Вечный путь
Шрифт:
Килар потуже затянул резьбу, соединяющую взрыватели с газовыми капсулами, проверил стопорное кольцо на каждом из баллонов и отложил готовые гранаты в сторону. Скоро они ему пригодятся.
Он взял одну из винтовок, отщелкнул два штифта и переломил оружие пополам, чтобы заглянуть внутрь. Как ни странно, общий принцип действия во-многом повторял конструкцию бессмертного «калаша», пусть и с некоторыми отличиями. Тут использовалась система с газовым поршнем — более надежная, чем американский вариант, когда пороховые газы поступают напрямую в ствольную коробку. Внешние признаки отсылали скорее к «штатовскому» карабину М-4, вернее
Винтовка привлекала легкостью, хорошей эргономикой и общим изяществом, как любая вещь, созданная женской рукой. Боеприпас формой и размером приблизительно соответствовал калибру 5.45: тоньше могучего патрона для АК-47, с более заостренной пулей. Безфланцевая гильза изготовлена не из металла, а из незнакомого полимерного состава темно-синего цвета похожего на силумин, из-за чего патрон выглядел каким-то игрушечным и на первый взгляд не вызывал доверия.
Килар собрал оружие, вставил снаряженный пластиковый рожок, отвел затворную раму назад до отказа, досылая патрон в патронник. На всякий случай пощелкал клавишей предохранителя. Тут тоже никаких сюрпризов. Три стандартных положения: блок, одиночный огонь и стрельба очередями. Кнопка сброса с затворной задержки расположена слева, под большой палец, а продолговатое окошко выброса гильз — справа, как на американском карабине. Винтовка выглядела совсем новой, будто только что с консервации. Конечно «по фэн-шую» незнакомое оружие перед употреблением следует пристрелять, но на это нет ни времени, ни возможности.
«Девчонка все предусмотрела. Капитан Эрвинс — молодец!»
А ведь у него с самого начала почти не было шансов. На что он вообще рассчитывал? Если бы Линн не продумала все наперед и не выложилась по полной, его грубая импровизация накрылась бы медным тазом. Таймер тикал, и Килар старался его опередить. На протяжении часа он безжалостно пришпоривал себя, но в итоге едва смог вытащить из дерьма собственный зад и явился на все готовое.
«Так уж у нас, у мужиков заведено. Вечно стремимся переложить свои проблемы на хрупкие женские плечи», — хмыкнул Килар, и ему сразу полегчало.
Корпус машины вздрогнул от сильного толчка. Странник выглянул наружу через толстое бронестекло кабины. Вокруг рушились металлоконструкции, поддерживающие крышу и переднюю стену блока «В». Машина проехала дальше, подмяв под себя путаницу гофрированного железа, панелей утеплителя и крошащихся шлакоблоков. Тонкая перегородка между столовой и казармой исчезла, рассыпавшись на куски под тупорылым носом вездехода. Пара обломков ударили в триплекс, ставив на нем мутные белые пятна. Сколько же там спереди миллиметров брони, если даже бетон не выдерживает?
Машина встала посреди спальной зоны, сдвинув в угол передние койки. Двигатель продолжал урчать вхолостую. Килар вылез из люка, повесив на плечо винтовку. В воздухе клубилась пыль. Снаружи накатывала
Он соскочил на пол, заваленный кусками керамзита, скомканным постельным бельем и вскрытыми пищевыми упаковками.
— Залезайте внутрь, живо! — командовала Линн. Она опередила Странника, выбравшись из переднего люка.
Две совсем юные девицы в желтой пиксельной форме таращились на нее, как на готическое приведение, но, когда появился Килар, с их лиц окончательно исчезли все признаки разума. Остался только чистый, ничем не замутненный ужас.
— Внутрь! Вам что, жить надоело? — Линн подгоняла их стволом винтовки. Они пошли, еле волоча ноги и спотыкаясь об обломки на полу. Когда Странник двинулся им навстречу к носовой части машины, одна из девушек — маленькая и хрупкая, как подросток — вскрикнула и зажала рот обеими руками.
Килар не обратил на нее внимания.
Две женщины? Линн сказала, что остались три…
Он свернул к двери во внутренний коридор как раз вовремя, чтобы перехватить Надин Галлинс. Она стояла в полутемном тамбуре с пистолетом в руке.
Странник отреагировал молниеносно, без единой задержки. Сигнал, предупреждающий об опасности, едва успел достичь анализирующих центров мозга, а руки уже действовали, вскинув оружие к плечу. Пуля из пистолета прожужжала мимо, а пуля Странника толкнула правое плечо Надин и едва не сбила ее с ног.
Надин выпрямилась с рукавом комбинезона, потемневшем от крови. Теперь она сжимала пистолет в левой руке. Ее рот превратился в мокрый овал, волосы стояли дыбом, на подбородке повисла слюна. Локомотив Надин Галлинс окончательно съехал с колеи. Окончательно и бесповоротно.
— Брось оружие! — приказал Килар.
— Хрен там! Умррриии! — взвыла Надин и подняла пистолет.
Стрелковая «двойка» в исполнении Килара ударила ее в середину груди. Обе пули прошли навылет. Надин сползла по стене, оставляя за собой жирную багровую полосу на штукатурке. Ее вырвало кровью, а потом она упала на пол, подтянула колени к животу, пару раз дернула левой ступней и больше не двигалась.
«Это совсем не похоже на кино. Ни малейшего сходства». — Сама мысль, вопреки ее жутковатому смыслу, показалась Страннику на удивление холодной.
Он залез внутрь машины и уселся напротив двух прижавшихся друг к другу женщин. Робинс неподвижно лежала на полу. Ее дыхание оставалось еле слышным. Килар вспомнил, как утром едва не напрудил в штаны при виде желтоглазой суки с большим ножом, а затем блевал и полз на животе как червяк. Сегодня он впервые в жизни убил человека и теперь делал это так же легко, как в свое время писал курсовые работы по основам текстологии и прикладной лингвистики.
«Стоит однажды преодолеть этот барьер», — подумалось ему. — «Стоит однажды переступить черту, и ты уже на крючке. Поначалу ты ненавидишь это, потом привыкаешь, потом тебе начинает нравиться…»
Он положил винтовку на колени, пару мгновений смотрел на женщин молча и сказал низким монотонным голосом:
— Сидите смирно. Не пытайтесь мне помешать. Вы не двинетесь с места, пока я вам не разрешу. Не издадите ни звука, пока я не позволю вам говорить. Вам нужно во всем слушаться меня, если хотите жить. Поняли?