Викинг
Шрифт:
Уже возле самого поселка Виктор внезапно заметил Оттара и Иву, целовавшихся под сенью большой березы, которые так увлеклись, что даже не заметили конунга. Он вообще в последнее время все чаще начинал замечать, что эта парочка стремится проводить побольше времени вдвоем, а Оттар часто даже помогал девушке выполнять такую работу, которая любому викингу могла показаться унизительной.
– Доброе утро! – окликнул их ярл, намеренно решив в шутку попугать молодежь.
Оба ошеломленно озираясь, отскочили друг от друга пунцовые от смущения.
– Доброе утро, ярл! – прерывающимся от волнения
А тот, подошел вплотную к молодым людям и, улыбнувшись, кивнул девушке.
– Ива, извини нас, но я хотел бы перемолвиться с Оттаром.
– Да, господин, – девушка поклонилась и, торопливо поправив волосы, бросилась бегом к поселку.
– Чем могу служить, ярл? – наконец, взглянул на него Оттар.
Виктор посмотрел вслед убегающей девушке и сказал:
– У меня есть для тебя одно важное дело. Но сперва, я бы хотел узнать о твоих отношениях с моей рабыней Ивой. У меня такое впечатление, что вы вдвоем очень неплохо друг к другу относитесь. Да и моя жена недавно упоминала, что видела, как ты с Ивой любезничал, когда охранял Рагара с Гаральдом.
Молодой воин покраснел от смущения.
– Ярл, я понимаю, что не должен так поступать. Ива – рабыня. Но я хотел чтобы она стала моей женой. Именно женой! – он посмотрел на Виктора и добавил: – К тому же, она мне говорила, что ты хочешь отпустить ее на волю.
– Да, – Виктор кивнул, – по правде говоря, я собираюсь освободить и Иву и всех остальных рабов на Ванахейме.
У Оттара от удивления округлились глаза:
– Всех?!
– Да.
– Но почему, ярл?
– Ну прежде всего, потому что рабства вообще быть не должно, – Виктор пожал плечами. – А потом, если они получат свободу и станут свободно работать на земле, то они принесут нам больше пользы, так как будут выращивать большие урожаи. Уж поверь мне, это проверено.
– Твоим дружинникам это может не понравиться, – заметил Оттар.
– Ну это ясно! Поэтому я попрошу тебя, пока еще не очень об этом рассказывать остальным, договорились?
– Ну, конечно! – кивнул Оттар. – А когда ты собираешься освободить Иву… и всех остальных?
Виктор задумчиво посмотрел на поля, окружавшие поселок.
– Думаю всех рабов следует отпустить, как только закончится война с Вольфгардом. Несомненно это будет самое лучшее время для того, чтобы провести все эти изменения. Может, хоть тогда мне удастся убедить всех перековать мечи на орала. А до той поры, надеюсь я смогу изменить отношение к войнам и рабству хоть у некоторых моих воинов.
Похоже собеседник конунга был поражен до глубины души, так как не сразу нашелся, что сказать. Спустя несколько секунд, он посмотрел на Виктора и спросил:
– Ярл, неужели ты действительно думаешь, что сможешь принести мир жителям Ванахейма?
– Абсолютно убежден.
– И тогда мы с Ивой сможем пожениться? – радостно улыбнулся Оттар.
– Да, но не раньше, чем ей исполнится восемнадцать лет.
Юноша пришел в страшное волнение.
– Восемнадцать лет! Да это же еще почти две весны! Мне еще самому только семнадцать. Да у нас же в Ванахейме в двадцать лет человек уже считается совсем взрослым. Ярл, послушай – моя мать умерла при родах
Увидев, как расстроился дружинник, Виктор потер подбородок и улыбнулся, понимая, что всех традиций Ванахейма ему сразу все равно не удастся изменить.
– Ладно, – кивнул он. – Судя по тому, как вы тут только что целовались, мне и вправду придется передумать.
– О, ярл! Пожалуйста! Я готов сделать все, что угодно, только бы ты изменил свое решение.
– Выходит ты любишь эту девушку? – спросил Виктор, пристально взглянув на юношу.
– Да…
– Ну, что же, я рад – конунг посуровел. – Однако, прежде чем вы с Ивой сможете насладиться своим счастьем, мы должны положить конец этой проклятой войне. И, честно говоря, я очень надеюсь, что ты тоже желаешь мира, и не меньше, чем освобождения Ивы.
Оттар кивнул и искренне ответил:
– Знаешь, великий конунг, пока ты не возвратился из Валгаллы, мы в Ванахейме вообще об этом и не задумывались. Мне, как и всем остальным, казалось, что так и должно быть: кровная месть, война, походы. Но сейчас, глядя на тебя, очень многие у нас начинают смотреть по-другому на мир. Я это знаю по себе. Твое отношение к людям изменило меня, так же как преобразила меня любовь к Иве. – Юноша вздохнул и добавил: – Только вот боюсь, этот старый осел Вольфгард по-прежнему будет для нас серьезной опасностью.
– Не будет, если мы сможем его обвести вокруг пальца. – Виктор снова пристально посмотрел на Оттара, словно решая, можно ли ему доверять.
– Перехитрить? Но как? – вопросительно тот посмотрел на конунга.
– Я позабочусь об этом. А сейчас у меня к тебе важное поручение.
– Я готов, ярл.
– Мне нужно, чтобы вы со Свеном сегодня ночью пробрались в лагерь Вольфгарда. Но будьте как можно осторожнее, потому что, если вас схватят сам знаешь какая судьба будет вас ждать.
– Да, уж, _ поморщился Оттар, а Виктор продолжал:
– Я хочу, чтобы вы узнали, как идут дела у Вольфгарда со строительством нового дракара, и что он еще приготовил для войны с нами.
– Слушаюсь, ярл! Поверь мне, мы со Свеном узнаем все, что тебе будет нужно.
К обеду Рейна все еще не возвращалась, и Виктор, все сильнее беспокоясь о жене, поспешно оседлал Слейпнира и помчался туда, где был выход из фьорда в открытое море. С собой он захватил только волков, которые могли помочь ему в поисках, а при случае и заступились бы за своего хозяина.
Он скакал вдоль берега, мимо черных базальтовых скал и крутых утесов, кое-где даже закрывавших от него море. Со скал срывались тучи морских птиц, словно белоснежные комья ваты, чайки усеивали прибрежные курчи, качались на волнах и кружили у него над головой. Почти целый час он рыскал по берегу в поисках жены, но ее нигде не было видно. В отчаянии Виктор проклинал себя за глупость. Зачем он разрешил Рейне одной поехать на побережье!? Рагар был прав! Вольфгард вполне мог послать своих людей на этот берег фьорда, и не стоило подвергать жену такой опасности!