Ветер перемен
Шрифт:
— Но за счет чего мы сможем переманить к себе клиентов других компаний, — резонно поинтересовался Наумов. — Какие у нас козыри?
— Наше преимущество состоит в более выгодных для них тарифах и быстрой выплате страховок без обычной для других волокиты, — не без гордости ответил Николай Павлович. — Так что козыри у тебя будут.
Поставленная им конкретная цель наполнила Артёма Сергеевича молодым задором и энергией. На дворе уже была осень, и, не откладывая, он принялся на машине объезжать все Подмосковье, взяв на прицел не только садово-дачные товарищества, но и коттеджные поселки новоявленных богачей. И очень скоро
— Разница в ставках — мизерная, а в то, что у Николая больший порядок в выплате страховок, верят не больше, чем рекламе, — пожаловался он жене, рассказывая о неутешительных результатах своих поездок. — Люди уже привыкли к прежним компаниям и не хотят ничего менять.
— Ну и кончай эту бесполезную трату времени и бензина, — посоветовала Варя. — Коля на тебя не обидится. Попытка — не пытка.
Однако Наумов был не из тех, кто сдается без боя, и его конструктивное мышление подсказало, как взять верх над конкурентами.
— Ты знаешь, что я придумал? — обрадованно поделился он с Варей. — Сделать своими агентами председателей садово-дачных кооперативов. Это решит дело в нашу пользу!
— Понимаю. Они будут заинтересованы и убедят своих дачников страховать дома и имущество у вас, — сообразила жена. — А Коля пойдет на это?
— А какая ему разница, кто будет агентами? — пожал он плечами. — Они же зарплату не получают. Только процент от страховок.
Но Артём Сергеевич ошибся. Штатный менеджер компании, которому было поручено имущественное страхование, был категорически против этого.
— Нам не нужно такое количество страховых агентов. Все не так просто, как вам кажется, — заявил он Наумову в ответ на его предложение. — Они материально ответственные лица и должны пройти у нас инструктаж.
Но председатели садово-дачных кооперативов не желали проходить у него инструктаж. Ими так было все понятно. А те, кто рискнул приехать в офис, после общения с менеджером наотрез отказались быть агентами компании. Не лучше обстояло дело и с владельцами коттеджей. Те оказались столь ушлыми людьми, что сразу выявили в правилах компании Максименко «хитрые пункты», позволяющие увиливать от выплаты страховки.
Пришла пора подвести итог проделанной работе, и Наумов составил доклад, в котором четко изложил, что для успеха порученного ему дела необходимо, во-первых, не ограничивать количество агентов по страхованию дачных построек и имущества, а во-вторых, исправить «хитрые пункты», представляющие собой, по сути, обман клиентов компании.
— Если не будут выполнены эти условия, поставленную тобой задачу решить невозможно, — сказал он своему другу и шефу, поясняя эти требования: — Я не отказываюсь сделать то, за что взялся, но ты должен предоставить мне свободу действий и непременно исправить условия страхования. В обмане клиентов я участвовать не буду!
— Ты бы все-таки выражался поаккуратнее, — недовольно бросил Максименко. — О каком обмане речь? Таковы правила и других компаний. Ты просто еще не разобрался в страховом деле.
— Тогда они тоже хитрят с клиентами и норовят их надуть, — вспылил Артём Сергеевич. — Возможно, я пока не разобрался в страховом деле, но если оно состоит в обмане людей, то заниматься им я не буду. А такие знатоки, как твой менеджер, только вредят делу.
— Мы клиентов не обманываем, и свободу действий ты получишь, — сбавил тон Николай
— Тогда поставим на этом точку. Веди свое дело, как считаешь нужным, — взяв себя в руки, спокойно заключил Наумов. — Правильно сказала Варя, узнав, что я зашел в тупик: попытка — не пытка.
Так они и решили, дружески пожав друг другу руки. Попытка Артёма Сергеевича принять участие в страховом бизнесе своего друга Максименко не принесла успеха, но и не осложнила их взаимоотношений.
В то время, как в Чечне шла кровопролитная война с бандформированиями генерала Дудаева, и все внимание прессы и правозащитных организаций было привлечено к разыгравшейся там трагедии, в стране под этой дымовой завесой происходила еще более масштабная катастрофа. Другая банда в респектабельном обличье госчиновников и предпринимателей под видом реформ экономики и приватизации занялась наглым присвоением собственности в самых доходных отраслях производства.
Как и предвидел Наумов, для захвата госсобственности и обмана населения были использованы пресловутые бумажки — ваучеры. Объекты приватизации — заводы, шахты, рудники, фабрики, гостиницы, рестораны, универмаги и другие предприятия преобразовывались в акционерные общества, и их акции менялись на ваучеры. Тут же возникли «ваучерные фонды», собиравшие эти бумажки у населения, суля ему золотые горы. Повсюду сновали ловкачи, скупавшие ваучеры у людей за бесценок.
Кто контролировал этот обмен, и пресекались ли махинации с ваучерами, так и осталось неизвестным. Но результаты «ваучерной приватизации» были плачевны для населения. Лучшие объекты госсобственности через подставных лиц присвоили чиновники-махинаторы и темные дельцы. Простым же гражданам фактически не досталось ничего. Даже тем, кто поверил обещаниям «ваучерных фондов». Эти фонды сумели завладеть многими доходными предприятиями. Но их возглавило руководство фондов, а люди, доверившие им ваучеры, остались ни с чем.
— До чего же наглый обман! — посетовал Наумов, позвонив Цареву. — На наши ваучеры Варя получила акции многоэтажной гостиницы «Космос», но оказалось, что они ничего не стоят. Новые хозяева шикарной гостиницы, построенной на огромные валютные средства, объявили, что она — убыточная и в ближайшие годы о дивидендах не может быть и речи. Ну и ворюги!
— А чему тут удивляться? Я знал, что так и будет. Разве не говорил тебе, что правящая хунта всех обманет? — гневно ответил Владимир Иванович. — История пригвоздит еще ее к позорному столбу! Поэтому я свои ваучеры продал.
— Ты это серьезно? — удивился Артём Сергеевич. — Всего за бутылку водки?
— Хотя бы и так. Вы и этого не получили, — насмешливо бросил Царев. — С паршивой овцы хоть шерсти клок!
Между тем прикарманивание ловкачами госсобственности приобретало все большие масштабы, и на этой почве в Москве возник острый конфликт между Чубайсом, проводившим приватизацию по поручению правительства, и мэром Лужковым, который воспрепятствовал разграблению городского имущества.
— Считаю, что мэр прав, не разрешая проводить приватизацию на объектах городской собственности, — одобрил его действия Максименко в разговоре с Наумовым. — Иначе и в Москве все растащат «реформаторы». Лужков защищает интересы москвичей.