– Какую?
– Когда вернетесь, пройдите, пожалуйста, полное обследование и, если понадобится, последующее лечение.
Я задумался, затем ответил:
– Пройду, если будет время.
– Надеюсь, у вас оно будет.
Я кивнул. И я надеюсь...
Выйдя из мед. части изрядно озадаченный, я прошел в свою палатку. Странно, видимо я действительно мало внимания уделял своим солдатам... Я привык решать свои проблемы сам, ни с кем не советуясь и не прося помощи. А ведь они тоже живые. Многое замечают и даже переживают за меня. Но у них нет возможности высказать это - я сам не даю им это сделать. Возможно, стоит быть внимательнее к ним...
Почему-то мне опять захотелось спать, чем я и занялся.
Проснулся я на рассвете. Медленно восходящее солнце освещало одну из стен моей палатки. В лагере было тихо, слышались только негромкие разговоры часовых. Потянувшись на койке, я сообразил, что уже довольно давно не ел. Желудок напомнил о своем существовании. Я быстро встал и прошел в столовую. В это время в ней еще никого не было, поэтому я спокойно подогрел себе норму еды, оставшуюся со вчерашнего дня, и поел.
Почему-то мне совершенно не хотелось ехать на ту малоизвестную планету за артефактом. И, сидя в столовой, я понял, что сознательно тяну время. Частый сон, еда, разговоры с Игорем... Это лишь способы оттянуть неизбежное. Я не мог понять, почему мне не хочется туда. Интуиция, наверное. Просто не хотелось, но надо.
Доев, я снова вернулся к себе в палатку и по интернету заказал одежду того времени. Заказ будет готов через три часа, скорость у машин высокая. В ожидании заказа я снова сел изучать тот мир, куда собирался. И даже
Я как раз дочитал всю информацию и даже успел 'влить' в мозг базовое знание языка, когда мне пришел отчет о готовности одежды. Теперь мне нужно было ее забрать.
Позвав одного из своих солдат, я воспользовался своим служебным положением и послал его за одеждой. Заодно отправил и в банк, поменять кредиты на золотые и серебряные монеты. Сам же снова погрузился в раздумья. Но ничего из этого не вышло, мысли снова разбегались. В итоге я дождался, пока мне принесут одежду, сообщил Сэлл о том, что ухожу, и, собрав вещи, открыл портал. Затем с глубоким вздохом - на сердце почему-то по-прежнему было тревожно - шагнул в него...
Планета 'Вечная ночь'.
2072 год от создания Империи.
Резкий порыв ветра в лицо, судорожно вдыхаю воздух, и падаю. Примерно с трехметровой высоты. Не особо много, но вполне хватило, чтобы выбить воздух из легких.
Странно, по-моему, я открывал портал по точным расчетам и должен был оказаться сразу на земле... Что-то с этой планетой не так. С тихим стоном я медленно повернулся на спину. Так как я приземлился лицом вниз, нос был немилосердно разбит. Я чувствовал, как он горит от боли, и это очень мешало сосредоточиться. Я осторожно ощупал его пальцами. Да, как всегда, он был в очередной раз сломан. Ну и хрен с ним, заживет.
Сфокусировать взгляд я смог только через пару минут, и то с огромным усилием. Темнота. Туман... И приближающийся ко мне человеческий силуэт с факелом в руке, свет которого разгонял туман. Я попытался встать, но ушибленные ребра дали о себе знать острой и резкой болью. Подавив стон, я упал обратно на прохладную землю. Все-таки приземление не прошло даром. Человек с факелом приблизился, и я увидел обычного паломника.
Вообще в этом месте, куда я открывал портал, их должно быть довольно много. Я надеялся, что крест у кого-то из них. Раз уж он сам выбирает себе носителя, то, наверное, это должен быть кто-то, верящий в пророчество. А здесь, в этой небольшой стране, расположенной на равнинах, их целое скопление. Каждый идет, следуя своему предназначению. Они верят, что на каждую душу, которая пребывает в человеческом теле, выпадает свое испытание. И, чтобы в следующей жизни все было лучше, чем здесь, человек обязан его пройти.
По мне, так очень странная философия: будем мучиться в этой жизни, чтобы не страдать потом. А кто точно знает, что будет потом? И зачем тогда мучиться сейчас, проходя какое-то мистическое испытание, если и без него страданий хватает?
Паломник был одет в серую хламиду до пят, из-под неё выглядывали такие же серые от времени штаны и грубо обработанные ботинки из непонятного мне материала.
– Что с вами?
– обеспокоенно спросил паломник, мужчина лет сорока на вид, но уже с абсолютно седыми волосами. При себе никакого оружия, по крайней мере, на виду, что меня немного успокоило.