Вера
Шрифт:
Официантка приносит нам по салату витаминный и антрекот с рисом. Еда на вкус оказывается на высшем уровне. Не зря сюда стекается элита.
— Ты так эротично ешь, что я первый раз в жизни получаю не только гастрономическое удовольствие, но и эстетическое, — прерывает меня мужчина на блинчиках с творогом и со сметаной.
— Просто это так вкусно!
— Готов каждый вечер привозить тебя сюда, чтобы просто наслаждаться.
— Миш, ты смущаешь меня, — откладываю вилку на стол. Как можно наслаждаться едой, когда плотоядно смотрят на тебя?
— Прости,
— Ну всё, я отказываюсь есть при тебе.
— Даже не вздумай лишать меня такого удовольствия. Я чту семейные традиции. А в нашей семье всегда было принято ужинать вместе всей семьей.
— Правда? В моей тоже, — мысленно радуюсь, что нашлась по крайней мере одна точка соприкосновения. — Миш, а можно тебя кое о чем спросить? — наконец решаюсь я.
— Конечно спрашивай.
— О чем вы разговаривали с Васей?
Мужчина сминает салфетку в руках, сжимает челюсти и его мягкий взгляд на секунду становится вновь металлическим.
— Ты что его уволил? — не выдерживаю напряжения, разлившегося над нашим столом.
— Нет конечно. Но теперь он тебя не будет донимать своими неуместными знаками внимания.
— Что за ерунда! Мы всего лишь коллеги.
— Вер, оставь, — спокойно отвечает мужчина, будто не в его темных глазах сейчас играла буря в стакане, — я же вижу, как он на тебя смотрит. Но поверь, больше не станет. Мы уладили этот вопрос.
— Надеюсь без рукоприкладства? Мне и школьного инцидента хватило.
— Не переживай, — берет меня за руку начальник и его спокойствие плавно перетекает по венам и далее по телу. — Мы же взрослые люди. Всё уладили миром.
Далее наш разговор переходит в более мирное русло. Мы говорим о книгах, фильмах и музыке. Михаил действительно большой фанат классической музыки. Даже наше следующее свидание он планирует в опере. И здесь наши вкусы совпадают, очень люблю такие культурные мероприятия.
Вообще рядом с Мишей я чувствую себя хрустальной статуэткой, к которой относятся со всей бережностью. Мужчина смотрит на меня с такой щемящей нежностью, с которой на меня никто никогда не смотрел. Даже Игорь в начале наших отношений. Я задаюсь вопросом. А была ли любовь с его стороны вообще? А может всё дело в том, что Игорь просто не способен на такие глубокие чувства, на которые способен мужчина, сидящий напротив.
За этот вечер я нахожу в Михаиле родственную душу, родного человека. Будто знакомы сто лет. Хочется прижаться к нему и не отпускать ни на секунду. Но правила приличия твердят о том, что не сегодня. Будет ещё время. Не надо его торопить. Пусть всё идет своим чередом. Сначала свидания, ухаживания, а потом… Не буду загадывать. Боюсь разочарований.
Обратно Михаил везёт меня на такси. Мы сидим на заднем сидении и он держит меня за руку. Вроде такой простой жест, а сколько в нем чувств, откровения и даже интимности. Миша большим пальцем руки ласкает мою внутреннюю поверхность ладони, от чего без конца табунами по телу разбегаются мурашки. Страшно представить, что со мной произойдет, когда этот
Миша помогает мне выбраться из машины, на прощание целует руку и уезжает на том же такси. А я ещё долго провожаю взглядом девятку цвета спелой вишни. Так хочется продлить этот момент.
В подъезд захожу весёлая и счастливая до небес. Хочется петь и веселиться, как маленькой девочке. Но я стараюсь состряпать лицо посерьезнее и практически на цыпочках захожу домой. Свет включать не стоит, перебужу ещё всех, поэтому обувь снимаю на ощупь. Осторожно крадусь к себе в комнату, словно вор. Стараюсь не издать ни единого шороха и звука. На память прохожу мимо скрипучих половиц и с блеском оказываюсь в своей обители. Нажимаю кнопку выключателя и застываю.
— Ну, здравствуй, дорогая женушка. И куда ты от меня сбежала?
Моя сумка падает с грохотом на пол, на этот раз совершенно не беспокоясь, что могу кого-то разбудить.
17.
Муж сидит, развалившись на старенькой софе. Мамина любимая диванная накидка гормошкой съехала со спинки и Игорь небрежно примял её задом. В каких-то старых джинсах, мятой рубашке и с заросшей щетиной на лице. При мне муж всегда был гладко выбрит и с иголочки одет. Похоже Оксане некогда о нем заботиться. Оно и понятно, маленькому ребенку требуется много времени и внимания. А ведь у женщины ещё бизнес.
В одной руке он держит практически пустую полторашку жигулевского, а в другой вяленый окунек. Запахи кислого напитка и соленый рыбы заполняют все пространство отчего меня слегка мутит. А возможно причиной тому до боли знакомый мужчина.
— Игорь? — вылетает из меня писк. Я конечно понимала, что когда-нибудь встречусь с мужем. Но оказывается я совершенно к этому не была готова. Хотелось развернуться и убежать, как можно дальше отсюда.
— А кого ты ожидала увидеть? — злым тоном отвечает муж. А я никак не могу отойти от шока.
— Что ты здесь делаешь?
— Как это что? Приехал к своей жене и детям, которые сбежали от меня одним днем, — выплевывает мне слова, будто это я завела второго мужа и родила ему ребенка. Его наезд выводит меня из себя. Это я потерпевшая сторона, а не наоборот!
— А что же ты не остался с Оксаной?
Глаза Игоря наливаются кровью, а руки сжимаются в кулаки, отчего проявляются вздутые вены. Муж вскакивает с дивана, кидает бутылку на пол и остатки напитка разливаются по обшарпанному паркетному полу. Воздух наполняется резким нестерпимо тошнотворным запахом. Ладошки тянутся к лицу прикрыть нос. Как же я ненавижу этот запах! Сколько раз Игорь вот так напивался. Правда потом сразу засыпал. Но сейчас он не выглядит сонным, скорее разозленным. Я бы даже сказала, что он в ярости. Никогда его таким прежде не видела. Внутреннее чутье мне подсказывает, что лучше сегодня не устраивать разборок, а отложить всё до завтра. И вопрос про любовницу, пожалуй, был лишним.