Чтение онлайн

Жан в порыве благородных чувств вытащил из кармана несколько кредитных билетов и вручил их Анжель. Она пересчитала их и спрятала молча.

– Ты остригся, Боже, какое счастье! – заметила она. – Я думаю, родственники графини не очень одобряли твою пышную шевелюру. Я, конечно, республиканка, но все же с ними в этом согласна.

Вошла Ирэн с множеством букетов в руках. За ней следовал слуга с завтраком на серебряном подносе.

– Пройди в гостиную, мой дружок, – сказала она Жану, – я должна переодеться.

Она обратилась к Анжель:

– Не хотите ли с нами позавтракать? Да, вот что: мой маленький

сын, Карл, останется один дома со своей английской няней. Не согласитесь ли вы пожить с ними в замке, пока Жан и я будем в отъезде?

Она тщетно пыталась в эту минуту расстегнуть замочек своего жемчужного ожерелья. Анжель быстро вскочила.

– Позвольте вам помочь, – сказала она дрожащим голосом.

Две большие слезы скатились из ее глаз, пока она пыталась расстегнуть золотую застежку. Ирэн, ласково улыбаясь, сказала:

– Итак, решено?

Она все время страдала за Анжель. Она заметила, что ее маленькие запыленные ботинки порваны, а огромная шляпа, которая когда-то была черной, совсем порыжела от времени. Это была прекрасная мысль – поселить Анжель в замке. Ирэн одела дорожное платье и маленькую шапочку. Анжель проворно и старательно помогала ей.

– Как вы похожи на Жана, – сказала Ирэн, – я узнала вас сразу!

– Мне очень грустно, что у меня такой будничный вид, – ласково сказала Анжель, – но что же поделаешь? Я сделала все возможное. Вымыла лицо и пришла по черному ходу.

Она засмеялась. Ирэн тоже пыталась смеяться, но вместо этого чувствовала, что готова расплакаться. Жан также, конечно, страдал от всего этого и потому, наверное, не говорил ей ни слова о сестре. Она воображала себе, как он посылает Анжель крохи из своего скудного заработка. Деньги! Какая это жестокая и в то же время совершенно ненужная вещь, думала Ирэн, ощупывая свой кошелек из золотых колечек.

Наконец, Анастаси, чрезвычайно возмущенная, открыла дверь из ванной комнаты и спросила ледяным тоном:

– Вы уже оделись?

Она взяла нарядный чемодан с платьем и саквояж и направилась с ним к двери.

– До свиданья, – сказала Ирэн, обращаясь к Анжель.

Смешное, растерянное личико Анжель затрепетало.

– Я даже не могу поблагодарить вас, – сказала она, запинаясь.

Ирэн стояла в дверях.

– Я рада, что все так устроилось. До свиданья! Дверь закрылась. Анжель с минуту посмотрела вслед им, затем схватила бутерброд, принялась его есть и разрыдалась.

Переезд в Будвейс был длинный и не особенно приятный, тем не менее Ирэн была убеждена, что они едут в экспрессе, и дорога казалась ей восхитительной. Они были так счастливы, как только могут быть люди, совершающие свадебное путешествие. Они говорили на особенном языке и тем не менее прекрасно понимали друг друга. Когда они доехали до станции, где была пересадка, уже стемнело. Жан взял Ирэн на руки и, прижав ее к себе, целовал ее лицо сквозь вуаль. По дороге в отель они почти не разговаривали; их взгляды были красноречивее слов.

– Ты устала, детка? – спросил Жан. Он взял ее руки. – Тебе холодно? Почему ты дрожишь?

– Нет, не холодно, – сказала Ирэн, – я дрожу не от холода. – Она взяла его руку и приложила к своему сердцу. – Я думаю, что это от любви.

Они остановились в скромном

отеле. За обедом они были одни.

После обеда они гуляли в саду и курили папиросы. В саду росли фруктовые деревья. Воздух был напоен ароматом цветущих яблонь, шиповника и тмина.

– Этот запах меня опьяняет, как ты. – Он стремительно обнял ее. – Я полюбил тебя с того дня, когда увидел в первый раз. Ты знаешь, почему ты мне так понравилась? – спросил он с живостью.

В темноте она видела только его глаза, устремленные на ее лицо.

– Может быть, ты почувствовал, что мы созданы друг для друга?

– Нет, не потому. Я знал, что в тебе под ледяной корочкой скрывается пламя.

– Откуда ты мог это знать? – нежно спросила Ирэн. – Я сама этого не знала, пока ты не поцеловал меня.

– Неужели?

– Ты мне делаешь больно, милый.

Она старалась высвободить руку. Ее слабое сопротивление еще более возбуждало его.

Он приподнял ее и осыпал бесчисленными поцелуями.

– Я люблю тебя, – бессвязно лепетал он. – Ты меня сводишь с ума!

Когда они вернулись в свою комнату, Жан взял ее на руки и бережно отнес на кровать.

Слова казались ненужными. Их сердца пели в унисон гимн любви. Их губы встретились…

Они приехали в Шенбург только в субботу. Шел дождь. Жан в мрачном безмолвии созерцал «штранд». Он так мало напоминал пляж французских курортов, что его удивление было вполне естественно. Ирэн нарочно мало рассказывала ему про Шенбург; она была уверена, что ему там очень понравится. К несчастью, она плохо знала вкус Жана. Он надеялся увидеть ряд маленьких, но комфортабельных отелей, казино и пляж, усеянный белыми палатками; вместо этого оказалось, что в городе есть только один отель. Берег тянулся без конца золотисто-желтой полоской, окаймленной густым лесом. Море, солнце и чистый воздух – вот чем мог похвалиться Шенбург. Для Жана самая живописная природа не могла заменить казино; он смотрел с явным неудовольствием на полную круглолицую немку, раскладывающую его чемодан. Подойдя к окну, он стал смотреть на море. Так вот она, брачная жизнь. И еще, как назло, этот дождь! В этом забытом Богом и людьми захолустье придется провести две недели! В комнате почти не было мебели; кровать, как водится у немцев, была деревянная; на полу не было даже ковра. Через полуоткрытую дверь доносился голос Ирэн; она говорила с прислугой по-немецки. Ах, если бы он это предвидел! Лучше было поехать в Этапль или Эвиан. На любом французском курорте было бы лучше, чем здесь.

Из дверей комнаты Ирэн раздался ее голос:

– Милый, помоги мне надеть блузу.

Жан вошел к ней. У него было недовольное лицо.

– Как хорошо здесь, правда? Мы будем совсем одни. Наконец-то мы можем провести настоящий медовый месяц! Поцелуй меня.

Она закинула голову. Он стал целовать ее, хотя все еще не перестал дуться. Ирэн, доказывая ему, что он устал, начала уговаривать его пораньше лечь спать.

– Подожди до утра, – сказала она, расчесывая его густые волосы. – Боже, какая у тебя грива! Ты увидишь, как будет красиво, когда засияет солнце. Мне сказала служанка, что по четвергам здесь играет оркестр. Нам будет весело. Можем кататься на лодках; здесь красивые окрестности.