Верь мне, Есения

Каждый сделанный им шаг в направлении кабинета глухим набатом разносится по пустынному коридору. Мерцающие на стенах светильники лишь слегка рассеивают вечерние сумерки, заполнившие помещение серыми тенями. Для визитов время довольно-таки позднее, даже слишком. Но новость, которую собирается сообщить Ричард, глава разведывательного управления Алигии, не терпит отлагательств.

Молчаливые стражники по обе стороны от дверей, как и полагается, почти не обращают на него внимания, и без лишних вопросов широко открывают тяжелые дубовые створки, только мужчина оказывается

у порога. Что ни говори, а приятно иметь привилегированное положение, во всяком случае, лично Ричард им несказанно гордится. К этому он шел многие годы, доказывая свою верность ценой собственной жизни, почему бы теперь искренне не насладиться преимуществами, которые дает особый статус.

— Ваше величество, — низко кланяется глава разведки Алигии, как только дверь за его спиной закрывается.

Мужчина, сидящий за огромным дубовым письменным столом тут же поднимает голову от документов, которые он перед этим скрупулезно изучал.

— Ричард, есть новости? — тут же спрашивает он, откладывая в сторону листы.

— Да ваше величество. Мы нашли ее, — подтверждает тот. Глаза монарха, на секунду блеснув огнем, снова гаснут, и на лицо возвращается привычная бесстрастная маска.

— Нашли? Где? — высокий женский голос, внезапно прозвучавший откуда-то сбоку, застает Ричарда врасплох — он даже и не подумал, что в кабинете может быть кто-то еще. А зря… Ведь следовало догадаться, что раз вести касаются не только его величества Дориана, а еще и королевы Эмилии непосредственно, то она вряд ли бы пропустила этот разговор.

— Ваше величество, — тут же поворачивается глава службы разведки, чтобы как подобает поприветствовать и королеву Алигии.

Хрупкая женская фигура с серым котом на коленях, кажется почти незаметной в затемненном углу дивана. Она, кивком ответив на приветствие, встает и направляется к монарху. Огромный серый зверь, с грациозностью опасного хищника соскочивший на пол, следует за ней, как привязанный. А как только парочка оказывается возле монарха, зверь тут же принимается тереться о ножку стола и громко мурлыкать, как обычный домашний питомец. Только хитрые взгляды, кидаемые в сторону самого Ричарда, выдают в нем необычное существо.

— Где она? — женщина становится возле короля, прямая, как статуя, с кожей бледнее мрамора и глубокими тенями под огромными необычайно яркими голубыми глазами. Ее рука ложится на плечо мужа, и ладонь короля тут же накрывает хрупкие женские пальцы в утешающем жесте.

— Принцесса на Земле… — тихо отвечает глава разведки.

У Ричарда нет детей, и не будет, а значит, ему никогда не придется почувствовать, что означает потерять любимого ребенка, жизнью которого тебя уже много месяцев шантажируют. И в этот момент, смотря на королевскую чету, мужчина искренне рад этому своему… дефекту.

— Земле? Дориан, на Земле? — голос женщины становится на тональность выше. — Как она туда попала?

— Леданийцы год назад придумали способ путешествия по мирам, используя природные порталы, — начинает объяснять король.

— Но ведь коридоры формируются хаотично… — непонимающе качает головой женщина.

— Наши ученые, как и леданийцы, нашли некоторую закономерность в их образовании, — в разговор вступает Ричард. — Мы можем высчитать, когда откроется ближайший портал на Землю и обратно. Один из них есть вблизи Колчестера.

— Что

с моей дочерью? — голубые глаза королевы блестящие в свете свечей от непролитых слез, останавливаются на лице главы разведки. В этом взгляде столько надежды и мольбы, что даже у старого вояки на секунду дрогнуло сердце.

— Она в земном приюте, в небольшом городке близь областного центра под названием Кропивницкий, — хрипло отвечает он, стараясь как можно больше смягчить рассказ и успокоить свою королеву. — По данным нашей разведки девочка жива и здорова, но… Мне собирать группу для возвращения принцессы?

— Но? — еще больше бледнеет ее величество. Жаль, что скрыть некоторые нюансы от несчастной женщины не получится.

— По данным той же разведки леданийцы в последнее дни активизировались, — откашлявшись, продолжает Ричард. — Я думаю, что они намерены забрать принцессу в ближайшее время. Среди них ходили слухи о ценном грузе, который необходимо доставить из Леданского нагорья.

— В сатрейском лесу, возле Леданского нагорья один из самых больших порталов… — задумчиво постукивает пальцами по столешнице его величество. Лишь этот незатейливый жест выдает в нем искреннее беспокойство о любимом ребенке. Ричарду прекрасно известно, что и король не меньше своей жены привязан к старшей дочери.

— Мы подозреваем, что каранты используют его, чтобы перемещаться на Землю, — подтверждает глава разведки.

— Откуда информация? — хмурится монарх, не переставая второй рукой успокаивающе поглаживать дрожащие пальцы жены на своем плече.

— Наша разведка вышла на ополчение, возглавляемым наследником престола, — внезапно заявляет Ричард. — За информацию о портале принц Николас просил личной аудиенции у вас.

— Я согласен. — скрипнув зубами, отвечает монарх. — Но сперва верните мою дочь!

— Буде сделано ваше величество, — поспешно кивает мужчина.

— И этот кот, Ксюша, насколько часто приходит в твои сны? — поправляет на переносице очки наш психолог.

— Ксения, можно Сеня — машинально исправляю. Не люблю, когда называют Ксюша. Это не мое имя. По правде сказать, и Ксения не совсем подходит, но оно, мне кажется, очень близко к тому, как меня назвали родители. Жалко, что я этого вообще не помню.

— Хорошо Ксения, — выбирает первый вариант Юрий Федорович. — Так насколько часто… скажем… за последнюю неделю?

— Один раз, — нагло вру, честно-честно хлопая глазами. Скажу больше — как пить дать, загипнотизирует. Плавали — знаем. Несмотря на то, что Юрий Федорович мой единственный друг в приюте, я отваживаюсь на ложь. Впервые, между прочим, за все то время, которое я тут живу.

Но психолог все равно тянется к нагрудному карману в поисках своих знаменитых часов на цепочке, которые мне за этот год уже порядком примелькались. Закусываю губу, сдерживая протест. Не хочу вызывать ненужные подозрения и судорожно прикидываю, каким образом избежать ненавистной процедуры, ибо с недавних пор появилось у меня такое стойкое ощущение, что она больше вредит, чем помогает. И хотя психолог настаивает, что проводит ее затем, чтобы я все вспомнила, но на самом деле после гипноза я почему-то наоборот теряю все воспоминания. Я уже столько раз ему об этом говорила, но он, к сожалению, не верит.