Ведьма
Шрифт:
— Да. Он знает секрет Черного огня, — солгал Деверо.
После пожара в школьном театре Майкл с ужасом обнаружил, что без Жеро они вдвоем с Илаем не в состоянии вызвать Черный огонь. Оба сына были нужны колдуну живыми. Илай спасся, вызвав
— Ты поклянешься в том, что ты и твои сыновья будут верны мне, если я оставлю это… создание жить?
Майкл равнодушно смотрел на младшего сына. Жеро лежал на больничной каталке, напоминая корчащуюся груду обожженного мяса. Если он каким-то чудом выживет, то навсегда останется чудовищем. Он заслужил это, пойдя против своей плоти и крови.
— Да, — ответил Майкл сэру Уильяму.
— Хорошо. Ты принесешь кровную клятву. По знаку сэра Уильяма колдун-послушник в черных одеждах поднес на черной подушке прекрасно инкрустированный драгоценностями атам. Майкл рассек запястье и капнул кровью на обожженное тело сына.
«Он все равно умрет, — подумал Майкл и о сэре Уильяме, и о Жеро, — но к тому времени я получу желаемое».
Сэр Уильям усмехнулся и склонил голову, принимая клятву по всем правилам. Майкл радовался собственной хитрости.
— Да будет так, Майкл, предводитель ковена Деверо. Ты поклялся мне в верности, — приглушенным голосом сказал глава Верховного ковена, отбрасывая капюшон.
Майкл задохнулся
Перед ним сидел не сэр Уильям Мур, но сам Рогатый Бог, Король ада, Повелитель мух, дьявол.
— Твоя семья навеки принадлежит мне, — усмехаясь, сказал демон.
— Нет… — слабо простонал Жеро.
Холли спала в своей комнате в доме Андерсонов.
«Я — Изабо, я — Холли, а он… Он жив, мы на реке, все вместе, с нами родители, Тина смеется. Смотрите, как играет солнце в ее волосах. Смотрите, как солнце отражается в глазах Жеро. Призраки успокоились. Успокоились… О боже, Кари права, я убила его!»
По щекам девушки катились слезы. Баст на мягких лапах подобралась к ней и задышала в ухо.
— Что ты хочешь? — спросила кошка, моргая огромными глазами.
— Верни его, — простонала Холли и проснулась. Сжав руки в кулаки, она посмотрела на Баст и сказала: — Я верну его, даже если на это потребуется вся моя жизнь…
Кошка мяукнула, но Холли не могла понять, соглашается она или возражает.
Девушка села в кровати, измученная до мозга костей, оглушенная горем, но готовая действовать.
У окна парила птица — серый сокол.
— Дух Пандионы, — прошептала Холли, — помоги мне.
Птица закричала, склонила голову и не улетела.
Холли спала и видела сны.