Вариант единорога
Шрифт:
– Понимаю, – сказала Флора, – и что-нибудь придумаю. Может быть, потребуется несколько дней, но я справлюсь.
– Ладно, подожду, – согласилась я. – Мне выбирать не приходится.
– Можешь до тех пор побыть у меня.
– Хорошо, – сказала я. – Спасибо.
Я нашла удобного вида столик, обвилась вокруг его ножки и впала в состояние стаза, если надо это как-то назвать. Стаз – не сон, не обморок, но и мыслей в обычном понимании нет. Я просто выхожу из своего восприятия и существую, пока не понадоблюсь вновь.
Сколько
Внезапно она вскрикнула. Я отцепилась от ножки и шмякнулась на пол.
Пока я торопливо ползла к двери, раздался еще голос:
– Извините, за мной гонятся. Мне ничего не оставалось, кроме как ворваться без приглашения.
– Кто вы? – спросила Флора.
– Чародей, – отвечал он. – Я прятался в вашем зеркале, причем далеко не первую ночь. Я запал на вас и с удовольствием наблюдал, чем вы тут занимаетесь.
– Вы подглядывали! Извращенец! – вскричала Флора.
– Ничего подобного. Я считаю, что вы – дама исключительно приятной наружности, и мне нравится на вас смотреть. Вот и все.
– Вы могли бы познакомиться со мной принятым порядком.
– Да, но это крайне осложнило бы мою жизнь.
– А, вы женаты?
– Хуже, – сказал он.
– Так что же?
– Сейчас некогда. Я чувствую, она приближается.
– Кто?
– Гизель. Я послал ее убить другого чародея, но тот разделался с моей и отправил против меня свою. Я и не знал, что он на такое способен. Я не умею с ними справляться. С минуты на минуту она выползет из зеркала, а тогда нас ждет ужасный конец. Как-никак, мы в Амбере и все такое – нет ли поблизости героя, мечтающего заслужить очередной шеврон за храбрость?
– Думаю, нет, – отвечала она. – К сожалению.
Зеркало начало темнеть.
Я уже некоторое время ощущала идущую от незнакомца угрозу. Впрочем, это моя работа.
Теперь я различила и саму гизель. Огромная, в два человеческих роста, червеобразная, безглазая, но с акульим ртом, со множеством коротких ножек и рудиментарными крылышками. Ее черное туловище пересекали красные и желтые полосы. Она ползла по отраженной комнате, постепенно изгибаясь.
– Когда вы спрашивали про героя, – полюбопытствовала Флора, – вы хотели сказать, что гизель пройдет сквозь стекло и нападет на нас?
– Коротко говоря, – произнес странный коротышка, – да.
– Когда она нападет, – сказала я Флоре, – швырни меня в нее. Я зацеплюсь и поползу к горлу.
– Ладно. И еще кое-что можно сделать.
– Что же? – спросила я.
– Помогите! Помогите! – закричала Флора.
Гизель начала выползать из серебристого зеркала в цветочной раме. Флора сняла меня со щиколотки и бросила. У твари не было шеи, но я обвила ее туловище перед самым ртом и начала стягиваться.
Флора продолжала кричать. В коридоре загрохотали тяжелые башмаки.
Я сжимала и сжимала хватку,
Чародей направлялся к двери, когда та распахнулась и в комнату вошел высокий, подтянутый, рыжеволосый Люк.
– Флора! – сказал он, потом увидел гизель и обнажил клинок.
В недавнем путешествии с Мерлином между Тенями я обрела способность общаться на сложных уровнях. Мое восприятие – которое совершенно изменилось – обрело новую остроту. Оно не показывало мне ничего необычного в Люке, чародее или гизеле, а вот Вервиндль лучился теперь совершенно особым светом. Я поняла, что это не просто меч.
Люк встал между Флорой и гизель. Чародей сказал:
– Что это за клинок?
– Его зовут Вервиндль, – отвечал Люк.
– А вы…
– Ринальдо, король Кашфы.
– Ваш отец – кто он был?
– Брэнд, принц Амбера.
– Разумеется, – сказал чародей, вновь направляясь к двери. – Этим мечом вы сумеете уничтожить тварь. Прикажите ему черпать энергию. Он может получать ее в практически неограниченном количестве.
– Почему? – спросил Люк.
– Потому что на самом деле это не меч.
– А что же?
– Извините, – сказал чародей, глядя на гизель, которая уже подползала к нам. – Я страшно тороплюсь. Мне надо отыскать другое зеркало.
Я видела, что он, не зная о моем присутствии, сознательно дразнит Люка, поскольку разгадала загадку и понимала: объяснение не заняло бы времени.
В следующее мгновение я отцепилась и быстро-быстро соскользнула на пол, потому что Люк размахнулся Вервиндлем, а мне не хотелось оказаться изрубленной на куски. Я не знала, что бы со мной сталось: разделилась бы я на две мудрые, остроумные, сознательные части или погибла бы. А поскольку желания проверять теории на собственной шкуре у меня не было, самым разумным представлялось отползти.
Я шмякнулась на пол в ту секунду, когда удар обрушился на гизель. Ее головной сегмент упал рядом, продолжая извиваться. Я ринулась к ближайшей щиколотке Люка. Флора схватила стул и, несмотря на сломанный ноготь, с силой обрушила его на хвост твари. Она повторила это еще несколько раз. Люк продолжал крошить свою половину.
Я доползла, куда собиралась, взобралась по ноге и уцепилась покрепче.
– Слышишь меня, Люк? – позвала я.
– Да, – отвечал он. – Кто ты?
– Мерлинова удавка Фракир.
Люк с размаху рубанул хвостовую часть, которая ползла на него, выставив когтистые лапки. Потом развернулся и рассек нападающую переднюю. Флора снова ударила по задней стулом.
– Мне известно, что знает чародей, – сказала я.
– Вот как? – произнес Люк, отрубая очередной сегмент и оступаясь на брызнувшем из него клейком соке.
– Вервиндль может вобрать в себя энергии довольно, чтобы разрушить мир.
– Серьезно? – удивился он, пытаясь вскочить с пола. Обрубок гизели с размаху бросился на него. – Ладно.