Ведомство. План "Перехват"

Проверено.

Все имена, оперативные псевдонимы, а также сведения, составляющие государственную тайну, намеренно изменены.

Все совпадения с реальными событиями совершенно случайны.

К публикации допустить.

Ведомство

— А вы, я смотрю,

у нас постоянный посетитель! — глянув в базу, кокетливо произнесла новенькая регистраторша.

— Ну, до звания почетного донора мне еще далеко, — отмахнулся Вдовиченко и прошел на кресло. — Да и брать его не буду…

Новенькая понравилась ему больше прежней. «Поболтаю, как закончу с этим…» — подумал он, глядя, как медбрат ловко перехватывает жгутом предплечье и ищет вену.

— В горячих точках служили? — увидев татуировку, спросил тот, и Вдовиченко сдержанно кивнул.

Игла пронзила кожу, и он отвернулся: несмотря на весь опыт, смотреть на бегущую по прозрачной трубке темно-красную струйку жизни было неприятно…

Уже года полтора как в конце каждого месяца мобильный донорский пункт останавливался в небольшом сквере неподалеку от его дома, и однажды майор запаса спецназа ГРУ Вдовиченко решил, что сдавать кровь — лучший способ почтить память тех, кто не вернулся когда-то из боя, тех, кого он знал лично и совсем незнакомых ребят. Льгот и наград за это он не ждал — и без того был ими не обделен. Просто считал, что его вторая отрицательная обязательно спасет кому-нибудь жизнь…

— Мало что-то сегодня… — зевнув, произнесла врач за столиком.

— Да погодите, Татьян Иванн, они после часа потянутся. Тогда и наберем… — откликнулся медбрат.

— После часа алкаши местные потянутся, — сморщила нос регистраторша. — Только и смотри, чтобы без запаха… Нормальные после трех.

— Да вон уже… — начал было молодой парень у входа, чьи функции до сих пор не были понятны Вдовиченко — вроде, тоже в белом халате, а в медицинских манипуляциях не участвовал ни разу, — и вдруг замолк.

В фургончик мобильного пункта влетели двое. В балаклавах.

…Впоследствии Вдовиченко не раз думал о том, что приди он всего на пять минут раньше, не задержись, допустим, в булочной — все можно было бы предотвратить.

Но — не сложилось…

Увидев у крупного парня с огромным крестом на груди оружие в руках, он автоматически начал вставать из кресла. Неприятно дернуло и потянуло иглу. Его сильно прихватил за руку медбрат, все еще не веря в происходящее:

— Сидите, сидите, еще не закончили…

— А что это мы тут делаем? — осведомился вошедший, поднимая помповое ружье. — А, понятно. Нежить кормим!

Голос был уверенный и злой.

— Бей-убивай! — взлетел вдруг высокий девичий голос, кричала вторая вошедшая, поднимая пистолет. — Упокоим вампиров!

Вдовиченко успел удивиться: девушка! С травматом!

Скинув, наконец, руку медбрата и выдернув иглу, он начал двигаться

автоматически, глаза уже нашли идеальную траекторию, чтобы загородить собой медиков и вышибить из минивэна этих двоих, тело само приготовилось к атаке, но крупный парень поднял ружье…

Выстрел отбросил его назад, он успел услышать крики: «Бей-убивай! Смерть вампирам! Упокоим нежить!», потом увидел, как содрогнулся фургон от второго выстрела, — вроде бы, пришедшего снаружи в стенку, — и потерял сознание.

…— Ты меня понял? Тогда вставай и повтори, — бросил тренер.

Влад тяжело поднялся с мата, пытаясь восстановить дыхание так, чтобы не показать, что он его вообще сбил.

Проклятые ребра до сих пор не давали вдохнуть полной грудью, а тренировки приносили настоящие страдания. Врачи, сначала в Лукоморье, потом в московском спецгоспитале поколдовали всерьез, обещали, что, хотя сломанные ребра обычно болят долго, у него проблем не будет…

И, наверное, будь Влад обычным гражданским, их действительно и не было бы. Но он был тем, кем был.

Что касается тренировок — рычаг руки наружу, рычаг руки внутрь, загиб руки, задняя подсечка получались у него идеально, как и бросок через колено. Но вот броски через грудь и спину, а также удушающие приемы…

— Первый, второй, бросок через грудь! — услышал он команду.

Защита, расслабляющий удар, захват…

На этот раз Влад не смог сдержать болезненный вскрик.

Опять он лежит, задыхаясь, на мате!

— Хватит, Точицкий. В раздевалку. Квалификация через месяц, значит, не быть тебе мастером. Красавченко, со мной… — услышал он голос тренера.

Одевшись, он ждал на стуле окончания тренировки.

Точнее, ждал своего друга и вечного спарринг-партнера Игоря Красавченко.

Тот, войдя, сразу подступился:

— Ну ты чего, Влад? Совсем раскис или держишься? Пойдем как обычно, в «Белок», или другую кафешку поищем?

На первые два вопроса отвечать не хотелось, поэтому Влад коротко бросил:

— В «Белок». Давай быстрее, я не обедал еще.

Остальные ребята, одеваясь, проходили мимо, кто-то говорил слова поддержки, кто-то просто похлопывал по плечу. Влад предпочитал отделываться ничего не значащей улыбкой и кивком.

Ну действительно — не сдаст он квалификацию на мастера спорта, и что? Через полгода, значит, сдаст.

Но почему тогда так обидно и муторно на душе?

Ребра все еще ныли, хотелось вдохнуть полной грудью, но было нельзя. И от этого было еще обиднее.

Дверь снова открылась, заглянул тренер:

— Влад еще здесь? Ага, идем со мной. Поговорим.

— Я подожду, — крикнул Игорь, и Влад кивнул, не оглядываясь.

В тренерской окно было распахнуто, за ним оглушительно чирикали воробьи и пахло весной.