Вампир

Первые звезды тихо мерцали на темно-синем фоне неба. Их холодный свет, так нравился Витию, что он всегда старался вылезать пораньше из своего убежища, где пережидал день. Расположившись на камне, который и служил прикрытием его убежища, он откинувшись на спину закинул руки за голову. Он знал, что у него есть немного времени, прежде чем жажда станет настолько сильной, что у него не будет больше сил ее сдерживать.

Пока же жажда была лишь небольшим зудом, где-то внутри затылка. Не сказать, чтобы с ним было комфортно, но и с ума он пока его не сводил.

В двухстах метрах севернее, по тропе витиевато бежавшей через темный Консамов лес, быстрым шагом, то и дело оглядываясь, двигалась фигура в длинном плаще с капюшоном. Плащ скрывал шедшего полностью и, если бы не ветка, так не вовремя оказавшаяся на пути, никто бы и не узнал, что под ним скрыта молодая, премилая девушка. Зацепившись ногой, она не смогла удержать равновесия и упала разбив колено до крови. Как можно тише выругавшись себе под нос, она быстро встала на ноги и огляделась по сторонам. Застыв, как молодая лань чувствующая чужое присутствие, она стала прислушиваться. Где-то пели цикады, ухал филин, от небольших порывов ветра шумела листва. Несмотря на все это, тишина казалось оглушительной. Страх от интуитивного предчувствия, приковал ее на месте, не давая сдвинуться с места. Уже в следующий миг, она поняла, что стоять тут непозволительная глупость. Превозмогая себя, она заставила себя двинуться в путь.

Витий был вампиром настолько давно, что уже и не помнил был ли он обычным человеком до того, как стал вампиром, или был вампиром от рождения. Наряду с тем, что он будучи вампиром обладал рядом преимуществ, таких как бессмертие, огромная физическая сила и телепатические способности, были и слабые места у вампиров. Боязнь солнца, к примеру, которое наряду с огнем могло даже убить вампира. Но если не брать в расчет таких основополагающих моментов, были и вещи, которые доставляли скорее дискомфорт нежели проблему мешающую жить. Органы чувств в отличие от оных у смертных существ, были во сто крат сильнее, за исключением одного «но». Вампиры уступали всем смертным в одном – обоняние. Витий может никогда бы и не заметил этого недостатка, пока однажды не подслушав очередной разговор своих будущих жертв, рассуждавших о запахе настоящего

жаркого, задумался о том, а какой же он этот запах – запах настоящего жаркого? Он же, как ни старался, не мог припомнить, как оно пахнет вообще. Напав на путников и прервав тем самым их спор о запахе настоящего жаркого, он убил обоих, после чего обернулся к котелку, который до сих пор бурлил и принюхался. Ничего, ровным счетом ничего. Содержимое котелка пахло точно так же, как воздух, деревья, камни и все неживое – ничем. С той самой ночи, Витий чувствовал постоянную обиду на смертных, поэтому ему легче было решить моральный вопрос убийства смертных.

Незнакомка находившаяся всего в каких-то двухстах метрах от него с наветренной стороны, оставалась незамеченной. Но стоило ей споткнуться и разбить колено, как Витий резко и со свистом втянул воздух вместе с драгоценным запахом крови.

– Какая удача. – сказал он низким бархатным голосом. А потом принюхавшись еще и пробуя запах на вкус, добавил, – Какой странный букет? Хм. В любом случае, молодая кровь – это большая удача.

Следующий порыв ветра не застал на камне никого, ветер так и полетел удивленный дальше, готовый поклясться, что какую-то долю секунды назад на камне был Витий.

Девушка торопливо продолжила свой путь, теперь внимательнее оглядывая дорогу под ногами. Увидев силуэт внезапно появившийся посреди дороги, она остановилась и запустила руку во внутренний карман плаща, где у нее был припрятан кинжал.

– Здравствуйте, молодая леди. Разрешите представиться, меня зовут Витий и вам не нужно бояться. Для вас большая удача, что вы встретили именно меня, а не каких-нибудь разбойников, которых тут, стоит заметить, немало. – произнес он и поднял руки, в знак того, что ей ничего не угрожает. – Я так понимаю, вы направляетесь в Консамову впадину.

Видя по позе и лицу девушки, что она не собирается, так легко сдаваться, он продолжил.

– Консамова впадина. – для верности он указал на огни, что горели вдалеке.

– Не глухая. Консамова, ага, она самая. И да, привет и спасибо за помощь, но нет. – ответила она и попыталась пройти мимо Вития. Ей не нравилась его бледность, было в этой нечеловеческой бледности, что-то недоброе.

Конец ознакомительного фрагмента.