Шрифт:
Часть первая
Дела домашние. Глава 1
1
— Андрей Георгиевич, не соблаговолите ли выйти наружу? — раздался ироничный и такой знакомый голос. — Может, объясните, зачем устроили террор на «Северной вилле» и запугали всю шушеру, там гулявшую?
Я задумчиво почесал затылок и посмотрел на Куана. Тот лишь развёл руками, как будто намекал, что подобные вопросы мне придётся решать самому. Вздохнув, я взялся за ручку двери, но не торопясь открывать её, предупредил телохранителей:
— Сидите в машине
— Может, позвонить Георгию Яковлевичу? — встревожился Эд.
— Не нужно. Тут что-то другое, — я, наконец, вылез наружу и поморщился. В лицо пахнуло прохладой вперемешку с резким запахом выхлопных газов. Два бронеавтомобиля коптили похлеще древних паровозов, ходивших на дровах и угле. Заботливо закрыл дверь машины, чтобы эта гадость не проникла в салон. — Здравия желаю, господин майор. А вы какими судьбами здесь?
Лещёв скатал балаклаву, освобождая лицо, и шумно выдохнул.
— Делать мне нечего, как гоняться ночами за прыткими юнцами, — проворчал он. — Кадет Волховский, велено взять вас под стражу и сопроводить до гауптвахты. Приказ воеводы.
В животе появилась неприятная пустота, с которой я постарался побыстрее справиться. Не хватало, чтобы на лице испуг появился.
— На какую гауптвахту? — первым делом интересуюсь у Кондора. — Я не военнообязанный, господин майор, меня может только полиция задержать, если есть за что.
— Поверь, есть, — усмехнулся майор Лещёв. — Покушение на жизнь с применением тяжёлого огнестрельного оружия, да ещё в боевой броне. Отжёг ты, Волховский, ох, отжёг.
Он намеренно называл меня старым именем, под которым я проходил обучение у «арбалетчиков». И в этом таилась засада. Меня сейчас могли реально упрятать за решётку на несколько лет по вполне серьёзному обвинению, поэтому вместе с полицией приехали и «безопасники», чтобы перехватить меня и спрятать подальше, пока идёт шум. Лещёв разговаривал дружелюбно, поэтому я решился ему довериться. Сделав знак, я открыл дверцу и бросил в темноту салона, зная, что меня внимательно слушает Куан с телохранителями:
— Езжайте домой. Меня забирает ИСБ. Пока ничего не предпринимайте до моего звонка. Мне же можно будет позвонить? — это я обратился к Кондору.
— Думаю, это вопрос решаем, — кивнул майор.
— Тогда поехали, — я направился к «Сенатору», потому что знал, кому принадлежит эта машина. Не в полицейской же тачке ехать. Точно, увезут куда-нибудь и припишут все грехи, которые не совершал. — Прямо до гауптвахты довезёте, господин майор?
— Топай, не ёрничай, — хмыкнул Лещёв, на ходу покрутив над головой пальцем — кому-то сигнал дал. Значит, больше никого из моих людей трогать не будут, и бронекостюм не изымут. Ладно, уже легче. — Садись назад.
— Как скажете, — я задержался, провожая взглядом внедорожник и фургон, которые, коротко просигналив в мою поддержку, промчались мимо застывшей кавалькады из полицейских машин и армейских бронеавтомобилей. И только потом нырнул в тёплый салон, приятно пахнущий кожей и одеколоном.
Сидящая впереди на пассажирском кресле фигура повернулась ко
— Ты дурак, Андрей? Ты что устроил? Весь дом в хлам разнёс! По рации передали, людей до поноса довёл, до истерики. Ладно, не убил никого!
— Здравствуйте, Зося Любомировна, — вежливо проговорил я. — Да что вы меня все чудовищем считаете? Подумаешь, одной нахальной корпорации предупреждение вынес. А то ведут себя, как джентльмены удачи. Чужое добро отжать хотят. Чай, не в Британии живём.
— Ну-ну, разговорился, — усмехнулся майор, устраиваясь за рулём. Он захлопнул дверь и первым делом взял рацию, лежавшую на приборной доске. Поднёс к губам. — Всем — отбой. Сокол, как там дела? Приём.
— Все живы, но перепуганы, — шикнула рация голосом Сокола. — Сейчас организовали колонну, сопроводим до города.
— Как закончите — свяжись со мной.
— Понял. Поймали героя? Приём.
— Поймали. Сидит со мной в машине.
— На «губу»? — хохотнул «арбалетчик».
— Пока — туда. Для прочистки мозгов. Всё, отбой.
Кондор посмотрел, как разворачиваются бронеавтомобили, и дождавшись, когда они поехали в сторону Москвы, пристроился за ними. Полицейские остались на месте, дожидаться сотрудников «Техноброни».
Я устроился поудобнее на мягком диване и решил подремать, раз уж оказался в качестве арестанта. Неужели моя демонстрация силы так возмутила воеводу, что он готов был пойти на такие неприятные меры? Надо же, на «губу» законопатить приказал. Ну-ну, посмотрим, чем всё дело закончится.
— Представляю, какой завтра шум поднимется в газетах! — хохотнул майор, уверенно держа скорость на вечерней трассе, уже погружённой в темноту, разбавленной лишь светом встречных фар. — Шульгина едва кондрашка не хватила, когда он воеводе позвонил с воплями, что на его сотрудников покушение совершено.
— А разве у Шульгина есть прямой доступ к Главе ИСБ? — удивился я.
— Прямого нет, но у нас в Конторе существует отдел по противодействию техническому шпионажу. А «Техноброня», как и «Экзо-Сталь» стоят в списке приоритетных предприятий, которые мы курируем. Поэтому Шульгин позвонил туда сразу, как только узнал о происшествии на «Северной вилле», — откликнулась Зося, не оборачиваясь. — Как воевода орал! Стены тряслись! Он сразу нашу группу поднял по тревоге и бросил сюда. Боялся, что ты кровавое месиво устроил.
— Чего тогда не доехали? — усмехнулся я. — Не успевали, и решили на дороге перехватить?
— Не из-за этого, — охотно подключился к разговору Кондор. — Не хотели рисковать сопровождением. Если бы не полиция, то взяли бы вашу банду в лесу. Они же к нам прицепились за городом и всю дорогу сопровождали с мигалками.
— То есть, полиция вообще не с вами? — я почувствовал, как ледяные щупальца надвигающейся неприятности, пока ещё неосязаемой, пробежали по позвоночнику.
— Сечёшь, кадет? — майор погрозил мне пальцем. — Цесаревич, а возможно, император, знает о твоей выходке. Поэтому воевода решил спрятать тебя на режимной гауптвахте, пока Мстиславские будут метать громы и молнии.