Чтение онлайн

— Жду тебя завтра, если, конечно, доползешь, — он зло ухмыльнулся.

Сил осталось только чтобы кивнуть и подумать, что еще десяток таких тренировок, и она будет мечтать начистить морду не Отто, а самому Фраму. Проглотив кровавую слюну, она сморщилась, схватившись за бок, и увидела Клавдия, что скрестив руки на груди наблюдал за ней. Его недовольство она буквально чувствовала кожей. Чтобы отсрочить нежелательный разговор пошла за водой и полотенцем. Вигил не дал ей идти самой, аккуратно подхватил за талию и она против воли была вынуждена повиснуть на нем. Беседу он начал, когда Мария вышла из душа.

— Садись, — показал на кровать и достал обезболивающую

мазь.

Боль была слишком сильна, поэтому касаний Клавдия она почти не замечала, сосредоточившись на том, чтобы не стонать в голос.

— Ты ведь понимаешь, что он делает? — задал он риторический вопрос. — Ему доставляет удовольствие тебя мучать.

— Нет, — сквозь зубы выдавила она. — Он хочет проверить, насколько меня хватит. Посмотри внимательно, ни один его удар не был достаточно силен, чтобы повредить внутренние органы. Не спорю, выглядит ужасно, да и болит дико, но недостаточно, чтобы завтра я не пришла на тренировку.

— Упрямая, как десяток ослов!

— И горжусь этим! — она усмехнулась и скривилась от боли в боку.

— Сиди спокойно, гордая, — фыркнул Клавдий и продолжил мазать ей спину.

Удобные. Так можно было описать новые отношения вигила Колонии на Озере и его интерна. Росций был доволен сверх меры. Кто бы подумал, что вместо головной боли в виде неопытного сопляка он получит Квинтиус. Говоря ей про ошибку в документах он не лукавил. Меньше всего она походила на того, кого себе представляешь на месте недавней выпускницы Университета. Жесткая и неумолимая, она даже в постели вела себя совершенно не так, как предыдущие любовницы Клавдия. Требовала чуткого внимания, но и сама выкладывалась по полной, нередко их секс больше походил на сражение, в котором, к своему стыду, вигилу часто приходилось признавать поражение.

В профессиональных качествах девушки он также не сомневался. Тонкие манипуляции у неё получались плохо, в остальном же она совершенно не нуждалась в его наставничестве. Он хоть сегодня мог оставить на неё поселение и был уверен, что по приезду возможно, найдет, переделанную схему щита, а в остальном ничего не изменится. Ни одно порождение или эфирная тварь были не страшны жителям, что подтвердила полученная Марией фалера и недавно начавшиеся занятия с Фрамом, против которых он так и не смог ничего сделать. Вот и сейчас с содроганием обрабатывал очередные кровоподтеки на спине и боках Квинтиус.

— Клавдий, я чувствую, что ты морщишься, — со смешком сказала она. — Не стоит. Тем более, что синяков стало намного меньше.

— Да, меньше, — он был вынужден согласиться.

Прошло уже два месяца как Мария тренировалась с легионером. Первые недели оказались самыми тяжелыми. Фрам испытывал её решимость и силу воли, заставляя буквально уползать домой. Спустя месяц она с удовлетворением констатировала, что тело уже не так болит, а патрулирования перестали быть пыткой для перетруженных мышц. Бесконечная ругань и злословие учителя мимо ушей девушка пропускала уже совершенно не задумываясь, спокойнее стала относиться и к его жестким методам, потому как ему было чему научить Квинтиус. Как только он её не называл, и соплячкой, и доходягой, и червяком переростком, и неуклюжей коровой, и куском ослиного дерьма, при этом по неведомой причине ни разу не сделав ни одного комментария её женской природе или непристойного намека. Чудное дело, но он не видел в ней девушку, лишь ученицу, которую тренировал в соответствии со своим разумением.

Хуже всего на её нового

учителя отреагировал Идо. Он еще не забыл неприятного происшествия с Эдой и заявил Марии, что ничего хорошего с Фрамом ей не светит. Девушка выслушала его и осталась при своем мнении, а тему её вредных для здоровья тренировок они теперь обходили в разговорах, сосредоточившись на жизни легионеров. Там было о чем поговорить. Шмид наконец добился от невесты новой даты свадьбы и та должна была состояться в начале марта. Мысли Ливидуса занимала беременная жена, живот которой уже заметно округлился, а гастрономические пристрастия становились все более экзотическими. Однажды она потребовала принести ей кактус и умудрилась съесть несколько кусочков, чем повергла Гая и всех осведомленных в ужас. Нидгар выразился настолько витиевато и нецензурно по поводу извращенных попыток его медсестры себя угробить, что они с Ливидусом чуть не подрались.

Приятель хоть и испытывал неприязнь к Фраму, в приватной беседе рассказал о многочисленных эпизодах, когда боевая тройка спасала поселение от дикарей. В последнем набеге они также сыграли решающую роль и в одиночку справились почти с тремя десятками нападающих. Последних Фрам сотоварищи убивали чуть ли не голыми руками, потому как истратили весь боезапас. Гай признал, что присланная штабом тройка «настоящие отморозки, но дело свое знают». Для Марии такая характеристика была тем более ценна, потому как бороться с росшим в ней признанием заслуг Фрама становилось все труднее. У неё уже был опыт противоречивого отношения к Клеарху, которого она уважала и вместе с тем ненавидела. До сих пор в мечтах собственноручно душила старого хитрожопого засранца и потом хоронила со всеми почестями под красивой мраморной плитой.

Отношения с Росцием минуя период ухаживаний и притирок сразу вошли в стабильную и ровную фазу. Романтики они друг от друга не требовали ограничиваясь качественным сексом и ровными почти дружескими отношениями в остальном. Возможность проводить вместе время без ненужных слухов служила дополнительным полюсом, тем более, что они и раньше на пару проверяли якоря и долгими часами занимались языками дикарей. В последних у Марии наметился прогресс, она уже вполне могла говорить и понимать лепаи-нде, частично тиккануа и приступила к изучению наречия коавильтеков. Выяснилось и каким образом Клавдий так хорошо их выучил. Вечер откровений случился спустя почти полтора месяца после первой их совместной ночи. Начал его вигил.

— Откуда у тебя эти шрамы? — спросил он, аккуратно проводя пальцами по рубцу на бедре.

— После финальном испытания на первом курсе, — решила признаться она.

— Неужели они настолько усложнили экзамен? — удивился Росций. — Насколько я помню, там надо было закрыть какой-то маленький прорыв…

— Именно, — подтвердила Мария, — но с моей везучестью все пошло совсем не так. Ко дню испытания я так и не смогла извлечь ни капли энергии из эфира, несмотря на все свои старания и помощь профессора Аргутиуса.

— Аргутиуса? А звали его случаем не Константин?

— Откуда ты знаешь?

— Кто бы подумал, что этот раздолбай станет преподавателем, — усмехнулся мужчина. — Он поступил через год после меня. И как же ты прошла испытание?

— С трудом. Прорыв дорос до шестого уровня, из него вылезла огромная эфирная тварь, которая и оставила мне эти отметины.

— То есть ты справилась и активировать формулу?

— Бери выше, — хмыкнула она. — Я оформила свое первое эфирное оружие и им справилась с тварью, а потом закрыла прорыв и отрубилась.