Чтение онлайн

крутым обрывистым мысом над заречной низменностью, состоящей из обширных и

превосходных поемных лугов".

Константиново... Многим достойным людям оно было колыбелью, но только

один из них сделал родное рязанское село известным во всем мире. Этот

человек - Сергей Есенин.

Он был "нежно болен вспоминаньем детства". И в радости и в печали, куда

бы поэта ни забрасывала судьба, его сердце неизменно тянулось к отчему

порогу, к родным полям и пущам.

Так вышло и в последний год его жизни, когда

перед мысленным взором поэта вновь ожили впечатления далеких дней.

Изба крестьянская.

Хомутный запах дегтя,

Божница старая,

Лампады кроткий свет.

Как хорошо,

Что я сберег те

Все ощущенья детских лет.

Это о селе, где родился и рос он, "мальчик... желтоволосый, с голубыми

глазами".

– Ничего особенного в нашем Константинове не замечалось, - рассказывает

младшая сестра поэта Александра Александровна. - Тихое, чистое, зеленое,

посредине - церковь. В зимнюю непогоду с колокольни раздавались глухие удары

колокола - спасительный сигнал для тех, кто попал в беду.

(Я слушаю Александру Александровну и думаю: "Ах, если бы удары этого

колокола могли донестись до ленинградской гостиницы "Англетер" в ту морозную

декабрьскую ночь двадцать пятого года, когда с душой поэта там "стряслась

беда"!")

– Отец наш Александр Никитич и мать Татьяна Федоровна из-за семейных

неурядиц несколько лет жили порознь: он - в Москве, она - в Рязани. Сергея

же взял к себе в дом Федор Андреевич Титов, наш дед по материнской линии.

Начало жизни будущего поэта...

Вчитываюсь в стихи и автобиографические заметки Есенина, листаю

страницы воспоминаний родных поэта, друзей его детских и отроческих лет... И

передо мной одна за другою проходят картины прошлого русской деревни...

В полутемной горнице - смиренные, все в черном, монашки. Слепцы с

посохами в костлявых руках. То приглушенно, то отчетливее звучат духовные

стихи о прекрасном рае, о сладчайшем Исусе, о светлом госте из града

неведомого...

Субботний день. Дедушка с иконописным лицом, одетый по-праздничному,

усаживает рядом с собой внука и певучим, чуть с хрипотцой голосом произносит

первые слова священной истории...

Лес. Канавистая дорога, отороченная по краям лопухами вперемешку с

пыреем. Где-то там, за высокими деревьями, - Радо-вецкий монастырь. Бабушка

ведет малолетнего внука на поклон "перед ликом спасителя". Мальчик, держась

за ее палку, едва не падает от усталости, а бабушка приговаривает:

– Иди, иди, ягодка, бог счастье даст. Это было.

Но было и другое, перед чем меркли лампады,

стихали заунывные голоса

слепцов и монашек, - свет зари в полнеба, белый дым над садами, призывный

крик коростеля да песня косарей за Окой...

"Уличная... моя жизнь была не похожа на домашнюю", - потом заметит

Есенин в одной из автобиографий. А в другой как бы добавит, что детство его

"такое же, как у всех сельских ребятишек". Скрытные набеги на помещичий сад, рыбалка, лазанье по деревьям - смотреть грачиные гнезда, скачка на лошадях,

костры в ночном среди лугов за небыстрой рекою, купание...

Исподволь открывался перед Сергеем чудесный и таинственный мир, полный

многоцветных красок и живых звуков. Удивительное попадалось на каждом шагу.

Ночью, при тихой погоде, луна стоймя стояла в воде. Когда лошади пили,

казалось, они вот-вот выпьют и луну. Сергей радовался, видя, как она вместе

с кругами отплывала от их ртов...

Сосна возле лесной дороги была похожа на старуху - согнулась и идет

себе вдоль расхлябанной колеи, не торопится...

Курчавое облако напоминало барашка, луна - хлебную ковригу, а звезды -

белокрылых ласточек...

Позже он напишет о родных местах:

О край разливов грозных

И тихих вешних сил,

Здесь по заре и звездам

Я школу проходил.

Но школой были не только заря и звезды...

2

Наверно, у каждого человека в детстве бывает своя Арина Родионовна.

Доброй спутницей маленького Сережи стала его бабушка Наталья Евтеевна,

человек добрый, ласковый. Это вокруг нее в долгие зимние вечера собирались

соседские ребятишки, о чем стихотворение внука:

Опостылеют салазки,

И садимся в два рядка

Слушать бабушкины сказки

Про Ивана-дурака.

Сестра поэта Екатерина Александровна вспоминает, что до сказок Сергей

был большой охотник. А охота к сказкам, по наблюдению Белинского, всегда

есть первый признак в ребенке присутствия фантазии и наклонности к поэзии.

В автобиографии (1923) читаем: "Стихи начал слагать рано. Толчки давала

бабка. Она рассказывала сказки. Некоторые сказки с плохими концами мне не

нравились, и я их переделывал на свой лад".

"Рано", судя по другим автобиографиям, - это в 8-9 лет. Примерно о том

же времени идет речь и в стихотворении "Мой путь":

Тогда впервые

С рифмой я схлестнулся.

От сонма чувств

Вскружилась голова.

И я сказал:

Коль этот зуд проснулся,

Всю душу выплещу в слова.

"Тогда" - 1905-1906 годы: "...империя вела войну с японцем". Есенину