Ваш о. Александр

Annotation

«Главное остается вечным под любым небом», — написал за девять дней до смерти своей корреспондентке в Америку отец Александр Мень. Что же это «главное»? Об этом — вся книга, которая лежит перед вами. Об этом — тот нескончаемый диалог, который ведет отец Александр со всеми нами по сей день, и само название книги напоминает нам об этом.

Книга «Ваш отец Александр» построена (если можно так сказать о хронологически упорядоченной переписке) на диалоге противоположных стилей: автора и отца Меня. Его письма — коротки, афористичны. Четкая, филигранная мысль; никогда не назидание, но приглашение к размышлению. И письма Дианы, стилистически близкие в современной русской прозе Сергею Довлатову по легкости и юмору, даже там, где автор касается самых серьезных вопросов. Все

обыкновенное, пошлое — в словах ли, в оборотах мысли — ей чуждо. Говоря о стиле, еще хотелось бы отметить сочетание крайних противоположностей в одной фразе: «гениальных поросят», «чудовищная красота», «Нью–Йорк… как деревенское одеяло», «…не статуя ли Свободы вышла прогуляться?», «я все-таки человек, если можно так про себя подумать», «хвостик штата Вирджиния», «ты свободен, и друг твой только собака», «объяснил мне правила поведения — не бояться уборщиц», «свои понятия, свои утюги на голове», «мэр — не Василий Иванович из горсовета», «я сжалась… как наш чемоданчик с нью–йоркской помойки», «нашла куда деньги потратить — на уменьшение зла» и другие интересные словосочетания, которые вы найдете в этой книге.

Со страниц «переписки» встает мудрый человек, великий проповедник и духовный лидер России — отец Александр Мень, и вместе с тем — живой, веселый, обаятельный, не догматически сухой священник. И автор — Диана Виньковецкая — человек тонкой души, искрометного юмора, меткого, наблюдательного слова. Они удивительно созвучны, эти два человека, так счастливо соединенные судьбой

Диана Виньковецкая

Главное остаётся вечным под любым небом

Приложение

notes

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

40

41

42

43

44

45

46

47

48

49

50

51

52

53

54

Диана Виньковецкая

Ваш о. Александр

Переписка с отцом Александром Менем

Протоиерей Александр Мень (1935 — 1990)

Главное остаётся вечным под любым небом

«Главное остается вечным под любым небом», — написал за девять дней до смерти своей корреспондентке в Америку отец Александр Мень. Что же это «главное»? Об этом — вся книга, которая лежит перед вами. Об этом — тот нескончаемый диалог, который ведет отец Александр со всеми нами по сей день, и само название книги напоминает нам об этом.

Переиздание этой книги можно только приветствовать, чтобы как можно больше людей познакомилось с ней и чтобы читатели вместе с авторами этих писем поразмышляли «о главном». Особенно сейчас, в труднейший переходный период нашей истории, который Константин Азадовский сравнил с эмиграцией: «Мы сейчас — как эмигранты в собственной стране, и эта книга — о пограничной ситуации, о том, как человек переживает переход из одной социальной системы в другую».

Мысли отца Меня вселенские, обращенные в вечность, в то же время глубоко личные, написанные персонально каждому, помогут открыть внутренний смысл любому, кто прочтет их и оценит: «Нужно почувствовать, что наша внутренняя жизнь — главное, что она есть, что это целый мир и богатство, которое мы еще не раскрыли…», «Путь к вере — это путь к себе самой». «Одно из главных правил жизни: не смотреть в микроскоп. В микроскопе можно увидеть самых страшных бацилл, которые живут рядом с нами и до поры до времени — мирно. Жить крупно — единственное, что достойно человека», «Мало быть гением — нужно трудолюбие, мало любить близкого человека — нужно учиться общению с ним».

Мысли отца Меня — эти письма — как ствол,

вокруг которого вырастают письма Дианы. Диалог, который велся через океан, обогащал обоих. Мысль, как известно, рождает мысль. И книга эта — не просто собрание писем, где каждый пишет о разном, а обмен мыслями, как если бы корреспонденты были объединены единой продуманной композицией. Мы видим, как взрослеет автор, как преодолевает трудности и сомнения, как постепенно подчиняет обстоятельства. «Что же мы приобрели? — размышляет Диана, — свободу и себя. А потеряли? Потеряли родину, язык, друзей, родных, Вас. Иногда подступает вина за оставленных, сбежала «под чужие небеса»…

«…Как-то все города, достопримечательности стали мне безразличны, как и я им. Меня притягивают только люди и те места, где они есть. Вот уехала, думала «мир поглядеть» и оказалось… ничего не нужно, кроме общения. И никакая Гонолула, меня не манит теперь… Ведь в сущности, весь мир — провинция… А не провинциальна Библия и Ваши книги».

Поражает степень откровенности Дианы, в частности, в ее отношении к наивысшему, нет никакого вызова, никакой рисовки: «А у меня ведь веры еще мало, совсем маленькая капелька. Ничего меня не осеняет, ничего не просветляется…» «Я ведь только недавно открыла, что есть другие люди — через любовь «Все внешне прекрасно… А я в жутком состоянии перед лицом смысла жизни… Свобода-то, оказывается, не всем под силу. И вот стою голой перед ее лицом… Я долго думала, что религия — это моральное ученье (я дескать и так хорошая, а вот другие пусть верят, чтобы достигнуть моего совершенства)…»

Мне кажется, что бесстрашие и откровенность в поисках Дианы и были интересны отцу Александру. «Вы говорите о своем маловерии, но на самом деле неверующих нет. Все люди шестым чувством знают, что бытие наше имеет смысл, что оно больше, чем поверхность вещей».

Через время и пространство выстраивается диалог… «Каждый духовно мыслящий и чувствующий из пас — есть посланник, свидетель, так сказать, десантник Добра, самого редкого товара, самой далекой инстанции, самого насущного. А наши скитальцы поняли по–своему. Клянут и гордятся. Выкаблучиваются». А в ответном Дианином письме: умные тут умнеют, а дураки глупеют. Все усиливается». Как «усилилась» и сама Диана Виньковецкая. С благословения отца Александра («Вы npocто писатель! Мало от кого я такие письма получал») она стала писательницей и опубликовала четыре книги: «Илюшины разговоры», «Америка, Россия и я», «По ту сторону воспитания», «Горб Аполлона», два эссе: «Об одной беспредметной выставке», «Визит в Поднебесную» и теперь эту книгу — «Переписку…».

На первую книгу Дианы «Илюшины разговоры» отозвался Иосиф Бродский: «Такая, как ты, Дина, на свете одна–едина», а Сергей Довлатов написал к ней предисловие «…яркая и трогательная книга» и сделал о ней передачу на радиостанции «Свобода» под названием «Устами младенца». Вторая книга «Америка, Россия и я» — впечатления об американской жизни человека, приехавшего из другой социальной системы. На книгу было много отзывов, рецензий в американской и русской прессе. Ефим Эткинд написал: «…прекрасная книга во всех отношениях… Это редчайший случай… Она и построена хорошо, и необыкновенно поучительна».

Книга «Ваш отец Александр» построена (если можно так сказать о хронологически упорядоченной переписке) на диалоге противоположных стилей: автора и отца Меня. Его письма — коротки, афористичны. Четкая, филигранная мысль; никогда не назидание, но приглашение к размышлению. И письма Дианы, стилистически близкие в современной русской прозе Сергею Довлатову по легкости и юмору, даже там, где автор касается самых серьезных вопросов. Все обыкновенное, пошлое — в словах ли, в оборотах мысли — ей чуждо. Говоря о стиле, еще хотелось бы отметить сочетание крайних противоположностей в одной фразе: «гениальных поросят», «чудовищная красота», «Нью–Йорк… как деревенское одеяло», «…не статуя ли Свободы вышла прогуляться?», «я все-таки человек, если можно так про себя подумать», «хвостик штата Вирджиния», «ты свободен, и друг твой только собака», «объяснил мне правила поведения — не бояться уборщиц», «свои понятия, свои утюги на голове», «мэр — не Василий Иванович из горсовета», «я сжалась… как наш чемоданчик с нью–йоркской помойки», «нашла куда деньги потратить — на уменьшение зла» и другие интересные словосочетания, которые вы найдете в этой книге.