Шрифт:
Сказка
Дождь капал большими каплями и бился прямо в небольшое стеклянное окно Джила. Домик был небольшой и находился прямо у крутого обрыва, который то и дело омывали огромные морские волны. Ветхий, повидавший виды первый этаж дома, хоть и невелик, выглядит прочным и надежным. Стены из грубого камня, скрепленные бетоном и поддерживающие свою структуру на протяжении многих лет, выдерживали суровый ветер и взбучки прибоя. Окна первого этажа защищены массивными деревянными рамами, выглядящими как стражи, защищающие дом от бурь и штормов.
Но истинной изюминкой этого дома является его башня, высокая и изящная. Она возвышается над первым этажом,
Мальчик уже привык к шуму, даже не так, он полюбил его. Здесь в удаленном от больших городов месте, он жил вместе с отцом Азараком и матерью Сальмой, и шум моря заменял ему разговоры с друзьями, которых здесь у него, увы, не было.
Семья Кумен переехала в небольшое село, которое именовалось Пределом, несколько месяцев назад. Здесь требовался опытный врач и поэтому Азарака попросили отправиться в это отдаленное место. Спорить он не мог, его семья едва сводила концы с концами, а здесь у него была возможность неплохо заработать.
Село действительно было отдаленным, это становилось ясно, когда по вечерам одну небольшую улицу с десятью домами озарял свет из ламп с китовым жиром, которые включал фонарщик Бор. Свет был лишь в небольшом домике, на котором красовалась надпись «амбулатория», здесь Азарак и проводил большую часть своего времени. Он был высоким и смуглолицым, имел густые черные волосы и усы, за которыми всегда бережно ухаживал. Его появление было для селян настоящим праздником, ибо странная болезнь, которую именовали «вечным сном», поразило это место, люди, заболевшие ею, погружались в сон, но не погибали, им больше не нужна была ни вода, ни еда, они по-прежнему продолжали жить, но не могли проснуться.
«Почему прислали только меня? Ведь болезнь явно новая и неизведанная» ломал голову Азрак и писал письма в Академию, которая его сюда и отправила, но ответа пока так и не было.
Заболевших было всего трое. Маленькая девочка Мия, старик Дормар и два подростка-близнеца Сенна и Сарим.
Работу для себя здесь нашла и Сальма, она была небольшого роста, стройная с длинными каштановыми волосами, которые она заплетала в косу, ее карие глаза казались двумя темными янтарями, взглянув на которые не хотелось отводить взгляд. Сальма занялась здесь своей пекарней. Тут в Пределе, внутри села, не было никакой валюты, каждый старался помогать другим чем мог. Поэтому Сальма увидев, что в амбарах полно муки и не бывает свежего хлеба, решила заняться пекарней.
Теперь очередь Джила, ему было семь лет, для своего возраста он был удивительно умным и рассудительным ребенком. Небольшой рост у него был явно от мамы, но все говорили ему, что он будет таким же высоким, как отец. Глаза были карие, но не такие как у мамы, в его глазах не было такого блеска, как у нее. Небольшой носик, пухлые щечки и густые кучерявые волосы делали его милым ребенком. На первых порах Азарак хотел оставить его у своих родственников, однако не хотел их обременять еще больше, ибо они и так уже присматривали за его старшей дочерью Асилей. Она болела с раннего детства и не переносила веществ, выделяющихся при топке печи дровами. Поэтому ее забрали в город, где уже потихоньку возводили высокие квартирные дома, которые
Таким образом, Джил приехал вместе с отцом и матерью в Предел. Он с огромной радостью занял маленькую комнатку в башне. Для него это было своего рода приключение, он воображал по утрам, что живет в замке у моря и всякий раз, открывая окно, он скручивал бумагу в трубочку и наблюдал в нее — не подплывают ли пиратские корабли.
Стены этой маленькой комнатки, обшитые деревом, словно обнимают тебя своим надежным прикосновением. Узкие оконные проемы пропускают скромное количество света, создавая приглушенную атмосферу уюта и безмятежности.
Небольшая кровать, занимающая почти всю площадь комнаты от стены до стены, стоит на устойчивых ножках, словно нерушимая крепость, где мальчик находит утешение и покой. Над кроватью, как символ поддержки и заботы, его отец сконструировал второй этажик, который служит уютным уголком для творчества и обучения. Маленькая деревянная лестница ведет на верхний ярус, где в воздухе витает запах книг и мечтаний.
На вершине этого второго уровня установлен маленький письменный стол, кажется, что он только и ждет, чтобы его заполнили идеями и сюжетами, которые витают в воображении мальчика. Стол усыпан кучей бумаг, на которых встречаются наброски, заметки и рисунки, а также немного книг, которые его отец смог себе позволить ему купить. Но в книгах не было необходимости, в большинстве своем Джил обходился своей фантазией. Он рисовал различные сюжеты историй, которые рождались у него в голове, не оставляя на белой бумаге свободного места, а после донимал ими уставших родителей. Рассказывая свои истории, он, то и дело, прыгал, как маленький козленок, по всей мебели в небольшой, но уютной гостиной у камина, где к вечеру все собирались. По рассказам мальчика все фантастические существа, которых он рисовал, были реальны, родители улыбались ему, но отвечали, что не могут увидеть их потому, что они уже взрослые.
Дни шли монотонно. Азрак завтракал, прощался с семьей, целуя всех, и удалялся в амбулаторию. Сальма прибиралась в доме, и они вместе с сыном шли по улице вверх почти до самого маяка, к которому Джилу подходить запрещали. Вообще все жители Предела старательно избегали этого места, по слухам там жила Магра, старая смотрительница маяка, ужасно злая и сварливая старушка.
— Мам — протянул Джил, который шел, держа Сальму за руку — а можно пока ты будешь работать я посижу у Бора…Я хочу посмотреть, как он делает масло из жира…
— Мы уже говорили об этом — вздохнула Сальма, улыбаясь сыну, ее улыбка была светом для него, даже в самый темный из дней — ты своими историями отвлекаешь людей от работы. Мистер Дургла и так не наколол дров, которые должен был раздать к вечеру людям.
— Но он сам просил! — возмутился мальчик, надувая щечки.
— Прошу, посиди рядом со мной или хотя бы на заднем дворе пекарни — она присела и поцеловала его в лоб — а после я послушаю твои истории, пока мы будем разносить выпечку.
— Ха! Ты обещала! Я требую клятву на мизинчиках — Джил вытянул мизинец, который Сальма сжала своим.
— Клянусь, клянусь, клянусь — в один голос прокричали они, не оглядываясь на смотрящих на них людей, а после отправились к пекарне.
Джил явно был доволен. И как только они пришли, он выбежал на задний двор пекарни, которая располагалась на небольшом холме, отсюда довольно хорошо виднелось море. Он сел на скамейку и достал свои инструменты для рисования, а именно бумагу и угольки.