Шрифт:
Дневник я вела с четырнадцати лет. Откровения, записанные в него, отражали мою сущность. Рассуждая о жизни и её закономерности, я открыла в себе удивительный внутренний мир. Самокопание и самоанализ помогли разобраться в собственном характере и желаниях. Исповедуясь, я перекладывала на бумажные плечи переживания, тем самым облегчая душевные муки. Перенося страхи на чистый лист, я стирала из памяти тяжёлые мысли. Ручка и тетрадь избавляли от груза экспрессивных эмоций. Перечитывая прошлые события, я видела, как видоизменялось моё отношение к людям.
Возвращаясь к написанному, я научилась оценивать ситуации через
*
Сегодня я наконец-то сконцентрировалась и решила, что здесь, – на кухне, вдохновенно изложу Адаму то, о чём долго намеревалась сказать при встрече. Напишу письмо, опишу свои эмоции и мысли о нашей жизни. Может быть я прочту его вслух или дам ему почитать. Решать буду при встрече с ним и обязательно подожду ответ.
Вдохновение выстроило мысли в ряд, и они, как солдаты, были готовы лечь каллиграфическим почерком на белый лист, чтобы рассказать о наболевшем. Методично излагая на бумаге правильные мысли, я обдумывала каждое слово, чтобы попасть в десятку:
«…Знаешь Ад, я ведь любила тебя. Люблю! И буду любить!..»
Короткая пауза от набежавших мыслей закончилась и, перечитав начало, я продолжила писать.
«Любила наивно по-детски, любила безоглядно не за что, а вопреки и несмотря на… Знал ли ты? Конечно, знал! Верил ли ты? Наверное, да! А может быть разуверился, и поэтому оставил меня?
Помнишь ли ты тот майский вечер, когда благоухали черёмуха и сирень, цвели сады и каштаны, выскочили бутоны на клумбах… и нашу встречу? Я её не забуду!
Ты неожиданно приехал, подарил трогательный букет ландышей, коробку шоколадных конфет и бутылку отличного десертного вина. Я тебя не ждала, а ты впервые приехал в мой родительский дом.
Вечер был прохладным, и я вышла к тебе в шортах, – смешная, утонув в папиных туфлях на босу ногу и в ветровке с его плеча до колен. Когда цветут сады, всегда студёно, природа так задумала. Когда я хотела укрыться от холода и согреться, то любила нацепить папину одежду, в которой чувствовала себя, как в броне, – защищённой от жизненных передряг. Встретила я тебя одетая по-домашнему и жутко смутилась, а ты и не заметил, что я не подготовлена к свиданию.
Ты жарко смотрел мне в глаза. Седьмое чувство подсказало, что ты приехал утонуть в них и дать мне заглянуть в твои карие радужки. Казалось, что кроме меня, тебя в этом мире никто не волнует.
Помню старую твою кожанку и тепло рук… Когда ты не находил ответы на вопросы, то доставал связку ключей с болтающимся на ней комичным лицом мужика. Ты смешил меня потешной игрушкой на брелоке. Сдавливая пальцами ему щёки, он уморительно выпучивал глаза, точно копируя твоё мимишное удивление. От смеха у меня сводило живот и появлялись колики. Я никогда так беззаботно и искренне не смеялась, а так хотелось…
Ты,
Мы стали взрослые и нам разрешалось всё. Должно быть и вино было выдержанное, и цветы источали густой аромат, и конфеты горькие, иначе мы не опьянели бы так быстро.
Тот вечер был окутан тайной, я до сих пор ощущаю некую сказочность. Густой и прохладный весенний туман, пропитанный вкусом мускатного вина и кофейного шоколада, пьянил наши горячие сердца, дурманил сладкой ванилью, хмелил майским мёдом на губах. Я помню каждую минуту и даже секунды… те чувства… твой родной запах… неудержимый смех.
В те времена я не задумываясь отдавала себя, словно так и надо. Проводила бессонные ночи с очередной порцией кофе с мыслями о тебе. Где ты?.. Как ты?.. Жизненные устои, мораль и принципы я отпустила, лишь бы быть с тобой. Любить тебя, забыв о родителях, о друзьях, о себе, – это несказанное счастье.
Ты приручил меня, и я сроднилась с тобой, как зависимый свыкается с дозой. Ты моя доза. Ты ушёл, забрав полноту счастья, без тебя его нет в моей жизни. Ты бросил меня, оставив без дозы. Ты не представляешь до чего довела меня жизнь без тебя. Мне паршиво от этой чёртовой зависимости. Жизнь разлетелось вдребезги, – не собрать! У меня дрожат руки и тело… мысли стёрлись в порошок… даже имя твоё причиняло боль порождая безумие! Ад! Да, Ад! Ты настоящий мой Ад!
Открыв глаза в забытьи, я не вижу мира, вокруг белым-бело. Ты не со мной, – ты далеко. Вернись! Дай мне дозу любви, а я успокоюсь и унесусь в нирвану. Если не придёшь, меня снова будет ломать… Однажды я решу, что умерла, так и не дождавшись тебя.
Может стоит ради тебя, очередной дозы, рискнуть жизнью? Душа улетит и наступит конец и покой… Я устала звать тебя до хрипоты, срываться по пустякам, прислушиваться к шороху у дверей и грезить, что ты вернулся.
Чувства нежности и злости будут бороться во мне, пока ты не вымолишь прощения, проговорив: «Глупенькая моя, прости! Я знаю, – тебе больно от того, что оставил одну. Можешь ли ты простить?.. Забыть обиды и несусветные ошибки. Я знаю, что не прав. Хочу быть рядом. Мне не жить без тебя!»
И я рискну!
Точно умру, если ты не вернёшься! Я задыхаюсь от ярости, растратив последние силы вдали от тебя… Мне ничего не помогло. Мне только ты нужен! Я так решила.»
Письмо разбередило гнездо рваных чувств, расцарапало душу, и она снова кровоточила, где-то в сокровенном углу. Не унять эту боль. Осерчав, что раскисла и позволила вернуться прежней хвори, я смахнула пальцем слёзы, которые мешали писать. Падая на лист, они покрывали строчки письма.
«Смешно, но мне не хватает даже ссор с тобой. Поверь, мне плевать! Пусть они будут в нашей жизни, я хотя бы ощущала себя живой. Сердце страдало бы, но билось. А если любовь исчезнет из нашей жизни, то страдания и боль станут сильнее.