Чтение онлайн

— Что-нибудь случилось? Венда набросилась на вас? А может, она утонула? — с надеждой спросила Пэппа.

— Я не такой везучий!

Это было довольно трудно, но Пэппа сумела сдержать смех. Она заметила, что надето на Венде, и поняла, что купальник принадлежал не ей. Одежды там было слишком мало, а Венды — слишком много.

Если вначале у Пэппы и были сомнения по поводу того, что девушка надела такой купальник, чтобы привлечь внимание Кристофера, то кислое выражение лица Кристофера развеяло все сомнения.

— Нельзя

оставлять ее там одну, — пробормотала Пэппа и хотела встать, чтобы пойти покараулить девушку.

— Тогда присмотрите за ней.

Пэппа рассердилась.

— Ага-ага, Тарзан ошеломлен? — Она вернулась в исходное положение. — Она ваша до… — Пэппа посмотрела на часы, — до шести часов. К тому времени я приготовлю ужин.

Судя по выражению его лица, идея ему явно не понравилась. Не обращая на него внимания, Пэппа села, положив одну ногу под себя, и откинулась на спинку.

— Да, кстати, звонил Эскобар. Он сообщил, что они нашли семью, которая согласилась принять ее; дело осталось совсем за малым.

— О-о? — Он казался расстроенным. — А он не сказал, сколько это продлится?

— Нет. Он только сказал, что они работают над этим. — Пэппа вернулась к книге и чаю.

— Я хочу сделать вам предложение, Пэппа. Я буду мыть посуду каждый раз после еды. Я буду мыть ванную и выполнять любую работу, которая вам не по душе…

— Если я что? Полностью возьму Венду на себя? Никогда! Да не вы ли сказали, что я вообще не гожусь для такой работы? Боже праведный, охрани меня от мужчин, которые считают, будто они знают, что для меня лучше!

Он уныло улыбнулся.

— Не совсем так.

— Тогда что же?

— Помогите мне отбить у нее охоту кокетничать со мной. — В глазах у него была мольба.

Некоторое время Пэппа смотрела на него, безмолвно шевеля губами, и наконец выдала:

— Есть только один способ, при помощи которого я могу обескуражить Венду. Вы просите меня об этом? — Она подняла на него глаза. Губы ее изобразили печальную улыбку. — Можете ли вы заплатить такую цену, зная, что я запрошу в ответ?

— С радостью, любовь моя, — прошептал он и быстро пересек комнату, чтобы подойти к дивану. Его рука прикоснулась к ее руке, а глаза неотрывно смотрели на ее лицо.

— Я люблю тебя, — прошептал он, наклоняясь, чтобы поцеловать Пэппу в щеку. — Я полюбил тебя с того дня, когда мы оказались в «Олимпии», и даже после того, как рассердился на тебя за ложь…

— Ты опять! — Она оттолкнула его. — Я не лгала.

— Хорошо, хорошо, — извиняясь, проговорил он. — Ты не лгала. Шон рассказал мне все. Он даже рассказал мне про твой ночной звонок. Он до сих пор возмущается.

— Могу поклясться, что теперь не так сильно, как в ту ночь. — Вспомнив, как звучал сонный голос Эскобара, она рассмеялась.

Кристофер коснулся пальцем кончика ее веснушчатого носа.

— Знаешь, что могло бы произойти, если бы он разрешил тебе тогда во

всем признаться? — Он посмотрел на ее лоб, нос и задержал взгляд на губах.

Прикинувшись непонимающей, Пэппа сказала:

— Да ты и сам был так зол на меня, когда все неожиданно открылось, что, боюсь, был готов зарезать своим страшным ножом.

— Ты и правда так думаешь? — Он нежно провел губами по ее пальцам.

Пэппа убрала руку, чтобы он не заметил дрожи, прокатившейся по ее телу. Встав около спинки дивана, он заложил руки за голову и произнес:

— Я бы отреагировал совсем по-другому, если бы ты сама мне сказала. Куда неприятней выслушивать этого от другого человека.

— Ничего нельзя было сделать.

— Это слова Шона.

— И ты поверил ему.

— Неохотно. — Он усмехнулся. — Я бы и не простил ему, если бы он солгал не ради тебя.

— Он солгал ради своей же выгоды.

— О-о? Ты так хорошо его знаешь?

— А я не права? — С самой первой встречи с Эскобаром ей было ясно, что этот человек ничего не станет делать, не учитывая своих интересов.

Минуту в комнате слышался только равномерный шепот океана и их собственное дыхание, его — ритмичное, а Пэппы — возбужденное.

— Думаю, что нет, — слабо улыбаясь, признал Кристофер.

Она посмотрела на дверь, втайне надеясь, что Венда все-таки не решила окунуться. Если да, то она из вредности натащит в дом мокрого песка.

— Так каков же твой ответ, Пэппа? — спросил Кристофер, пытаясь вернуть разговор к прошлой теме, пока она вновь не перешла к обороне.

— Как только я услышу твои извинения, то сразу отвечу.

— Извинения?

— За то, что ты назвал меня лгуньей. За то, что отказался понимать, что я тоже выполняла свою работу, как и ты.

— Прошу простить меня, моя любовь! — Он поднес ее руку к губам и поцеловал. Затем, не отпуская ее руки, потянулся и достал что-то из кармана.

Заинтригованная, Пэппа посмотрела на руку, потом на него.

— Закрой глаза.

Она нахмурилась.

— Зачем?

— Ш-ш. Закрой на секундочку.

Она закрыла глаза, но не до конца. И через ресницы наблюдала, как он раскрыл ладонь. А затем очень осторожно надел ей на палец кольцо.

— Ну вот, теперь можешь открывать.

У Пэппы от волнения перехватило дыхание, и когда она открыла глаза, они были полны слез. Она увидела изящное колечко.

— Как красиво! — Больше ничего вымолвить она не смогла.

— Это бабушкино, — постукивая пальцем по кольцу, пояснил он. — Дедушка отлил его из золота, которое сам намыл на реке Йюбе, а бриллиант прапрадедушка привез с Востока. Я носил его с собой с того самого вечера, когда мы встретились на вечеринке у Тиффани. Я собирался преподнести его тебе, стоя на коленях. Но обстоятельства, как ты догадываешься, изменились, и нам снова было суждено встретиться для выполнения задания.