Веневитинов
Шрифт:
Веневитинов верит в поэта. Он рисует его образ умными и оригинальными красками, которые соответствуют его общему мировоззрению, стройно соединяющему элементы художества и философии. Поэт, вещатель слова, по своеобразной мысли нашего певца, молчит.
ТихийПоэту сродни именно размышленье. Рыцарь безмолвия, великий молчальник, он хранит в себе «неразгаданные чувства», и если так прекрасны его немногие вдохновенные слова, то именно потому, что они рождаются на лоне молчания. И поэту, сыну тишины, мудрой тишины, как бы стыдно делается за произнесенные слова, —
Как будто слышит он укор За невозвратные порывы.Оттого и надо без шума проходить мимо поэта, чтобы не спугнуты были его тихие сны, его глубокое раздумье. И для самого себя Веневитинов хочет этой священной уединенности; к ангелу-хранителю своему он взывает, чтобы тот стал верным стражем у враг его царства и осенил его чувства тайной. Ему страшны и другие насильственные посетители, другие тати: «лень с убитою душой», «зависть с глазом ядовитым». Особенно примечательна эта боязнь лени, душу которой он так верно называет убитой: живой поэт, он больше всего, как и Пушкин, не хотел обратиться в мертвую душу. Он готов был отказаться от радости («отжени от сердца радость: она – неверная жена»), он хотел мира и мысли, он не хотел только смерти. Но именно она пришла, физическая, и погасила огонь в его «вселюбяшей» груди.
Было ли бы ему утешением
Тем не менее поэт у Веневитинова умирает с надеждой, что его не забудут и отзовутся о нем:
Как знал он жизнь, как мало жил!Это, конечно, эпитафия и для самого Веневитинова: он мало жил, но глубоко знал жизнь – знал ее мыслью философа и чувством художника. Друг Шекспира, и Гёте, и Пушкина, умный и сердечный, он русской литературе завещал о себе чистое воспоминание и печаль недопетой песни. Александр Одоевский сказал, что эту песню, «не дозвучавшую в земных струнах», юноша-певец дослышит в небесах; здесь же, на земле, рано выпала из его рук «едва настроенная лира», и потому не успел он «в стройный звук излить красу и стройность мира». На эту красу он только намекнул. Это мог бы Александр Одоевский сказать и о самом себе.
Вечный. Книга I
1. Вечный
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
рпг
рейтинг книги
Болезни ног и варикозное расширение вен. Лечение и профилактика
Дом и Семья:
здоровье и красота
рейтинг книги
Надуй щеки! Том 3
3. Чеболь за партой
Фантастика:
попаданцы
дорама
рейтинг книги
Крупнейшие аферы и аферисты мирового масштаба
Документальная литература:
прочая документальная литература
рейтинг книги
Реквием
рейтинг книги
Настольная книга по теологии. Библейский комментарий АСД Том 12
Научно-образовательная:
религиоведение
рейтинг книги
Имперец. Том 1 и Том 2
1. Имперец
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
аниме
рейтинг книги
Настольная книга нотариуса
Научно-образовательная:
юриспруденция
рейтинг книги
Курс "Язык программирования PHP"
Компьютеры и Интернет:
программирование
прочая компьютерная литература
рейтинг книги