Чтение онлайн

— Конечно, крошка, — ответил Сэлл, — никто не ждет от тебя мгновенных чудес. — Гаррет, давай сразу и обсудим, чем мы можем помочь новому участнику расследования.

И Сэлл заговорщицки подмигнул мне.

Мы просидели, составляя списки моих задач и нужной литературы — земной и местной, до глубокой ночи. Когда идеи иссякли, Сэлл улетел, сославшись на дела, а мы с Гарретом еще какое-то время просто молча стояли, глядя на звезды, — ночное небо здесь было потрясающе красивым. Неожиданно Гаррет протянул руку к моему лицу и потрогал нос:

— Вы совсем замерзли, несса, и молчите, — укоризненно сказал он. — Пойдемте вниз скорее!

После нашего «уговора» наши отношения

стали более легкими. Гаррет, видимо скинув изрядную тяжесть с души, повеселел и отчетливо помолодел. Он больше не пытался всерьез вести себя со мной как с ребенком, оставив эту тему для многочисленных шуток и подначек, впрочем, здесь и я за словом в карман не лезла. Разобравшись наконец с некоторой долей таинственности, окружающей моего «опекуна», я тоже вздохнула с облегчением.

Дракон там, не дракон, мужик он оказался нормальный, хоть и двинутый на этом своем чувстве вины. Насколько я поняла, он считал, что все проблемы начались с того, что он не смог вовремя найти меня на Земле. Временами я ловила на себе его тоскливые взгляды — переживал, бедняга. В остальном относился он ко мне по-прежнему — ровно, чуть покровительственно.

Соблазнять, вопреки своим угрозам, не бросался, ручки не жал, томно при лунах не вздыхал, пламенных взглядов не бросал. Разве что не упускал возможности чуть приобнять или мимоходом чмокнуть в нос или лоб, совершенно, впрочем, невинно. Романтика меня по-прежнему пугала, а вот работа и товарищеский дух всегда привлекали. Мы просто потихоньку привыкали и притирались друг к другу. Наши невнятные отношения постепенно перерастали в дружеские — самый комфортный для меня вид отношений с мужчинами. «Совместный труд объединяет», ага.

Оставив всякие магические следы драконам, я собиралась прорабатывать вопрос с двух сторон. Во-первых, продолжать заниматься сектами и анализом общедоступных данных. Во-вторых, изучать собственно убийства, по которым Гаррет и Сэлл приволокли мне груду материалов в виде кристаллов и амулета для чтения к ним. На Тассине существовал магический аналог нашей фотографии и видеосъемки, только там снималось сразу все — картинка, запахи, звуки и, что было особенно важно для драконов, магический фон. Правда, просмотрев первый кристалл с записью, на котором внутренности жертвы были живописно развешаны по комнате — и все это с цветом, звуком и, главное, запахом, — я малодушно отложила коробочку с записями на потом.

Первые несколько дней мы вместе с Гарретом разбирали бумаги по моей новой задаче. Документы здесь хранились в виде крошечных, с толстый карандаш, свиточков, которые магически разворачивались в огромные простыни и повисали в воздухе. Читать их было очень удобно. Неожиданно оказалось, что я, сама того не заметив, неплохо освоила эльфийский. По крайней мере с помощью Гаррета документы вполне поддавались пониманию, хотя система их формирования и сортировки до меня дошла далеко не сразу. Поэтому я взялась по-своему систематизировать материалы дела в надежде, что попутно мне придет в голову какая-нибудь полезная идея. Фактов в моей голове было прискорбно мало для анализа — очень многие вещи явно были очевидны для людей, родившихся в этом мире, тогда как я была неспособна проводить какие-то значимые параллели. Кроме того, вся эта новая теологическая пропаганда была плотно завязана на местный фольклор, в котором я ничего не смыслила.

— Скажите, ньес, — задумчиво покрутила я в руках очередной свиток, — а могу я привлечь к своей работе преподавателей? Не в смысле заставлять их что-то делать вместо меня, — рассмеялась,

увидев, как брови Гаррета взлетели вверх, — а в смысле корректировки учебных планов в нужную мне сторону. А то меня они не слушаются, хотя совершенно очевидно, что гак и учеба пойдет быстрее.

— Могу я узнать подробности? Особенно мне интересно, что «учеба быстрее пойдет». — Гаррет скептически приподнял левую бровь.

— Ну, ньес, это же очевидно! На Земле, к примеру, есть целое направление в педагогике, называется анскулинг. Считается, что обучение наиболее эффективно не по плану, составленному преподавателем, а когда оно идет от потребностей ребенка, то есть учить надо только тому, о чем он спрашивает. Давайте представим, что я — ребенок. И не надо так гнусно ухмыляться! Я — ребенок, и мне нужно разобраться в… А, к черту примеры!

Я вскочила и возбужденно забегала туда-сюда по комнате, мне всегда так легче думалось.

— Мне нужно разобраться в этих местных культах. Для этого я хочу изучать у Этаса человеческие религию и фольклор, но не только и не столько исторические, сколько современные. Причем помимо «официальной версии» — еще и всякое народное творчество. У Тиа — налечь на мантику, она как-то говорила, что знает не только эльфийскую, но и человеческие системы работы с картами. Здесь меня интересуют не столько предсказания, сколько сопутствующие им… не знаю, как назвать… суеверия? Нет, у вас это не суеверия… Вот! Магические практики! Я должна понимать, что нормально, а что выбивается из общей картины, чтобы отлавливать аномалии. А Грашх мне бы очень помог с современным устройством общества Тесса, если бы не вбил себе в голову, что у нас по плану государственность гномов, которая мне пока совершенно не нужна. Плюс мне нужно что-то общетеоретическое по магии; я знаю, что не могу колдовать, но хоть разобраться с основными видами, что ли… Может, еще одного учителя? Что вы смеетесь? Я сказала что-то смешное? — обескураженно смотрела я на Гаррета, который со смехом качал головой.

— Простите, несса, я просто не ожидал, что вы с такой энергией возьметесь за это дело. Примите мое восхищение! — Гаррет развел руками. — А смеюсь я скорее над собой. Я все пытался загнать вас в рамки своих представлений о том, какой вы должны быть — маленькой наивной нессой, беспомощной без магии, потерянной в новом для нее мире, нуждающейся в непрестанной заботе и постоянно влипающей в неприятности. Сейчас я увидел, насколько был слеп. Вы — деятельная, зрелая личность, у вас очень гибкий и глубокий ум, вы целеустремленны и очень организованны. Вы настолько серьезно и профессионально подошли к этому вопросу, что мне стало стыдно за свой снобизм.

Я торжествующе хмыкнула и с трудом удержалась от того, чтобы гордо задрать нос.

Гаррет тепло улыбнулся и продолжал:

— Я поговорю с преподавателями. Что касается магии, вы — моя алайя, и магии вас буду учить я. Подберу несколько книг и помогу разобраться и с этим тоже. Что-нибудь еще, несса?

— Да вроде пока нет, — почесала я в затылке. — А! Цветную бумагу, карандаши и ножницы можно?

Гаррет удивился, но выполнил и эту мою просьбу, чем очень меня порадовал. Дело было в том, что за время своей работы на Земле я привыкла к определенным способам решения задач и теперь очень страдала от отсутствия нужных инструментов. В первую очередь бесило отсутствие компьютера — как я выяснила, без клавиатуры и мышки под рукой думалось мне куда хуже. Кто бы мог подумать! Впрочем, мои любимые майндкарты имели простой физический прототип, так что, вооружившись ножницами, карандашами и цветной бумагой, я почувствовала себя готовой к бою.