Велий ветер. Книга вторая

– Который день небо хмурится, а все никак дождем не разродится, – бродяга в заплатанных штанах обратился к своему спутнику, который присел на корточки, чтобы завязать шнурки – они оказались настолько ветхими, что, не выдержав натяжения, порвались.

– Да что ты будешь делать! – в сердцах воскликнул он. – Здесь все такое ненастоящее, что того и гляди небо по швам разойдется. Почему так, Посвист?

– Неплохо бы, – улыбнулся тот, наблюдая за тем, как его брат пытается соорудить узел так, чтобы ботинок держался на ноге.

– О чем ты? –

не понял Стрибог.

– Неплохо было бы, если бы небо разошлось по швам, дождика хочется, – уточнил тот.

– И не говори, – вздохнул бог ветра. – Как они здесь живут, не представляю.

– Они привыкли, – пожал плечами Посвист. – Поживешь с ними пару десятков лет – и ты привыкнешь.

– Обнадежил, спасибо, – Стрибог криво усмехнулся и, с сомнением взглянув на результаты своего труда, поднялся и прошелся взад-вперед. Так и есть – ботинок свалился с его ноги уже после двух-трех шагов. – Вот зараза, – пробормотал он сквозь зубы.

Повелитель ветров обвел взглядом окрестности и с тоской вздохнул: покосившийся забор ближайшего строения и облезлый гусь, ищущий что-то в грязной луже, явно не улучшили его настроения.

– Я так и не понял, что мы делаем в этой глухомани, – обратился он к брату. – Неужели ты думаешь, что здесь мы можем найти Чернобога? Что-то очень сомнительно.

– Я этого не говорил.

– Тогда что?

– Помнишь Навь?

– Конечно.

– Представь, что ты в ней сейчас и находишься.

– Не понял тебя, – нахмурился Стрибог.

– Все очень просто, – Посвист потянулся, разминая затекшую спину. – Подземное царство нашего дорогого Чернобога – это так, цветочки. Можно сказать, прихожая. А сейчас мы с тобой в его настоящих владениях. Здесь тебе и коридоры, и переходы, и смежные комнаты, и центральная зала, до которой еще нужно добраться. А ней – еще одна, и еще. И так далее.

– Игла в яйце, яйцо в утке, утка в зайце?

– В общих чертах.

– То есть…

– Чтобы добраться до короля, нам нужно сначала съесть его пешек, коней, слонов, туры. Может быть, и ферзя.

– Ферзя?

– Образно выражаясь.

– Ты говоришь об этом мире так, словно считаешь, будто мы с тобой внутри шахматной партии.

– По большому счету так и есть. Это, конечно, аналогия, однако, как я уже говорил, все мы метафоричны в той или иной мере.

– Извини, но мне сейчас не до твоих идиом, Посвист. У меня есть цель, не забывай об этом.

– Я помню, брат, не сомневайся. Только об этом и думаю. Вот только нам не остается другого выхода, кроме как играть по правилам, которые установил Чернобог. Иначе мы будем обречены слоняться здесь годами.

– Почему бы просто не вызвать бога зла на честный поединок? – Стрибог решительно сдвинул брови.

– Чтобы сделать это, нужно сначала найти его. А он, как ты, наверное, успел заметить за этот год, не горит желанием видеть тебя.

– Жалкий трус!

– Согласен. Трус и подлец. Но для него это скорее комплименты, так что можешь не горячиться почем зря.

– Как тут

не горячиться! – схватился за голову Стрибог. – Мы столько времени потратили – и все впустую.

– Почему впустую? – возразил Посвист. – Мы, конечно, не нашли Чернобога, но зато мы точно знаем, где его нет.

– Этот мир слишком велик, чтобы искать наугад.

– К сожалению, у нас нет другого выбора. Но рано или поздно мы нападем на его след – и тогда ему не удастся скрыться от нас.

– Почему Сварог не помогает нам?

– Обязательно задам ему этот вопрос, когда будет такая возможность. Пойдем, нам нужно найти ночлег засветло.

Не слишком воодушевленный речью брата, Стрибог вздохнул и поплелся за ним следом, стараясь не отрывать от земли болтающийся ботинок, отчего его походка приобрела весьма жалкий вид. Его одолевали сомнения и тяжелые мысли. Прошел почти год с тех пор, как они пересекли границу миров и отправились на поиски извечного врага всего живого. Поначалу задача казалась ему простой, но со временем он начал понимать, насколько сложно найти того, кто практически ничем не отличается от тысяч дельцов, промышляющих обманом и грабежом. Бог ветра вспомнил свою первую встречу с одним из них.

Доктор юридических наук Бруно Шульц специализировался на бракоразводных процессах и в своей сфере слыл весьма знающим и успешным профессионалом, одним из лучших в Кельне. Мало кто из его окружения знал о том, что этот благообразный румяный толстяк в дорогом костюме, активно занимавшийся благотворительностью и красовавшийся на рекламных проспектах, на самом деле был хитрым мошенником, который, умело используя лазейки в законе, за определенное вознаграждение представлял в суде белое черным – и наоборот. Жестокие и грубые мужья с его помощью превращались в заботливых супругов и любящих отцов, а алчные жены – в обиженных добропорядочных домохозяек.

Ознакомившись с деятельностью Шульца, Стрибог пришел к выводу, что обычный человек не может быть настолько прогнившим изнутри, и, несмотря на возражения Посвиста, явился к нему в офис в своем грозном обличье, ожидая увидеть перед собой Чернобога. Однако юрист и бровью не повел, выслушав гневную обличительную речь странного визитера:

– Я не совсем понимаю, о чем вы, господин… эээ… Стрибог? Вы серьезно? Разве мы с вами встречались прежде? Если я вел ваш бракоразводный процесс, а чем я лично сомневаюсь, то говорите, пожалуйста, по существу. В чем ваши претензии?

– Мои претензии, мерзавец, в том, что ты обманом вытягиваешь из своих братьев деньги! – бог понял, что перед ним обычный человек, и поразился самоуверенной наглости, с которой тот держался.

– Во-первых, я единственный ребенок в семье и братьев у меня нет. Во-вторых, я не позволю вам оскорблять меня. Не забывайте, что я имею некоторое представление о законе и могу в любой момент потребовать от вас возмещения морального ущерба. Учтите, что весь наш разговор записывается, так что впредь советую вам следить за своими словами.