Венера Челлини
Шрифт:
– А почему Олег говорил об этом? О школе для собак?
Ева задумалась, вспоминая.
– Не знаю… Просто зашел разговор, случайно. Мы скоро поедем?
Ей надоело сидеть в машине. Солнце сильно припекало, и в салоне стояла жара. Открытые окна не добавляли прохлады. Воздух над городом неподвижно застыл, горячий, пахнущий асфальтом, нагретым камнем, испарениями мокрой земли. Длинная вереница машин растянулась на целый квартал, и неизвестно было, когда они смогут тронуться с места.
Славка обдумывал сказанное Евой. Его резануло то, как она назвала Матвеева: Денис, – невольно раскрывая
«Почему меня это волнует? – думал Смирнов. – Какое мне дело до этой растерянной красивой женщины, чужой жены и чужой любовницы? Что мне до того, как и кого она называет? Любит ли она своего мужа? Что связывало ее с убитым?»
Перед ним возникло бледное, красивое лицо мертвого мужчины, которое не портила даже выступившая синева. Краски смерти легли на него естественно, как почти все естественно в красивых людях.
«Черт! Мужик был то, что надо, этот Матвеев! – с неожиданно вспыхнувшей досадой подумал Славка. – Неудивительно, что такая женщина, как Ева, увлеклась им. Но как на все это смотрел ее жутковатый супруг? Знал он или не знал?»
Этот вопрос серьезно завладел его вниманием. Почему-то Олег Рязанцев казался ему опасным. Было в нем что-то такое… хищное, скрытое, отлично замаскированное ровным поведением, отсутствием бурных эмоций. Рязанцева выдавали глаза – холодные, с недобрым блеском в глубине, беспощадные. Такой, если вынесет приговор, обязательно приведет его в исполнение. И ничто ему не помешает. Он, наверное, принадлежал к той породе людей, которые решили, что они одни знают меру хорошего и плохого.
«Однако, – подумал Смирнов, – отношения Рязанцева и Евы должны меня волновать меньше всего. Мне нужны дневники. А я пока не особенно преуспел в их поисках. Искать в доме? Но там уже все обшарено, простукано, перебрано, все уголки осмотрены, все сейфы вскрыты, все потайные ящички вытряхнуты. Вряд ли я смогу сделать что-то большее!»
Машины впереди медленно тронулись, и Ева радостно сообщила Всеславу:
– Мы можем ехать!
В открытые окна потянуло сквознячком.
– Как хорошо! – сказала Ева. – Только мне есть хочется.
– Я знаю одно место, где готовят отличное жаркое, – ответил Смирнов, который только после слов Евы ощутил, что он тоже проголодался.
В небольшом ресторанчике на окраине Москвы в это время суток было немноголюдно.
– Вам здесь нравится? – спросил Славка, приглашая Еву за угловой, скрытый за ширмами столик.
Ева огляделась. Ресторанчик назывался «Стрелец» и полностью отвечал этому названию. Имелся в виду не знак Зодиака, а стрелецкое войско. На беленых стенах кое-где была роспись в духе русского лубка, горели старинные светильники. Небольшое пространство с низким потолком было все перегорожено ширмами с изображением сцен Азовских походов Петра I, в которых принимали участие московские стрельцы. Напротив столика, выбранного Смирновым, висел овальный портрет царевны Софьи. У нее было румяное, простое круглое лицо и большие темные глаза с густыми бровями.
– Вы гораздо красивее, Ева! – сказал Всеслав, указывая своей спутнице на царский портрет.
Ева смущенно улыбнулась. В словах Смирнова была искренность, совершенно несвойственная Олегу. Да и Денис скорее изображал искренность,
Официант в длинной красной рубахе, подпоясанной плетеным пояском, принес им уху из стерляди, блины стопкой на глиняном блюде, крупно нарезанные соленые грузди и дымящееся жаркое. Славка еще заказал белого вина для Евы.
Они ели с таким аппетитом, что обоим стало смешно. В маленькое окошко, застекленное зелеными, красными и лиловыми стеклами, светило солнце. Пахло жареной рыбой, приправами, пирогами и квасом.
Смирнов обдумывал за едой свои дальнейшие действия. Он рассказал Еве все, как договаривались. Они так и не приблизились к тому, где следует искать «записки» Матвеева. Оставался слепой. Он мог что-то знать! Теперь, когда его хозяин мертв, нет смысла хранить ему преданность. Славка был согласен с Громовым, что слепой может прийти в клуб. Вполне вероятно, его там знают. Должен же он поинтересоваться судьбой Матвеева, который внезапно оборвал свою связь с ним?
– Ева, а как ведет себя Олег? – спросил Смирнов, сам удивляясь своей настырности.
– Олег? – она пожала плечами. – Как обычно! А почему вы спрашиваете?
– Если бы я сам это знал! Интуиция, наверное… Вы извините за откровенность, но мне ваш супруг совсем не нравится.
– Почему?
– Потому, что мне нравитесь вы!
Ева протестующе покачала головой. Внезапно она покраснела и закрыла лицо руками.
– Не говорите так, – с трудом выдавила она. – Я чувствую себя… гулящей девкой, дрянью! – она заплакала. – Вы ничего не знаете… У нас с Денисом… Аркадьевичем была… связь…
Ева совершенно не собиралась откровенничать с кем бы то ни было, а тем более с посторонним мужчиной, которого она и знала-то всего ничего. Но то накопившееся в ней, чему она столько времени не давала выхода, вдруг прорвалось и хлынуло наружу, бурно, смывая все преграды… Она чувствовала, что может сказать этому человеку все, что угодно, все, что ее мучило последние несколько месяцев, что не давало ей спать ночами, а днем жить так же спокойно и свободно, как она жила раньше. Когда Ева не знала ни Олега, ни Дениса, когда она была молода и беззаботна, не отягощена обещаниями, ложью и долгом, жаждой любви и страсти – жизнь была светлой, как летнее утро, умытое душистым дождем…
А что теперь? Муки совести, бессонница, страх, стыд, разочарование, порочные желания, от которых она хотела и не могла избавиться… вот во что превратилась ее жизнь! Она мечтала о рае! Существует ли он где-нибудь, этот вожделенный рай?
Слава молча слушал исповедь Евы, вперемежку со слезами и вздохами. Он достал из кармана пиджака большой носовой платок и дал ей. Потом налил холодного вина. В нем происходила странная метаморфоза: из бесстрастного сыщика, умного, слегка циничного и равнодушного к дамам человека он превращался во влюбленного мужчину. Со всеми атрибутами этой роли – жалостью, покорностью, желанием угодить, утешить, принести себя в жертву и, наконец, с готовностью встать между любимой женщиной и этим миром, который наносит ей раны, окружить ее своей заботой, оградить, защитить… Но разве может один человек заменить собою весь мир?
Первый среди равных. Книга XIII
13. Первый среди Равных
Фантастика:
аниме
фэнтези
фантастика: прочее
попаданцы
рейтинг книги
Приваловские миллионы. Хлеб
Проза:
историческая проза
рейтинг книги
Критика демократии
Религия и эзотерика:
религия
рейтинг книги
Дважды одарённый. Том X
10. Дважды одаренный
Фантастика:
аниме
фэнтези
попаданцы
рейтинг книги
Официант-бармен. Пособие для учащихся средних профессионально-технических училищ
Научно-образовательная:
прочая научная литература
рейтинг книги
Законы рода
1. Граф Берестьев
Фантастика:
фэнтези
боевая фантастика
аниме
рейтинг книги
Сборник статей и интервью 2009г (v1.19)
Научно-образовательная:
политика
рейтинг книги
РКВМФ перед грозным испытанием
Неизвестные войны
Научно-образовательная:
военная история
рейтинг книги
Интернет на все 100 pro
Компьютеры и Интернет:
интернет
рейтинг книги
Монархическая государственность
Религия и эзотерика:
религия
рейтинг книги