Вернуться навсегда
Шрифт:
— Он делал это не от злости. Я его единственный ребенок.
— Если он тебя так сильно любит, Сьерра, почему же сейчас держится в стороне?
— Уверена, ему это нелегко дается. Он считает, что поступает правильно. Хочет заботиться обо мне и Уилле, но по-своему. Просто отец не смирился с тем, что я выросла и способна сама принимать решения.
— Ты ищешь ему оправданий, дорогая. По сути, с твоим воспитанием дело обстоит не намного лучше, чем с моим.
— Иногда мне кажется, что мы выросли такими не благодаря, а вопреки нашим семьям.
Она прислонилась к нему. Ей казалось, что
— Давай не будем говорить о наших семьях, — попросила Сьерра. — Пожалуйста. Не сегодня.
Он усмехнулся:
— Есть хочешь? Свет снова включили, а в этой развалюхе-холодильнике вполне может найтись пара яиц.
Она отрицательно покачала головой:
— Я не голодна.
Он пожал плечами:
— В такую погоду лошадей не стоит выводить. Телевизора у меня здесь нет, так что я и не знаю, чем бы заняться.
Отступив на шаг, Сьерра выпустила концы одеяла, и оно соскользнуло на пол.
Мэтт с удовольствием посмотрел на нее:
— Похоже, у тебя уже есть кой-какие идеи, — заметил он.
— Хороший, горячий душ.
— Неплохо звучит.
Она на мгновение перестала улыбаться.
— Мэтт…
— Что?
— Ты многое для меня изменил прошлой ночью. Я хочу, чтобы ты знал, как я тебе благодарна.
— Потому что я вытравил из тебя Бена? Так уж случилось. Ничего бы мне не сделать без твоей помощи.
— Не только это. После всего, что случилось, нам все еще хорошо вместе… Даже лучше. Я этого не заслужила после того, как обошлась с тобой…
— Слушай, как ты рассчитываешь позаботиться о себе и сыне, если не можешь сказать про себя ничего хорошего? Кроме того, как не противна мне мысль о том, что ты жила с другим мужчиной, Бен, по крайней мере, подарил тебе замечательного сына, чего я никогда не смог бы сделать.
Он взглянул на нее. Что-то мелькнуло в ее глазах. Мэтт не успел разобраться, потому что Сьерра быстро отвела взгляд.
— Ты мне не поверишь, но у меня были обязательства перед мужем. Я хотела, чтобы мы были счастливы. Я полагала, что в постели с другим мужчиной буду чувствовать то же, что и с тобой. И ошиблась. Он никогда не мог дать мне того, что ты.
— Не собираюсь ревновать к мертвому.
— Я лишь боялась, что ты меня ненавидишь.
— Ненавижу? Да ты, возможно, избавила нас обоих от ненужных страданий. Признайся, мы с тобой никогда не смогли бы быть вместе, во всяком случае, не в этом городе. Почему бы нам просто не получить удовольствие от того, что есть, и не возвращаться постоянно к прошлому? Все сейчас иначе. Мы оба это понимаем. Успокойся, я не собираюсь тут надолго задерживаться. Только по суровой необходимости.
Сьерра открыла рот от неожиданности. Он поставил кружку на стол и поцеловал ее. От его прикосновения все мысли вылетели у нее из головы.
Несколько часов спустя Сьерра стояла у раковины в своей ванной комнате и умывалась теплой водой и пахнущим гарденией мылом. На ней были светло-бежевые джинсы и свитер крупной вязки цвета хаки. Волосы зачесаны назад. Она даже подумывала, не стоит ли их отпустить.
Присмотревшись к своему порозовевшему лицу с сияющими глазами, Сьерра пришла к выводу,
От кастрюли с соусом, который она готовила, приятно пахло красным перцем и жареным луком. Уилл обожал острые приправы.
Прошлой ночью Мэтт дал ей все, но тут же и отнял. Но чего же можно было ожидать? Она давным-давно лишилась всяких прав на него. То, что она не переставала его любить, не помешало Мэтту измениться. Не мог же он изменить свой образ жизни только потому, что она залезла к нему в постель?
Да и хотела ли она этого, даже если бы у нее был шанс? Он доставил ей наслаждение, позволил поверить, что она все еще осталась женщиной. В жизни не все сводится к постели, а ей надо продолжать жить дальше. Если Мэтт останется, она наверняка привяжется к нему, он станет ей необходим. И в конечном счете он узнает правду об Уилле и будет презирать ее сильнее, чем раньше.
Нет, Мэтт был прав. Пока есть время, они могут насладиться друг другом. По крайней мере, у нее будет небольшое утешение, что она приятна ему физически. Она ведь перед ним в долгу. И когда он уедет на этот раз, не будет боли, сожалений, навязчивого чувства предательства. Неудивительно, что он не собирается дать ей больше того, за чем она, в сущности, и пришла.
Сообразив, что как только растает лед, Уилл вернется домой, что он может позвонить и будет волноваться, если она не ответит, Сьерра наконец вырвалась из крошечной квартирки и объятий ее обитателя. Мэтт тоже оделся и отправился на конюшню. Немного погодя она услышала, как отъехал его грузовик. Хоть и знала, что он, скорее всего, поехал к Лиэнн, чтобы помочь с детьми и по хозяйству, Сьерра испытывала острое чувство брошенности. Было время, когда он выполнил бы любую ее просьбу, но оно давно прошло.
Послышался шум подъехавшей к дому машины. Сьерра кинулась к двери, решив что это родители Люка привезли Уилла.
Разглядев на дорожке серебристый «линкольн», она побледнела. Водитель открыл заднюю дверцу, и из машины появился высокий мужчина с темными глазами и густыми, тщательно подстриженными волосами почти того же цвета, что и машина. Одет он был в темно-синий костюм с жилетом и белую рубашку.
— Здравствуй, Сьерра. Ты так и будешь на меня таращиться или пригласишь войти? — с нетерпением спросил он.
Сьерра, все еще не пришедшая в себя от изумления, шире распахнула дверь.
— Тебе не надо ждать приглашения, — ответила она. — Ты же знаешь, в моем доме тебе всегда рады, папа.
Она сделала шаг в сторону, дав ему возможность войти.
Проезжая мимо домов, Мэтт заметил венки на дверях и окнах, но приближающееся Рождество не имело никакого отношения к его хорошему настроению. Рождество для него было еще одним выходным днем. Если ему везло, в этот день находилась работа, и время пролетало быстрее. В противном случае приходилось прилагать усилия, чтобы попасть в какой-нибудь мало-мальски приличный ресторан.