Вендетта
Шрифт:
— Да что вы говорите! И как они вам это показывают? А можно посмотреть, как вы вызываете духов? — Роберто решил сразу выяснить все интересующие его вопросы. — Чтобы мы увидели, как именно они не любят?
— Нет, — односложно ответил орк и отвернулся.
— А если вас попросит прекрасная девушка? — не сдавался парень.
Но ответом ему было молчание. Орк демонстративно изучал Санторо-старшего.
— А если она, к тому же, дочь начальника гарнизона? — продолжал монолог Роберто. — Инорита
Инорита недовольно откашлялась и открыла было рот, но тут орк обратился к Винченцо.
— Почему ты позволяешь своей женщине ходить в таком виде? Это неправильно.
— Она не моя женщина, — смутился капитан, понявший о ком идет речь и недоумевающий, почему орк обращается к нему, а не к брату.
— Твоя. Духи говорят, между вами есть связь. Но если не хочешь считать ее своей, отдай мне.
— Я не отдаю своих женщин, — возразил Винченцо.
— Ты бы уж определился, твоя она или не твоя, — едко заметил Роберто, обиженный демонстративным игнорированием со стороны шамана.
— Какая разница, — недовольно ответил брат. — Все равно я ему никого отдавать не собираюсь.
— А почему это вы решили, что я — его женщина? — наконец смогла облечь в слова свое возмущение Изабелла. — И чем это вам не нравится моя одежда?
Орк окинул ее презрительным взглядом и не ответил.
— Инор Азадаш, а как, по-вашему, должны одеваться жещины? — Роберто попытался опять вовлечь шамана в разговор.
— Чужие мужчины не должны видеть ничего, — отрезал орк.
— Тогда лучшая одежда — это мешок, — ядовито сказала Изабелла. — Другие ничего не видят, а женщина через дырочки может смотреть на дорогу, чтобы не упасть.
— Ты сказала, — высокомерно кивнул головой орк. — Я согласен.
— А что, инорита Изабелла, — хохотнул Роберто, — может, в на бал по орочьей моде оденетесь? И экономно, и все внимание — ваше. Мешки я у нас в кладовке точно видел, и инора Кавалли, кажется, заполнила их еще не все, так что вполне можем парочку выделить.
— Танцевать неудобно, — фыркнула Франческа, представив эту картину.
— Танцевать женщина должна только для мужа, — наставительно заявил шаман. — И это правильно.
Тут как раз прибежал солдатик, отправленный в трактир, с пирожками, кувшином травяного отвара и кружками и, по указанию Винченцо, начал раздавать оркам принесенное. Орки косились на шамана и брали еду только тогда, когда тот давал свое разрешение. Шаман поблагодарил за угощение, но сказал:
— Стоя есть — это неправильно.
— Мы бы вас в гости пригласили, — заметил Роберто, — Но вы же инора Морини ждете, не пойдете, наверно.
— Что ж, — важно ответил орк, — после разговора с вашим главным, мы можем и навестить ваше жилище.
— Ченцо, — радостно
«И морально в том числе,» — подумал капитан, представив «радость» своей кухарки, когда к той на обед ввалится толпа ароматных орков, но одного из подчиненных все-таки с поручением отправил. Если уж есть возможность установить нормальные отношения со степью, то надо ей непременно воспользоваться, а дом потом и проветрить можно.
Наконец степенно подошел градоначальник в компании полковника Вальсекки. Начальник гарнизона недовольно посмотрел на надутую дочь, слишком близко, по его мнению, стоящую к оркам, но выговаривать никому не стал.
— Уважаемый Хишнак Азадаш, — начал инор Морини, прерывистый голос которого ясно указывал, что до площади он двигался в темпе, максимальном для такого упитанного тела, — мне доложили, что у вас какие-то претензии к нашему городу.
— Наши требования касаются правителя вашего народа, а не города, — возразил шаман. — До нас дошли известия о том, что в гареме вашего короля находятся женщины нашего народа.
— У нашего короля Марко нет никакого гарема, — приглушенно пискнул ошарашенный градоначальник.
— Значит, в законные жены он их взять не захотел, — побелел от злости орк.
— Вы его неправильно поняли, уважаемый инор Азадаш, — вмешался Винченцо, видя, что начальство в шоке и никак не собирается реагировать на заявления орков. — В наших землях не удерживаются женщины вашего народа, в том числе и королем Марко. И я ни разу не слышал, чтобы среди его сердечных привязанностей были орчанки.
— Но тем не менее, торговцы, приезжавшие к нам в стойбище, говорили, что у вашего правителя гарем из орчанок. Мы подсчитали пропавших за последний год наших женщин и решили, что ваш правитель должен заплатить их родителям выкуп, как положено, а не воровать под покровом ночи.
— Э-э-э, — промямлил очнувшийся градоначальник, — мы, наверно, сможем компенсировать вам это материально. Сколько у вас пропало девушек?
— Сто двадцать восемь, — ответил шаман.
— Ни в коем случае нельзя платить! — одновременно с ним воскликнул Роберто. — Не говоря уже о том, что это абсолютно абсурдное обвинение, а выплачивая деньги, вы подтверждаете вину короля Марко, так после этого еще и будете возмещать оркам всех уворованных без согласия родителей девушек. Инор Азадаш, — обратился он к шаману, — посудите сами, зачем нашему правителю сто двадцать восемь орчанок?
— Ни одна из ваших женщин не смогла родить ему ребенка, — невозмутимо ответил шаман. — Все жены вашего правителя погибали, не в силах выдержать его любви. Наши женщины крепче.