Чтение онлайн

И облизнулась.

Остин отступил:

– Все в порядке, только маленький укол.

Глаза леди Памела сверкали:

– Давайте я поцелую ранку, чтобы вам стало легче, - она потянулась к его руке.

Остин отшатнулся.

Вампирша оскалилась:

– Только немного попробую.

– Снято! – Дарси встала между ними.
– Памела, иди на этаж для слуг и там… перекуси. Сразу почувствуешь себя лучше.

Та посмотрела долгим взглядом на Дарси, потом фыркнула:

– Для тебя – леди Памела, -

повернулась и пошагала прочь.

Дарси выдохнула с облегчением:

– Адам, почему бы тебе не пройти со мной? В домике у бассейна есть аптечка.

Он хмуро посмотрел на девушку:

– Мне не нужна первая помощь.

Она взглянула на операторов:

– Ребята, отправляйтесь в бильярдную. Леди Памела продолжит, как только перекусит.

Те послушно направились к лестнице.

– Пошли, - Дарси потянулась к руке Остина.

Он отступил. Девушка нахмурилась:

– Ну пойдем со мной, пожалуйста.

Остин посмотрел в сторону. Даже видеть ее было больно, но как он мог оплакивать смерть любимой, если она продолжала мелькать у него перед глазами?

– Все в порядке, к тому же ты не несешь ответственность за проколы кожных покровов, помнишь?

Дарси фыркнула:

– Это правда, но мне не хотелось бы, чтобы ты поранился.

«Слишком поздно». Он уже испытывал самую большую сердечную боль, которую когда-либо мог себе представить.

– Сюда, - она махнула по направлению к домику у бассейна.

Остин неохотно пошел за ней. Они прошли мимо бассейна, и взгляд Остина упал на джакузи. Проклятье.

Дарси посмотрела на него с беспокойством:

– Ты вел какой-то странный разговор с леди Памелой.

О продолжительности ночей? Дарси начала подозревать, что он знает о вампирах? Или, что он знал о ней? Ну и пусть. Она дала ему себя целовать. Интересно, на какой стадии их отношений она собиралась признаться, что уже мертвая?

– Я ей баки заливал.

Брови Дарси поползли вверх:

– Зачем? Ты внезапно захотел выиграть конкурс и деньги?

– Да мне плевать на деньги. На самом деле я вообще начинаю задумываться, что я тут до сих пор делаю.

Она открыла дверь в домик:

– Я думала… - девушка прикрыла глаза на секунду. – Наверное, я ошибалась.

Она думала, что он ею увлекся? Да так и было, черт возьми, пока не узнал правду. Остин зашел в домик, главная комната которого была одновременно гостиной и кухней. Белая плетеная мебель стояла тут и там, на ней валялись подушки с тропическими рисунками. Бумаги Дарси лежали на кухонном столе. Прошлой ночью, по дороге к бассейну, он пробрался сюда и спрятал камеру над входной дверью. И до сих пор не включал. Последнее, чего ему хотелось, так это наблюдать, как Дарси пьет кровь или засыпает мертвым сном.

– Сюда, - девушка прошла в маленькую кухню. Вся техника состояла из холодильника и микроволновки. Дарси включила воду.
– Иди

и промой рану.

Остин опустил руку под холодную воду, девушка протянула полотенце:

– Что-то не так, я в этом уверена. Ты даже не смотришь на меня.

Он пожал плечами и вытер руки.

– Тебе и правда не нравятся женщины, которые носят брюки?

– Я просто сказал леди Памеле то, что она хотела услышать.

Дарси напряглась и хмуро посмотрела на него:

– Это то, что ты обычно делаешь? Говоришь женщинам то, что они хотят услышать?

Он кинул полотенце на стол:

– Мне надо идти.

– Тебе нужен пластырь, - она открыла аптечку.

– Да не нужно мне ничего! Это просто хренотень какая-то.

В глазах девушки промелькнул гнев:

– Ты сейчас про палец говорил или про себя? – она открыла упаковку с пластырем.

Остин просто кипел от бешенства. Черт возьми, он же не знал, что она мертвая, когда начал за ней ухлестывать. Но Дарси-то знала. Она должна была его остановить.

– Дай сюда палец, - девушка потянулась к его руке.

Остин отступил:

– Дай мне пластырь.

Она швырнула упаковку на стол:

– Ну и пожалуйста, заклеивай себя сам.

– Ну и заклею.

Дарси посмотрела на него:

– Я тебя не понимаю. Ты задаешь мне вопросы и говоришь так, будто слишком много знаешь.

– Тебе только кажется.

– Да? Я все время слышала от тебя, что должна довериться и рассказать тебе свои тайны, но, как только я решила, что могу это сделать, ты отворачиваешься от меня.

Остин заскрипел зубами:

– Я не ушел, я все еще здесь.

– Ты не дотрагиваешься до меня, даже не смотришь в мою сторону. Что случилось?

Он наконец приклеил пластырь:

– Ничего. Я… решил, что у нас ничего не получится.

– Ты решил? Я не имею права голоса?

«Нет, ты уже мертвая».

– До свидания, - он направился к двери.

– Адам! Почему ты так со мной?

Он остановился у двери и обернулся. Сердце сжалось в его груди. Проклятье, глаза Дарси были полны слез, и это он заставил ее плакать. «Мертвые женщины не плачут».

Дарси подошла к нему:

– Если ты у нас такой чувствительный эмпат, скажи, что я сейчас чувствую?

По ее щеке скатилась слеза, и это почти разорвало его сердце. Остин отвернулся:

– Я не могу.

– Не можешь это почувствовать? Или не можешь признать, что именно ты причинил мне всю эту боль?

Он вздрогнул, как от удара:

– Мне жаль.

Остин ринулся к лестнице, но понял, что пока не может видеть вампиров, так что свернул к оранжерее, чтобы побыть в одиночестве. Уселся на скамейку и закрыл лицо ладонями. Как он мог признать, что причинил боль Дарси? Мертвецы не чувствуют боль. Они не плачут. Не выглядят так, как будто ты разбил им сердце.