Век
Шрифт:
— Я приготовлю кофе. Мы выпьем по чашке и поговорим.
Она выпустила его руку и пошла в кухню.
ГЛАВА 33
Серж Виттгенштайн подвязал шелковым поясом свой японский халат, закурил сигарету «Собрани» и стал ждать, пока японский слуга не проведет Виктора в его кабинет на третьем этаже. Банкир позвонил ему два часа назад и попросил о встрече. Серж прекрасно знал, зачем тому понадобилось встретиться с ним.
В кабинете стояли часы на подставке под стеклянным колпаком, стол с четырьмя телефонами и черный шкаф
Дверь из холла распахнулась, и на пороге появился Виктор. Серж положил сигарету и пошел навстречу, протягивая ему руку.
— Мистер Декстер, рад видеть вас. Дрю так много о вас рассказывал, что мне кажется, будто мы уже давно знакомы.
Виктор посмотрел на протянутую руку, однако не пожал ее. Он холодно глянул прямо в глаза Сержу:
— Сколько я должен заплатить за то, чтобы мне вернули сына?
— Простите, о чем вы?
— Давайте не будем валять дурака. Тацци похитил Дрю...
— Похитил?
— Бросьте, приятель! Я пришел сюда договориться с вами. Полиция об этом ничего не знает, так что, ради Бога, не валяйте дурака!
Серж сел за стол.
— Я слушаю.
— Так-то лучше. — Виктор уселся на диван. — Мне известно, что Тацци сейчас на Кубе — покупает яхту, которую хочет превратить в плавучий игорный дом. Он там уже пять дней, поэтому никто не сможет доказать, что похищение совершил он. За него это сделали его ребята. Я не получил от Тацци требования о выкупе, потому что он знает, что я вычислю того, кто это сделал, и приду к вам. Так вот я здесь. Что я должен сделать?
— А как вы сами считаете?
— Одобрить кредит на покупку «Грэхэм-Хоуэллс»?
Серж улыбнулся, развел руками, но ничего не сказал.
— Какие гарантии я буду иметь, что Дрю не будет причинен вред?
Но тут дверь слева от камина открылась и в кабинет вошел Винни. Серж изумленно выпалил:
— Мне показалось, что ты хочешь, чтобы это дело провернул я.
— Заткнись! — Винни подошел к Виктору и оглядел его с головы до ног. — Так... — заговорил он наконец, — вот мы и снова вместе, как в старые времена, а, Виктор? — Он повернулся к Сержу. — Знаешь, мы с Виктором давно знаем друг друга. Очень давно. С тех пор, как были детьми в Бруклине.
— Выходит, я ошибся? — спросил Виктор. — Ты не был на Кубе?
— О да, я был там. Купил себе красавицу-яхту, она принадлежала там какому-то сахарному королю. Провернул выгодное дельце, Виктор. Они доставят ее в Нью-Йорк на следующей неделе, а я прилетел еще вчера. Когда Серж сообщил мне, что ты явишься сюда, я не смог побороть желание увидеть тебя, я так давно хотел с тобой увидеться, Виктор. Так давно.
— Вы не причинили вреда Дрю?
— Нет. Его никто и пальцем не тронул. Если бы это произошло, мне труднее было бы торговаться с тобой, так ведь?
— Я оформлю кредит, — сказал Виктор. — Половину его я переведу на счет «Канадского банка». Когда Дрю вернется ко мне целым и невредимым, я переведу вторую половину.
На момент Винни задумался, потом кивнул:
— Да, это звучит неплохо. Я согласен. — Он расплылся в улыбке. — Мне нравится наблюдать, как ты обливаешься холодным потом, Виктор. У меня теплеет на душе от этого.
Виктор поднялся:
— Перевод денег будет осуществлен завтра утром. Где я найду Дрю?
— Мы отпустим его в каком-нибудь безопасном месте и дадим денег на дорогу. Ты можешь доверять мне, Виктор. Да у тебя и нет другого выхода, кроме как доверять мне. Ты ведь знаешь это?
Виктор знал. Он направился к двери.
— Подожди минутку, Виктор. Есть еще одна вещь. Подойди сюда.
Виктор закрыл глаза, почувствовав мгновенную усталость, и подошел к Винни.
— Я еще не кончил с тобой, Виктор. Ты — мой должник. Синг-Синг — дерьмовое место, действительно дерьмовое место, а я ведь провел там двенадцать лет. Ведь это ты упрятал меня туда? Ты подстроил то ограбление ювелирного магазина и впутал меня в него. У меня было достаточно времени, чтобы вычислить это, так что не пытайся отрицать. А ты подумал, ты вспомнил хоть раз обо мне в течение этих двенадцати лет, а, Виктор? Спорю, не вспомнил. Ты наслаждался жизнью в своем банке, ты богател год от года, ты стал боссом... Ты не думал обо мне, Виктор, но я-то о тебе думал. О-о-о, я часто о тебе думал. Я думал о том моменте, когда снова прихвачу тебя, как я уже сделал это однажды, помнишь? Тогда ты меня переиграл, но в этот раз, Виктор, ты попался. И сейчас я схвачу тебя покрепче, чем раньше. А ну, становись на четвереньки!
Виктор окаменел.
— Давай-давай, становись! То есть если ты хочешь видеть своего Дрю живым. Его сторожа — настоящие головорезы, Виктор. Мне стоит только позвонить им...
Виктор медленно опустился на четвереньки.
— Полюбуйся, Серж! Знаменитый банкир, мистер Уолл-стрит, стоит на четвереньках перед Винни Тацци, бутлеггером! Красивое зрелище, правда? А теперь, Виктор, ты видишь мой правый ботинок? Я желаю, чтобы ты подполз и поцеловал его.
— Ты, грязная свинья...
— Не зли меня, Виктор. Не зли меня. Целуй ботинок.
Виктор не шелохнулся.
— Целуй, сукин сын! — заорал Винни.
Виктор подполз к нему и поцеловал блестящий носок кожаного ботинка Винни.
Второй раз в жизни Винни полностью унизил его. Он поклялся себе, что это будет в последний раз.
Винни глядел вниз на Виктора, глаза у него горели. Потом быстро поднял ногу и изо всех сил ударил банкира в лицо. Тот застонал и повалился на бок, закрыв руками правую щеку.
— В прошлый раз я крепко врезал тебе, — прошипел Винни. — Но сейчас ты старик, Виктор, поэтому я тебя пожалел.
Серж наблюдал эту сцену с неподдельным ужасом.
— Ради Христа, Винни, с него достаточно, — вымолвил он.
Тацци подошел к двери, затем обернулся посмотреть на Виктора, который все еще лежал на полу, держась за щеку.
— Даже если я убью этого мерзавца, все равно ему будет недостаточно. — И он вышел из комнаты.
Серж кинулся к Виктору и помог ему встать на ноги.
— Вы в порядке? — спросил он.
Декстер убрал руки. Носок ботинка Винни ударил его ниже правого глаза и рассек кожу. Кровь залила всю щеку, под глазом Виктора уже наливался огромный синяк.