Вендетта
Шрифт:
Я осматриваюсь в поисках оружия, но нахожу лишь серебряный подсвечник. Он достаточно крепкий, и сейчас этого достаточно. Надо было проверить карманы Девона и поискать тот проклятый карманный нож, который он всегда носит с собой.
Спустившись с лестницы, я вижу раздвижную дверь и облегченно выдыхаю. Толкнув, я открываю ее и выхожу наружу.
Я почти свободна. Дует прохладный ветер, и в течении секунды я вдыхаю свежий воздух, а после осматриваюсь вокруг в поисках оптимального выхода. С одной стороны есть дверь. Наверное, ведущая на задний двор. С другой - ворота, которые
Я направляюсь в ту сторону, радуясь, что здесь нет собак и никто не щелкает затворами. Мягко прикрыв за собой ворота, я пускаюсь в бег. Но пересекая лужайку перед домом, застываю на месте. Знаю, останавливаться нельзя, надо продолжать бежать. Но стоящие недалеко от меня двое мужчин меняют положение в тот же миг, как замечают мое присутствие.
Я сразу же узнаю в одном из них того, кто приходил ко мне в комнату. Это плохо. Я снова бегу, но уже слишком поздно, они несутся вслед за мной. Я развиваю хорошую скорость, но когда выбегаю на дорогу, чем-то раню ступню.
И в следующий миг меня обхватывают за талию, закрывая ладонью рот.
– Кто тут у нас?
– говорит жутким голосом тот, из комнаты.
Я вскидываюсь и расцарапываю ему щеку, вонзая ногти в кожу. Меня учили, что даже если тебя поймали, надо оставить след, свою метку. Я поднимаю руку, чтобы попытаться достать другого, но тот, в чьих руках я нахожусь, пересиливает меня, крепко обхватывая мои запястья.
– Сука, - шипит он и небрежно куда-то тащит.
– Похоже, принцесса Мур наконец-то вышла поиграть, - говорит другой.
Черт.
Я хныкаю, шепча имя Девона, когда он разрывает на мне майку.
Глава 8
ДЕВОН
От сна без сновидений меня будят теплые лучи солнца. Я резко, даже чересчур поспешно, сажусь, и голову пронзает боль. Откинувшись на спинку кровати, я подношу руки к вискам и массажирую их круговыми движениями, но это все равно не помогает. У меня худшее похмелье из всех, которые когда-либо были. Чертов Джек.
Открываю глаза, но яркий свет только ухудшает головную боль, и я снова крепко зажмуриваюсь. Язык словно превратился в наждачную бумагу, и я ужасно хочу пить. Только через несколько минут я опять разлепляю глаза, пытаясь сосредоточиться на каком-нибудь предмете.
Вот тогда я понимаю, что нахожусь в комнате Лейтон. В ее постели.
«Дерьмо.»
Что, черт возьми, произошло вчера вечером? Я пытаюсь воспроизвести события: Лейтон, «Барокко», Сорайя. От последнего воспоминания съеживаюсь. Чертовски напрасная трата времени.
А после... ничего. Я никогда не допускал ничего подобного. Конечно, я и раньше напивался, но ни разу — до потери памяти.
«Всегда оставайся в трезвом уме», — как-то сказал мне дядя, и я всегда слушался его совета.
До прошлой ночи.
Я медленно встаю с кровати под аккомпанемент барабанов в голове, бьющих по мозгам все громче. Я полностью одет, и от меня несет алкоголем вперемешку с духами. Меня тошнит, и я уже собираюсь бежать в ванную, когда
Я направляюсь в ванную, прислушиваясь к звукам, в надежде, что она принимает душ или хоть что-нибудь делает, но когда захожу вовнутрь, вижу, что ее нет.
Выйдя, я осматриваю комнату, разыскивая любые подсказки относительно того, что произошло. Нахожу глазами ее обувь на полу рядом с кроватью. Все как обычно.
Но ее здесь нет.
«Идиот», — хочу заорать, но знаю, что это привлечет внимание. Поэтому ругаю себя мысленно.
Блять, так и знал, что это случится. Из-за этой девушки я становлюсь жалким подобием человека. Так было всегда. Слабым. Вызывающим жалость.
По крайней мере, я могу наконец быть с собой честным.
«Да, Девон, ты избегал ее так долго, как только мог, по определенной причине.»
И, говоря начистоту, я даже не волнуюсь, что она сбежала. Я бы очень удивился, если бы она не воспользовалась шансом, который я по глупости ей дал. Нет, мой бессмысленный, безотчетный страх основан не на том, что она сделала, а что кто-то ее поймал. Эта мысль тревожит меня. Я никогда не волновался о ней так, как сейчас. Ведь именно по моей вине она здесь оказалась.
Черт.
Уверен, я бы услышал хоть что-нибудь, если бы она до сих пор была здесь или попала бы кому-нибудь в руки. Я почти не сомневаюсь, что она кричала бы.
Подойдя к двери, я не удивляюсь, когда спокойно ее открываю. Мне остается лишь покачать головой на свою глупость.
«Идиот.»
Выйдя из комнаты, я запираю дверь и направляюсь вниз, в комнату для гостей, по пути составляя план действий.
Я воняю духами и алкоголем, но времени в обрез, чтобы принять душ прямо сейчас. Понимаю, что подошел к ее кровати с подобным запахом, и мне приходится отмахнуться от появившегося чувства вины. Так будет лучше.
Стоит ли рассказать обо всем Фрэнку? Держу пари, у Стиви будет замечательная возможность повеселиться, «я-же-вам-говорил». Но я должен хоть что-то сообщить. Наверное, следует рассказать все как есть? Тогда я могу найти ее, и... и что? Убить? Да, потому что она — моя слабость. И у меня есть обязательства по отношению к моей семье. И я наконец буду свободен от этого жалкого... чувства.
Я смеюсь над собой. Да, жалкого.
Проходя мимо зеркала, я ловлю в нем свое отражение. И меня ослепляет вспышка воспоминания о том, как она ударила меня по лицу. Ну, вот и ответ на вопрос, что она думала обо мне, когда я подошел вчера вечером к ее кровати.
Надев первую попавшуюся рубашку и джинсы, я спускаюсь вниз, чтобы разыскать дядю. Нет, я не могу скрывать от него побег. Мне просто нужно подобрать сопли и показать всем, что я потерпел неудачу.
Спускаясь по лестнице, я слышу голоса, и по позвоночнику проскакивает дрожь страха. Не знаю, что там происходит, но мне это уже не нравится. Вижу человек пять, которые подслушивают, пытаясь казаться незаметными. При моем приближении они отступают. Это абсолютно смешно. Я стучу в дверь, и один из них, по-моему, Джейк, открывает ее передо мной.