Чтение онлайн

Бернарда сделала драматическую паузу. Все очень старались не коситься в сторону Гастона. Хотя Бернарда делала всё возможное, чтобы запугать Гастона, смерть на самом деле грозила Лелии. Она должна была принести шарф, который сейчас висел на окне, а потом внезапно скончаться от сердечного приступа.

– Тот приехал к Альварресам, которые закатили пир вот в этом самом доме. Внезапно француз посреди пира схватился за горло и закричал: «Он душит меня! Душит!». Он побежал по комнате, пытаясь разорвать себе горло, но невидимка продолжал его душить. В какой-то момент он даже толкнул француза так, что тот упал на стол. Француз сопротивлялся, но невидимка одолел его и скоро тот

упал мёртвым, разбросав посуду. После семьи обвиняли друг друга в том, что именно те занимались чёрной магией на пиру, но было признано, что тот дворянин подавился и ни одна семья не получила официально обвинений в колдовстве. А остров посреди реки порос бурьяном.

Бернарда наклонила голову к плечу, глядя куда-то в пространство. Гастон наклонился к Раймондо и что-то прошептал. Хулия знала, что именно. "Они тут все сумасшедшие". Она не любила этот рассказ, но всё равно знала почти наизусть, как и всю книгу. Хулия вскочила, схватила Лелию за руку и безапелляционно заявила:

– Я буду гадать тебе по ладони.

Рука Лелии безвольно дёрнулась, но она, сокрушённая невозможностью вежливого отказа, ничего не предприняла. Бернарда вздрогнула от слишком звонкого голоса Хулии.

– И вот теперь, – своими медленными модуляциями Бернарде снова удалось нагнать гипноза на слушателей, – у нас, у Лелии, меня, Бальтазара кровь не только Альваресов, но и Сальваторе. И порой дом снова начинает нас душить.

Хулия негромко, но быстро бормотала Лелии пророчества касательно красивого брюнета, скорой свадьбы и поездки в Нью-Йорк. При названии города Хулия экстатически закатывала глаза.

Теперь должен был состояться спиритический сеанс. Хулия на все сто была уверена, что стол будет качать Бальтазар. Ему надо выманить денег у Раймондо на проект вилл для богачей, про проект упоминалось в начале рассказа. Но жуткие предсказания сыграют на руку Бернарде. Стоило так же понять, откуда донесётся голос «Смерть бродит по саду», который ввергнет всех в ужас. После сеанса все будут разговаривать натянуто-весёлыми голосами и делать вид, что всё в порядке. Это займёт часа два. Тогда придётся ещё раз "позвонить" и сказать, что карета с принцем, вернее, с папой-надсмотрщиком задерживается. За эти три, вернее, уже два с половиной часа надо будет что-то придумать.

– Лелиа, подай мне шарф. Это родовой знак.

Бернарда полулежала в кресле, словно лишившись сил. Хулия крепче вцепилась в руку Лелии, едва не оставляя следы ногтей у неё на ладони. "Ещё же спиритический сеанс, чёрт бы тебя побрал!", – хотелось заорать ей, но вместо этого с капризной истерикой она почти завизжала.

– Лелиа занята! Я ей гадаю!

Безвольная Лелия, подавшаяся вроде вперёд по приказу кузины, снова обмякла, подчиняясь другому истерящему социопату.

– Я принесу, – вызвался Раймондо.

– Нет!

Вся лень с Бернарды слетела, она вцепилась в ручки кресла и прожигала глазами Лелию.

– Кто создаёт новые линии для новых миров, не должен идти старыми путями!

– Что?

Спросили одновременно все. Только Хулия с действительно громадным изумлением. Такой фразы в рассказе не было точно. Бернарда встряхнула головой, как собака, отряхивающаяся от воды.

– Нельзя, чтобы к родовым символам прикасался посторонний!

"Так оторви задницу от кресла, и сама подойди к окну!", – захотелось заорать Хулии, пока она чувствовала, как ладонь Лелии освобождается от её хватки. Только бы такой выкрик ничего не дал. На такое можно ответить тысячью способов и самым действенным – изобразить "это глупое дитя ничего не понимает". Потому Хулия завизжала (слёзы

и хохот в одном флаконе):

– Нельзя? Нельзя?

Она бросила руку Лелии и побежала к окну. "Новые пути для новых миров"? Если это новый мир, значит он реален и если Хулия сейчас выпадет из окна, то погибнет тоже по-настоящему. Как же выглядит эта чёртова ловушка? Последний Альварес изготовил для последнего Сальваторе, а эта чокнутая Бернарда нашла и снова приспособила, но для того, чтобы поймать кузину.

"Что бы ты ни делал, делай быстро". Она пробежала по дуге. Так, что окно постоянно находилось сбоку. Что убило Лелию? Какой-то механизм? Яд? Она пробежала мимо окна как метеор, выставив руку и не слишком полагаясь на то, что успеет схватить белую тряпку. Но шарф был у неё в руках, а ноги уже несли её обратно, окно было целым, трещина по нему не прошла.

– Нельзя! Нельзя! – напевала она.

– Ах ты, мелкая дрянь!

Бернарда вскочила и побежала за ней. Кто-то сзади завизжал. Лелиа. Хулия остановилась у входа в комнату и оглянулась. Запнувшаяся Бернарда всплёскивала руками, Лелиа визжала. Гастон наконец сообразил и бросился Бернарде на помощь. Но она уже летела спиной вперёд. Всё замедлилось. Хулия чувствовала, как шарф скользит из её руки. Она видела, как большая трещина проходит по стеклу окна задолго до того, как Бернарда коснулась его. Стекло было толстым, оно бы выдержало вес Бернарды, но стекла уже не было, оно осыпалось крупными осколками. Бернарда не издала ни звука. Она продолжала лететь спиной вперёд, и Хулия увидела, как последний раз всплеснули её руки. Визжала Лелия. Гастон смотрел в разбитое окно вниз на первый этаж, одной рукой он держался за стену, другой закрывал себе рот.

Надо посмотреть, что делают остальные, мелькнуло у Хулии в голове. Но она не могла отвести взгляда от разбившегося окна. Потом она осознала, что заворожённо идёт к разбитому окну, чтобы самой увидеть внизу то, что ожидала. Люди не могут отвести взгляда от несчастных случаев. Чистая биология: человек должен быть уверен в том, что именно случилось и не грозит ли это опасностью. Хулия знала, насколько ужасным будет зрелище и всё равно шла. Кружилась голова и она подумала о том, что может не удержать равновесия перед разбитым окном и выпасть самой… Но это было не головокружением, это была знакомая невесомость в рёбрах.

Хулия сидела на постели. "Интересно, они увидят, как я испарюсь, или подумают, что я испугалась и сбежала? Существует ли что-нибудь за пределами их бесконечных повторов, существуют ли они сами?». Она убила человека. Случайно, спасая другого. Плохого человека, скорее всего, убийцу. Но именно её действия вызвали этот финал. Новые миры. Миры, где Хулия больше не следователь, а судья и палач. Кто-то сейчас безумно хохочет над ней.

Книга валялась на полу. Она подняла её, и пролистала до "Невидимки".

– Почему девочку-подроста зовут Лола? – спросила она воздух. А потом до неё дошло.

– Дядя Ансельмо, книга изменилась.

Он схватила книгу и побежала в общие комнаты, молясь по дороге, чтобы никто не догадался, кто такая Лола.

Тот, кто живёт у моря, знает ощущение, которое возникает на берегу – желание сесть на корабль и оказаться где-то далеко, за горизонтом. Море похоже на шёпот искателя приключений, который обнимает тебя за плечи и обещает нечто прекрасное, захватывающее, что находится совсем рядом, стоит только выйти за порог. На каком бы берегу ты ни находился, море всегда тебе шепчет, что ты должен оказаться на другом.