Ведьма без имени

Рейчел Морган - 13

Я вытянула шею и, щурясь, смотрела вверх, на царящий в квартире полумрак. Высоко на фоне солнца крылья, подобные стрекозиным, сияли, словно тонкая глянцевая бумага. Редкие автомобили, проезжавшие в дальней стороне аллеи, заглушали стрекотание крылышек Дженкса, но я мысленно слышала его, когда

пикси завис перед грязным стеклом окна.

Влажный запах грязи, исходивший от мокрой мостовой, был напоминанием о рассвете, но усиливавшийся запах испуганного вампира доносился недалеко от моего локтя. Я сомневалась, что Марша долго размышляла, но неподчинение вампира хозяину может привести к смерти.

Все еще наблюдая за Дженксом, я незаметно отодвинулась подальше от Марши, офисного клерка среднего класса. Ее каблуки были стилем этого года, но она не сможет бежать в них. Ее волосы были сочной копной, которая перетекла на ее плечи в эбеновой волне... и снова, они делали ее легкой целью в близкой борьбе. Пышные формы окончательно заверяли, что она была красива. Но как принято у живых вампиров, это не было случайным, ее внешность была выведена по последним двум поколениям, не для пользы Люка, человека, в которого она, к сожалению, влюбилась. Но она знала, что была уязвима. Вот почему Айви, Дженкс, и я были здесь.

Моя шея получала растяжение мышц, и я опустила свой пристальный взгляд к проезжающим мимо автомобилям, уверенная, что расстояние и мусорные баки скроют нас от случайного взгляда. Тяжелый гул вовремя привлек мое внимание, чтобы увидеть, как Дженкс уворачивается от крылатой тени. Голубая сойка пронзительно кричала, и кончики пяти перьев, постепенно падали между зданиями. Дико размахивая крыльями, подстриженной птице удалось перебраться через улицу прежде, чем удариться о тротуар.

Отогнав птицу, Дженкс сложил руки чашечкой у лица и всмотрелся в окно. Его облегающие, черные как у вора колготки и трикотажная рубашка помогали ему смешиваться с тенями, а красная кепка должна была сказать конкурирующим пикси, что он там не занимался браконьерством, это была реальная проблема, раз он находился так близко к Эден парку. До сих пор никто не обеспокоил его, но птицы были постоянной угрозой.

– Я не должна этого делать, – пожаловалась женщина у моего локтя, не обращая внимания на то, что треть команды была здесь, чтобы удержать в живых ее тощую задницу. – Это моя квартира!

Я медленно вздохнула, когда Дженкс поднял откидную створку у вентиляционной шахты ванной комнаты и исчез внутри.

– Ты хочешь рискнуть столкнуться с Люком? – сказала я, и она разочарованно вздохнула. Да, она не хотела рисковать, но если сделать так, это будет означать ее смерть.

Было непрекращающееся ощущение, что что-то преследовало меня. Это было не смотря на то, что побег до сих пор был непринужденным, или, возможно, как раз таки из-за того, что он был непринужденным. Беспокойно, я передвинула сумку. Я не сутулилась, когда это привлекло взгляды, но рядом со структурированной красотой этой женщины, мои вьющиеся рыжие волосы и ботинки на низком каблуке не имели успеха.

Уверенные шаги Айви громыхали в тишине переулка, сжимая мой живот. Вампирша рядом со мной напряглась от моего возросшего пульса, и я посмотрела на Маршу, чтобы взять себя в руки.

– Останься тут, – сказала я, мне не нравилось, что

Дженкс все еще был внутри. – Дженкс скажет, когда можно будет войти. – Поправив сумку на плече, я направилась к тротуару.

– Черта с два я останусь, – сказала Марша, потом шагнула, словно следуя за мной.

Повернувшись, я толкнула ее в плечо, прижимая ее спиной к стене. В шоке женщина уставилась на меня без намека гнева, благодаря целой жизни в определенных условиях.

– Черт побери, останешься, – сказала я. – Будешь стоять здесь, пока Дженкс не скажет, что можно двигаться, или мы разворачиваемся и уходим. Прямо здесь. Прямо сейчас.

Только сейчас ее гнев проявился, зрачки расширились, и запах сердитого вампира заколол мой нос. Желая прищемить эту демонстрацию доминирования, я потянулась и нашла самую близкую лей-линию. Энергия текла, заставляя мои волосы плавать, когда она собиралась в моем ци. Моя кожа покалывала, и я наклонилась в ее пространство, доказывая, что я не боялась ее небольших клыков или ее большой силы.

– Ты находишься под условной угрозой смерти, дорогая, – выдохнула я. – Как только я проверю, что Люка там нет, ты сможешь войти и взять то, что хочешь. Но если все, что ты ищешь – способ умереть так, чтобы не нарушить правила страхования жизни, то делай это в свободное время.

Угрюмо, Марша опустила глаза, синяя радужка возвращалась в нормальное состояние.

Я дернулась, цепляясь пальцами за карманы, удостоверившись, что она будет ждать. Для вампира было необычно слушать кого-то вне их камарильи, но она пришла к нам. Кивая, я осмотрелась и остро свистнула. Незамедлительно, Дженкс выглянул из вентиляционного отверстия в ванной комнате и показал мне большие пальцы.

– Стой тут, – пробормотала я, и женщина сжалась у мусорного контейнера, скрываясь из вида.

Успокоившись, я начала двигаться к главному входу. Пробежка казалась довольно простой, когда прошлым вечером Айви принесла на нее поджаренные бутерброды с сыром и томатный суп. Помочь женщине забрать свои вещи из квартиры – было легкой задачей... пока она не сказала мне, что это была дележка двух конкурирующих вампирских камарилий, и если Люк и Марша не подчинятся какой-нибудь одной камарилье, то кто-то из них умрет. Не было никакого пути, чтобы Айви разбиралась с этим в одиночку.

Это не делало ничего, чтобы поддержать мое уже и так низкое мнение о немертвых вампирах, мастера управляли всеми и всем в их играх десятилетиями. Как только они замечали тебя, единственный способ не дать себе быть жертвой состоял в том, чтобы умереть и самому диктовать правила игры.

Но не Айви, подумала я, когда вышла из переулка, и она косо посмотрела на меня. Я не позволю этому случиться с ней. К сожалению, чем сильнее ты извивался, тем больше они давили.

Темп Айви скрывал нить напряженности, которую я бы никогда не заметила, если бы не делила с ней жилплощадь в течение прошлых трех лет. Гладкая в своих черных слаксах и топе, она шагнула вперед, ее руки были свободны и размахивали. Ее длинные темные волосы были сильно стянуты резинкой, и даже отсюда я видела, что ее коричневая радужка была хорошей и устойчивой. И все же она подпрыгнула от отдаленного звука закрывающейся двери через две улицы от нас. Она также отметила, когда кто-то что-то выключил.