Чтение онлайн

– Как изволить!.. – опуская в знак повиновения глаза, но с плохо скрываемым недовольством ответил сотник.

– Ну, в чем дело? – пристально посмотрел на него Атом, – Говорю тебе: если даже кожу с вас сдирать будут, и то надо стерпеть! А то испортите все дело…

– Огнем горит у нас душа, князь! – нажаловался сотник.

– Строжайший теое приказ! Понял? – нахмурился Атом.

На всякий случай он решил взять с собой из удельного войска небольшой отряд отборных всадннков в качестве телохранителей,

и с ними отправился искать католикоса, Гевонда и Езника, которые находнлись в голове шествия.

Не успел Атом отъехать, как на Арташатской дороге показался небольшой отряд. Крестьяне и воины двинулись к окраине села. Отряд персов с несколькими сборщиками вошел в село и остановился нa площади. Начальник отряда выехал вперед и спросил:

– Готова подать?

Из группы крестьян вышел седой староста. Со спокойным достоинством оглядев перса, он холгдно ответил:

Подать давно готова. Но внести ее мы должны нашим властям. Они и доставят ее вашему царю – Мы сами ее возьмем! – так же холодно отрезал перс и пренебрежительно приказал: – Ну, несите! И быстро!

Требование перса было вопиющим беззаконием. Но что было делать старосте?.. Атом приказал не шевелиться, «хотя бы с них и шкуру сдирали…» Староста стал совещаться со взволнованными крестьянами.

Перс, не понимавший армянского языка, уже проявлял признаки раздражения.

– Но как же я сдам? – колебался староста. – Ведь не имеем мы права сдавать им подати!..

– Нужно сдать! Нет у нас иного вывода, – ведь кровь прольется… – уговаривал его Сенекерим.

– К дьяволу! Пусть прольется! Не дам!.. – заупрямился староста.

– Теперь не время говорить о праве да законе, Согомон. Дай им, пусть уберутся! – подал голос один из крестьян.

– Отдай, Согомон! Отдай! – настаивал Сенекерим. – Нельзя нам драться, не то мы бы их в клочья разорвали. Командующий отрядом раздраженно крикнул:

– О чем вы там говорите? Долго буду я вас ждать? Несите!..

– Подождешь, почтенный!.. – с насмешкой отозвался Сенекерим. – Приказа нет у нас, а то…

– Какие еще приказы. От кого? Кончилась ваша власть. Несите скорей подать, а то мы покажем вам «приказ»!

– Кому это вы собираетесь показывать? – спросил, выступая вперед, светловолосый воин и повернулся к крестьянам. – А вы что, онемели?

Крестьяне переглянулись, но продолжали безмолвствовать. Воин, поискав глазами камень покрупнее, спросил:

– Так, значит, перс непременно требует подать?.. – с недоброй усмешкой обратился си к сотнику Сенекериму, хмуро разглядывавшему перса. – А ну, Сенекерим. Дадим-ка мы им «подать»! Уж дозволь!

– Забыл ты, что приказал князь Атом? – прикрикнул на него сотник. – Отойди назад! Воин с ворчанием отошел.

– Копья рука просит, копья! Или косы, по крайней мере, – вырвалось у одного из

крестьян.

– Помолчи, Погос, и без того тяжко! – со сдержанным укором обратился к нему Сенекерим.

– Тяжко-то тяжко, а небось отдаете им зерно, да еще с душой вместе! – возмутился Аракэл, с молчаливой злобой наблюдавший за происходившим.

– Да вот, начальник наш говорит, что не ведено, – отозвался другой крестьянин.

– Значит, перс так и уйдет безнаказанный? – спросил Аракэл, делая шаг вперед.

– А ты кто будешь, приятель? – справился Сенекерим.

– Не видишь разве? Я один из тех, кто хлебнул горя из-за персов! До коих же пор терпеть?

– Давайте всех на клочки разорвем! – предложил кто-то из людей Аракэла.

– А вы не вмешивайтесь! Это наше дело – одернул Сенекерим.

– Тоже еще воин!.. Честь-то есть у вас? – вспылил Аракэл.

– Не приказано! Понятно? – заорал Сенекерим. – Иди себе, не лезь в наши дела!

– Правильно! Не приказано нам!.. – подтссрдили воины. – Вы уж не вмешивайтесь!..

– Да мы и не вмешиваемся! Хочется только посмотреть, до коих пор у вас шкура выдержит.

Староста с обидой махнул рукой и заявил, поворачиваясь, чтоб уйти:

– Вот вам подать, вот вам перс ваш! Отдавайте ему сами, а я своей рукой не дам!

Покачав головами, крестьяне смотрели ему вслед. Немного погодя на площади уже лежало до двадцати больших чувалов зерна, и крестьяне начали грузить их на вьючных лошадей.

– Несите и хлеба! – приказал начальник персидского отряда. – Да еще масла, сыра, припасов на дорогу! – с наглой улыбкой требовал он.

Перс явно стремился вызвать стычку, возмущение, он искал повода к кровопролитию. Окинув сластолюбивым взглядом стоявших немного поодаль женщин, он заявил:

– Скоро в нашу веру перейдут, все нашими будут! Перехватив яростный взгляд Сенекерима, перс обратился к нему.

– Ничего, мы и вас вместе с женами вашими в Персию угоним! И для вас дело найдется!

Сенекерим весь почернел, с трудом сдерживая ярость.

– Во имя отца и сына и святого духа! – широко перекрестился Саак, также задыхавшийся от бешенства. Он исподлобья окинул взглядом крестьян.

– Чтоб люди земли стояли и беспомощно ждали, когда их выбросят из родных мест голыми, в чем мать родила? Горе вам!..

– Проклинай, брат Саак, проклинай! Поделом нам! – отозвался Езрас. – Под плетьми сборщиков ты высох, теперь очередь до этих дошла…

– Чего же вы молчите? Когда же вы восстанете? Поднимайтесь! Восстаньте!.. – призывал Саак.

– И восстанем! Не будем дома с женами сидеть! – весело отозвался один из крестьян.

– А раз не намерены вы дома с женами сидеть, то восстаньте! – говорил Аракэл, потрясая кулаком. – Раз уж отреклись от нас наши нахарары…