Вечность и день
Шрифт:
— Она беспокоит меня, Джон, — сказала Джерри.
Он поднял глаза от книги:
— Что ты хочешь сказать?
— Боюсь, Линда влюбилась в этого странного человека.
Джон положил книгу на ночной столик.
— Что за человек?
— О, она встретила его в магазине несколько дней назад. Я так боюсь за нее.
Загнув уголок страницы, Джон бережно закрыл книгу.
— Что же в нем странного?
— Не знаю. По словам Линды, он — настоящий мужчина, но с какими-то причудами,
— Я не хочу вмешиваться в твои отношений с Линдой, но могу поговорить с этим парнем, если ей это поможет.
Джерри крепко обняла Джона.
— Ты — прелесть, но я думаю, в этом нет необходимости. По-видимому, четыре дня назад они серьезно поспорили, и Линда сказала, что больше не хочет его видеть. Если он не придет, она справится со своими переживаниями — в августе вернется в Чикаго, может быть, даже раньше, и снова заживет нормальной жизнью.
Джон привлек ее к себе, и она положила голову ему на плечо.
— Конечно, я только что познакомился с ней, но вечером она показалась мне какой-то рассеянной, — заметил Джон. — Я бы даже сказал, подавленной. Ты действительно считаешь, что она сможет забыть этого человека.
— О, дорогой, даже не знаю. Но такой расстроенной я Линду еще не видела.
— Я полагаю, очень хорошо, что мы приехали.
— Я рада, что ты не возражал против столь быстрого отъезда из Сент-Огастина. Хотя ты и не доверяешь моей интуиции.
— Но я верю ей и верю тебе.
— Знаешь что? Ты — самый хороший человек на свете. — Джерри провела рукой по его подбородку. — Я счастлива, что люблю тебя.
Джон посадил ее на колени.
— Если я не ревнив и не вынашиваю тайных мыслей, не считай меня слишком простым и неоригинальным.
— Я всегда испытывала нежные чувства к простым людям, — сказала Джерри, целуя его. — Действительно нежные чувства.
Смех доносился сверху, звенел в воздухе, словно редко исполняемая мелодия. Полчаса назад Джон с Джерри, держась за руки, поднялись наверх, переодетые и готовые энергично взяться за дело в мансарде. Линда предупредила их, что там пыльно, работа скучная, но, очевидно, им было так хорошо вдвоем, что они не обращали внимания на грязь.
Улыбнувшись, Линда покачала головой. Влюбленные! Она не могла представить, что они делают наверху. Хотя нет, могла. Улыбка исчезла с ее лица.
Проклятый Гифф. Как только она начинала думать о своих друзьях, она сразу вспоминала о нем. Он сводил ее с ума, хотя в последнее время даже не появлялся. Все ее мысли были заняты только им, он целиком завладел ею, и она снова и снова вспоминала, как развивались их отношения. Закрыв глаза, она видела, как они гуляют на закате, вспоминала пикник под тенистым деревом. Вспоминала, как
Тоска не проходила, наоборот, становилась только острее. Линда страшно скучала по Гиффу, особенно когда ей казалось, что он зовет ее. Может быть, он действительно звал ее? Она не знала. Знала только, что не желает встречаться с человеком, если он хочет быть с ней не потому, что любит ее, а потому, что это предопределено судьбой. Если он так одержим своими идеями, что не спрашивает ее мнения.
Линда предпочитала, чтобы отношения между мужчиной и женщиной были простыми и реальными. Чтобы ее просто любили.
Теперь ее короткая необычная связь с Гиффом закончилась. И если почаще повторять это, в течение лета ей удастся справиться со своим отчаянием.
— Подожди, я помогу тебе, — сказал Джон.
Джерри поставила картонную коробку на карточный стол.
— Да нет, она не тяжелая, — возразила она и бросила взгляд на массу игр и игрушек, в беспорядке лежавших в комнате. — Похоже, это все хлам, старые игрушки Линды. Сомневаюсь, что здесь найдется что-то стоящее.
— Все-таки я разберу их, а ты загляни в этот старый сундук. Думаю, там ветхие платья и шляпы. Вдруг есть что-то ценное. Я не берусь судить о предметах женского туалета.
— О, я бы не сказала. — Джерри ухмыльнулась. — Я помню, что ночью ты особенно заинтересовался моей новой ночной рубашкой.
Схватив Джерри за талию, Джон привлек ее к себе.
— Это разные вещи. Потом, меня больше интересовала та, на которой была надета рубашка. Даже на духи, которыми ты надушилась, я не обратил особого внимания, хотя у них был очень чувственный запах.
Они поцеловались долгим и неторопливым поцелуем. Ночью они, конечно, занимались любовью, и оба получили полное удовлетворение, но сейчас у Джерри снова возникло сильное желание все повторить. При такой работе они окажутся плохими помощниками Линде, никогда не наведут порядка в мансарде. Потом, Линда может войти сюда, и их счастливые лица напомнят ей о неудачном романе с Гиффом.
Но если соблюдать осторожность, Линда не увидит и не услышит их.
Джерри положила голову на плечо Джона.
— Я рада, что осталась последняя коробка. Мы уже такие потные и грязные, я хочу принять душ.
— Я пойду с тобой. Нужно экономить воду.
Джерри засмеялась:
— Тогда давай работать. Когда закончим, побежим наперегонки в душ и я обгоню тебя на лестнице.
— Это самое лучшее предложение за все утро.
Сев на пол, Джерри начала разбирать платья пятидесятых годов. Все они были аккуратно сложены, большинство платьев дополняли соответствующие аксессуары — маленькие плоские шляпки и шляпки с вуалью и цветными хлопчатобумажными перчатками.