Чтение онлайн

Ей так не хотелось будить его, но будить надо. Она пребывала в растерянности.

— Что-нибудь случилось? — Его голос, раздавшийся возле самого уха Пэппы, заставил ее вздрогнуть.

Оторвав взгляд от карты, которую изучала, она призналась в своей нерешительности.

Улыбка, появившаяся на его лице, не ослабила ее смущения.

— А где мы? — спросил он.

— На пути в Сан-Франциско, — пробормотала она. Но, насколько она помнила, отец никогда не возил их через весь город. — Я предполагаю, что мы не поедем в Сан-Франциско?

Он удивленно приподнял брови.

— А

почему бы и нет?

Она не могла доходчиво объяснить ему, что ее отец никогда не ездил по этому маршруту. Поэтому, чтобы уточнить, спросила:

— Так нам надо в Сан-Франциско?

Он вздохнул.

— Нет. Но нам надо в этом направлении. — Больше не испытывая сомнений, он немного расслабился и позволил себе удивиться, как много они проехали.

— Давайте я сяду за руль.

Они открыли двери и поменялись местами.

— Спасибо, что дали мне поспать.

Его улыбка вновь показалась ей по-мальчишески очаровательной.

— Мне понравилось вести машину.

Убедившись, что она устроилась, он тронул машину.

— Мы будем ехать всю ночь? — спросила она после того, как автомобиль влился в поток машин.

— Да нет. Через некоторое время найдем какое-нибудь местечко для ночлега. — В глубине сознания его жгло подозрение, что она вполне могла воспользоваться его сном и, выбрав удобный момент, созвониться с друзьями и сообщить им маршрут. Но поняв, что она сама испытывала неуверенность по поводу того, куда ехать, он отбросил такие мысли.

В противоположность Пэппе, испытывавшей безграничное счастье, настроение Кристофера портилось с каждым километром, приближавшим их к Лос-Анджелесу. Он молил Бога лишь об одном — чтобы какой-нибудь счастливый случай замедлил или остановил их неуклонное приближение к конечной цели. Он осознавал, что не сможет удержать ее возле себя достаточно долгое время, а расстаться не был готов. Неосознанно он почувствовал, как нога его ослабила давление на педаль газа.

Какую странную шутку сыграла с ним судьба. Стиснув зубы, он вспоминал, как еще несколько дней назад испытывал глубокое неприятие и даже отвращение к этой женщине, потому что она олицетворяла то, что он презирал. И вот на тебе — сейчас он сидит и размышляет, как бы подольше удержать ее возле себя.

Он до боли сжал руки. Ничего не помогало. Разжав их, он ощутил страстное желание обнять ее за талию и, прижавшись, долго сидеть в обнимку.

Она не останется в Лос-Анджелесе после того, как даст показания. И, вероятно, даже в Калифорнии. А если он поедет с ней, то какую жизнь они будут влачить? Ее показания помогут посадить за решетку шайку негодяев, но надолго ли? Да он толком и не знает, сколько людей замешано в этом деле, не говоря уже о том, как далеко они смогут зайти в жажде мщения. Не хотел бы он прожить жизнь, вечно оглядываясь.

В тоске он передернул плечами, понимая, что приезд к окружному прокурору для него будет означать одно — большую потерю. Да пошли они все к черту! В какой-то момент он уже подумывал отбросить этические соображения, плюнуть на совесть и принципы. Почему он вообще должен жертвовать личными интересами перед кучкой негодяев? Шон наверняка сможет придумать другие способы

засадить этих типов за решетку.

Но он не может так поступить… не имеет права. Невзирая на огромную потерю и на боль, которую он при этом испытывает, он просто обязан выполнить свой долг и доставить ее по назначению. Вероятно, по прошествии какого-то времени он сможет вспоминать о ней, не чувствуя такой боли. Если же он попытается укрыть ее, то рискует возненавидеть себя и оттолкнуть ее.

Не зная, какие душевные муки терзают душу Кристофера, Пэппа, увидев угрюмое выражение его лица, нахмурилась. Она совершенно не понимала поворотов его мыслей в те дни, что они провели вместе, но он слишком часто выказывал ей неодобрение, и тогда она понимала, что он опять чем-то ужасно раздосадован.

— Может, остановимся на чашечку кофе где-нибудь? — колеблясь, предложила она. «И я насыплю тебе сахар своими руками, чтобы добиться твоего расположения», — подумала она с улыбкой.

— О чем речь… — ответил он.

Пэппа не замечала заинтересованные взгляды мужчин, обращенные к ней со всех сторон, когда они вошли в ресторан на северной стороне Санта-Барбары. Она была слишком занята Кристофером и думала, что очень скоро он узнает, кто она на самом деле. Восхитительные фантазии снова завладели ее мыслями, и она представила себе, как здорово им будет вместе, но тут голос из прошлого вернул ее к реальности, разрушив созданный воображением карточный домик.

— Пэппа? Пэппа, это ты?

Она съежилась, только сейчас заметив приближающуюся синюю униформу и поняв, что ее легенда на грани краха. В любое другое время она, безусловно, обрадовалась бы встрече с Патриком Джозефом Брэди, три месяца назад перешедшим из лос-анджелесского управления полиции, но сейчас он был таким же желанным, как орды муравьев на праздничном пикнике.

Состроив гримасу, Пэппа попыталась отпугнуть его, но он от радости не обратил на это внимания.

— Ты как отрада для больного, Пэппа, — сказал он. Улыбка сделала его лицо еще более привлекательным, и он с распростертыми объятиями подошел к ней.

— Привет, Пи Джи, — сдержанно улыбаясь, поздоровалась она. — Рада встретить тебя. — Она боялась посмотреть на Кристофера, спиной ощущая его пронзительный взгляд.

Патрик отошел на шаг и восхищенно оглядел ее.

— Ты здесь случайно или так по мне соскучилась, что приехала повидаться? — Улыбаясь, он подмигнул. — Если подыскиваешь работу, сумею помочь. Стоит мне словечко замолвить и… Помнишь, как в старые, добрые времена?

— Спасибо, но ты же знаешь, что работа у меня есть, — тихо проговорила она. — Заехали выпить кофе и скоро уезжаем.

— Жаль, — усмехнулся он, глядя на нее. — Ты бы нам очень пригодилась. — Извинившись, он повернулся к проходившей официантке и попросил принести еще стул.

Пэппа улучила момент и посмотрела на Кристофера.

Сколько она будет жить, столько и будет помнить выражение боли, увиденное на его лице. Оно отозвалось и в ее сердце. Ясно, что он догадался, с какой миссией ее послали. Она понимала, что он чувствовал себя преданным, но и представить не могла, что свой гнев он направит против нее.