Чтение онлайн

Вместе со светом пришел и звук. Я поднял голову.

По краям ямы-тюрьмы стояли люди и глазели на меня, словно на второе пришествие. Отдельной группой расположились несколько человек, выделяющиеся роскошной одеждой. Величавая стать, надменные лица. Дураку понятно, что все остальные – лишь мелкая сошка, правдами и неправдами завоевавшая право находиться как можно ближе к трону своего господина.

Я сразу же просканировал мысли, бурным потоком льющиеся сверху. Разложив на составляющие это дерьмо, я узнал, что одна половина присутствующих обливает меня бранью, а

вторая вообще ничего не думает. Я отнесся к этому философски. Даже шакалы лают на льва, когда тот попадет в охотничью яму. Что говорить о людях?!

Один из вельмож вскинул руку, и шум постепенно смолк. Он заговорил голосом, полным высокомерия и издевательства:

– Ну что, варркан, плохо тебе? – юмора у парня не отнять. – Ай, яй-яй. Как же ты дал поймать себя в ловушку? Завтра ты превратишься в старую беспомощную крысу. Где же твоя сила, варркан? Или ты думаешь, что сумеешь выбраться?

Снова смех. Какой смешливый народ в сияющем городе!

– Что молчишь? Или благородный варркан не снизойдет до разговора с подданным Преподобного Учителя? А может, не нравится прием, оказанный нашим повелителем? Отвечай, когда тебя спрашивают!

Пока он выжимал смех своих ублюдков, готовых лизать ему пятки, я читал мысли присутствующих, пытаясь найти интересующую меня информацию. Но – ничего, кроме презрения или страха, а в большинстве своем – пустое равнодушие. Ни одной порядочной мысли. Я был один среди врагов. Такое тоже случается. Все боятся и уважают варрканов, но никто их не любит. Такая уж профессия.

В конце концов мне надоело слушать красноречивого оболтуса.

– Передай Преподобному Учителю, что его, а заодно и тебя, я в одном месте видел. (Нетактично, но чертовски обидно).

Цвет лица того, кого я видел в интересном месте, менялся в зависимости от степени прохождения моих слов через его умишко. И не удивительно, что парень захлопал ртом от переполнявшего его возмущения. Прошло минут пять, прежде чем вельможа и толпа успокоилась. Не знаю, чего мне наобещали, но единственное, что я усвоил – живым отсюда не выберусь.

– Ладно, варркан, – после угроз вельможа перешел к делу. Я приготовился слушать. Чем черт не шутит, может, и в его голове есть разумные мысли. – Я командую Черной Сотней – личной охраной Преподобного Учителя. Король Лакмора, Повелитель Побережья, Властелин Сияющих Звезд, Преподобный Учитель желает видеть тебя и говорить с тобой.

Говоривший еле перевел дух. Кажется, после перечисления титулов своего короля он даже взмок.

– А может, мне для него гопака сплясать? – поинтересовался я.

– Ты, мразь! – лицо вельможи исказилось гневом. Можно подумать, он знает, о чем я говорю. – Никто не смеет называть Преподобного Учителя иначе, чем Преподобный Учитель. Запомни это. А теперь, – он снова перешел на деловой тон, – прежде чем увидишь Преподобного Учителя, ты должен сделать то, что я скажу.

Рядом упали брошенные сверху серебряные кандалы.

– Надень их.

Мне не хотелось появляться на верху закованным, но я согласился. Срок, когда варркан становится слабым от серебряной ловушки, еще не пришел, а, судя по

всему. Преподобный Учитель хочет говорить со мной, пока я в здоровом уме и твердой памяти.

Я поднялся и надел кандалы сначала на ноги, а потом и на руки. Риск велик, я действительно сам лез в петлю. Но кто не рискует, тот, как известно, пьет теплый чай со старой заваркой.

Решетка на дверях поднялась, и в открывшуюся дверь вошли два воина, которые сразу приставили к моему телу клинки мечей. – А теперь надень это, – в руках одного из воинов появился серебряный обруч, который он и водрузил на мою голову, не спрашивая, согласен я или нет. Ловушка захлопнулась. Теперь я мог рассчитывать только на свои силы. И никакого волшебства!

Для всех в этом мире я беспомощен. Воля подавлена, тело сковано, разум порабощен. Для всех, но только не для меня самого. Остались еще земная сила и земной разум. Естественно, они слабы по сравнению с силами волшебства и магии. Но посчитаем сей факт несущественным.

И снова меня вели по темным коридорам. Чем больше миновали мы дверей, тем светлее и просторнее становились помещения. О близости Преподобного говорила все увеличивающаяся роскошь апартаментов. В одной из комнат меня обыскали. Забрали все. Мне просто посчастливилось, что нашли только один нож. Счастливчики вовремя натолкнулись на заботливо оставленный кошелек. Естественно, что после такой важной находки никакого разговора о дальнейшем обыске быть не могло.

Таким образом, через десяток минут я уже стоял напротив сказочно украшенных дверей. Я терпеливо ждал, пока они распахнутся, и не думал, что меня пригласят войти пинком. Скрипнув зубами и убедив себя, что это только маленький неприятный эпизод, я растянулся на полу уже внутри помещения.

Мое оригинальное появление было встречено многочисленным смехом, если не сказать бурными аплодисментами, переходящими в надсадный кашель. Я постарался придать лицу безвольное выражение, поднялся, отряхнул колени под серебряный перезвон кандалов и осмотрелся.

Для начала меня плотным кольцом окружала стража, состоящая из великовозрастных верзил, одетых во все черное. По-видимому, это и была Черная Сотня Преподобного. Все правильно, таких переростков во всем королевстве набралось только на сотню. Я уже не говорю об умственных способностях.

За стражей стояли придворные со своими чадами и пышными женами, слуги с подносами, а также свора так называемых собак. Придворные дамы, особенно молоденькие, презрительно кривили красные губки и закрывались кружевными платочками.

А прямо передо мной стоял трон, на котором восседал Сам Преподобный Учитель.

По старой привычке я ожидал увидеть этакого седого тирана, но на троне расплылся маленький тучный человечек, увешанный бриллиантами и золотыми побрякушками, как рождественская елка. Но что мне сразу не понравилось – так это его поза.

Преподобный важно сидел на троне, изготовленном из кости какого-то крупного животного. Трон был без ручек. Подставкой для жирных пальцев Учителя служили две маленькие прелестные девочки, покорно стоящие по бокам трона.