Чтение онлайн

— Езжайте куда ехали, — грубовато ответила девушка, уязвленная его вниманием. — Сама доберусь, мне не в первой.

— Ну как скажите, — согласился Антон, — Преследовать вас больше не намерен.

Он остановился, чтобы развернуться, а она пустилась вскачь. Вдруг Антон опомнился и крикнул ей вслед:

— Звать то вас как, крестьянка?

Девушка развернулась к нему в пол-оборота, рассмеялась все так же звонко, словно звенели колокольчики, и ничего не ответив, умчалась прочь. Антон тепло улыбнулся, встряхнул головой, и поехал в гостиницу. Только сейчас он заметил, что дождь ни на минуту не прекращался, но за этим разговором он и думать о нем забыл. «Приворожила» — подумал молодой офицер и постарался поскорее выбросить из головы эту неожиданную

встречу.

Как ни старался Антон Войковский забыть девушку, с которой познакомился несколько дней назад, она не выходила у него из головы. Ему очень хотелось увидеть ее не в темноте, как это вышло, а при свете дня, чтобы разглядеть черты лица, понять цвет ее глаз. Чувство томления, которое родилось в его груди, когда он вспоминал о задорной дворянке, Антон решительно назвал — скукой. Дел никаких не было и посиделки в питейных заведениях настолько надоели, что встреча с незнакомкой показалась ему забавной и интересной. Несколько дней подряд после того вечера Антон выходил в поле то пешим, то на коне, но девушку встретить ему так и не удалось. Отчаявшись, Антон вернулся к своему обычному времяпровождению. Вот и сегодня, ничего собственно не ожидая от вечера, он отправился в питейную с другом. Борис, который, так же как и Антон, состоял на службе его Императорского Величества, величал себя талантливым поэтом, что, впрочем, на практике никак не проявлялось. Пару поэм написанных им несколько лет назад спросом не пользовались и нигде не печатались. Но, напившись, Борис начинал демонстрировать свои произведения на публике, и каждый раз подвергался жесткой критике. Он злился, сопел, но безуспешно продолжал продвигать свой талант в массы. Антон же считал, что талант друга заключается совершенно в другом. Тот, очень быстро сходился с людьми и завязывал новые знакомства в одну секунду. В этом пригороде они жили не больше двух недель, а он уже вращался в местных аристократических кругах и знал всех и каждого по имени. Поэтому Антон даже не удивился, когда вошедший в местный кабак незнакомый ему молодой человек увидел его друга, кивнул ему и направился прямиком к их столику. Обменявшись любезностями с Борисом, он представился Войковскому:

— Николай Албашев.

Антон назвал себя, а сам все пытался вспомнить, где слышал эту фамилию. И только когда Николай заказал себе пива и доверительно рассказал Борису что-то про строптивую невесту, Антон вспомнил кто такой этот Албашев.

— Так это о вашей помолвке ходят разговоры? — спросил он, глотнув густого пива из своей кружки.

— Разговоры ходят? — в свою очередь задал вопрос Николя. — И что же говорят?

— Да ничего особенного, — замялся Антон, — говорят удачная партия.

— Уж что да, то да… Да только невеста замуж выходить не желает, — посетовал жених.

— Как так не желает? — удивился Антон. Он внимательно рассмотрел Албашева с ног до головы и убедился, что такого жениха здесь, наверное, любая дама мечтает заполучить. Красив, статен и, по слухам, богат без меры.

— А вот так! — Николаю наконец-то принесли пива, и он сделал обильный глоток, — не люблю, говорит, я тебя, голубчик, княжич Албашев. И все тут. Вчера принесли ей ткани на платье свадебное, так она портного взашей выгнала. Отец ее уж и меня вызывал, чтоб я с ней поговорил, а она ни в какую.

— До чего же нынче невесты капризные пошли, — рассмеялся Борис, — может и прав ты, друг Антон, не стоит жениться-то. А то так и прослывешь у бабы подкаблучником среди друзей.

Антон хотел что-то сказать, но вспомнил о незнакомке, с которой встретился несколько дней назад и закусил губу. Нет, он, конечно, мнения своего не поменял, но хорошенько над ним задумался.

Еще с пол часа пообщавшись с Николаем, Антон понял, что парень и правда хорош. Может слегка высокомерен, и даже где-то кичится своим положением в обществе, но в целом вполне приятый собеседник. А Албашев, совсем скоро захмелел, расслабился, забыл про свою невесту и у молодых людей

пошли совершенно иные разговоры. Обсудили военные уставы, имперские реформы, последние научные изыскания и популярных писателей. А когда разговор вовсе сошел на нет, Албашев хлопнул себя по колену и предложил:

— Родители организовывают прием послезавтра. Это конечно не бал, но вся местная интеллигенция соберется, — не без хвастовства отметил он. — Приходите и вы! Я вас с невестой познакомлю.

Борис от таких предложений никогда не отказывался и сейчас не собирался. Он все надеялся найти почтенную публику, которая оценит его по достоинству. Когда же, заручившись согласием Бориса, Николя взглянул на Антона, словно спрашивая того, будет ли он, Войковский развел руками. После последнего раза у Бурлянских, он не торопился принимать подобные приглашения. Но Албашев стал настаивать, и отказать ему было крайне неудобно. Так молодые люди договорились о новой встрече и спустя какое-то время разошлись по домам.

— Оленька, дочка, — раздался по дому зычный голос князя Полянского, — повозка уже подана, давно пора выходить. Где ты запропастилась?

— Давно уже собрана и ожидаю вас, — выплыла Ольга из-за поворота и обняла отца.

Вместе они вышли из поместья и уселись поудобнее в коляске. Кучер присвистнул лошадям, и те тронулись в путь. Поскрипывая на ухабах неслась их открытая повозка по проселочной дороге. Сегодня был на редкость приятный день. Светило яркое солнце, и Ольга, жмурясь от удовольствия, подставляла ему свое бледное личико. Летом места эти зарастали буйной растительностью, колосились золотой рожью, квакали голосами лягушек, пели птичьими трелями. Ни за что Ольга не хотела менять эту красоту на каменные мостовые Санкт-Петербурга, куда они с Николя должны были переехать после свадьбы. Княжна потихоньку смирялась со своей незавидной, как ей казалось судьбой, но сердце ее рвалось вон из груди и несло ее куда-то к неведомым далям и звало ее за чем-то неизвестным и непонятным. Будь ее воля, ни за что не поменяла она свою прекрасную жизнь. Ей сладко было дома с отцом, и в то же время скучно. Но Петербург, с его роскошными балами, известными салонами и дворцами, никак не привлекал молодую княжну.

Когда издали, показалось имение Албашевых, от Полянского не утаилась печаль, которая появилась на лице дочери. Он вздохнул тяжело и опустил глаза, стараяь не выдать свою собственную горесть.

Гости подъезжали на своих повозках, или верхом, спешивались и продвигались вперед ко входу. Там их встречали расторопные слуги, провожали в покои и молча удалялись для встречи других посетителей.

Когда Ольга и ее отец вошли в большую залу, приготовленную по этому случаю, здесь уже собралось много народа и все разговаривали между собой и пили шампанское. Как принято, почти сразу разошлись по компаниям, созданным здесь по интересам, и наслаждались общением.

Рядом с Николя стояло два человека одетые один во фрак, другой в офицерский мундир. Один лицом к Ольге, другой спиной. Ни тот ни другой не показались ей знакомыми. Она поспешила к жениху. Он увидел, ее заулыбался и что-то сказал своим гостям, тот, что стоял к ней спиной, развернулся, и Ольга вздрогнула.

Антон, услышав от Албашева, что прибыла его невеста, заинтересовано обернулся и так и замер с открытым ртом, когда увидел черноволосую девушку в красивом белом платье с золотой каймой.

— Вы? — удивленно спросил он, но тут же спохватился.

— Неужели знакомы? — Николай удивился не меньше.

— Нет… — помедлила Ольга, подходя ближе, — точнее виделись однажды, но не представлены.

— Ну что же, — не растерялся Николай, — рад вам представить мою невесту, княжну Ольгу Полянскую. — Албашев, как бы невзначай взял девушку за локоть, а другой рукой указал на новых знакомых. — А это князь Антон Войковский, и Борис Заленский. Гвардейцы, — Николай замялся, — правда, в разных чинах. Но Борис, — Албашев указал на человека во фраке, — еще и поэт. Думаю, вам будет интересно с ним познакомиться и поговорить.