Валентин Катаев
Шрифт:
Батист стукнул звонком по столу и сердито нахмурился. Кабинет лакеев был потрясен.
В этот момент почтительного молчания, воцарившегося после слов Батиста, в зал заседания вошел Ван. Он обнюхал воздух и деловито сказал:
— Сведения, полученные мною в бюро справок, оказались очень важными. Судя по всем данным, он находится сейчас вместе с Матапалем.
— Вы уверены в этом, молодой человек? — строго спросил Батист. — Прошу не забывать, что ваши слова имеют крайне важное значение.
— Еще бы не важное! — воскликнул Ван. — От этого зависит не только моя репутация, но также и репутация…
—
— Пожалуй, вы правы, но это не меняет дела. Его надо искать там, где сейчас находится Матапаль.
— Откуда вы это заключили?
— Откуда? Очень просто: у него были какие-то делишки с Матапалем.
Батист воспламенился.
— Видите, господа! Я говорил вам! Теперь все ясно и понятно: он хочет заключить союз с Матапалем против меня. Его надо разыскать во что бы то ни стало, пока не поздно.
— Совершенно верно, — подтвердил Ван. — Пока не поздно, а то потом будет слишком поздно. Но я найду его живым или мертвым, прежде чем он успеет наделать шуму. Клянусь в этом своей незапятнанной честью!
Батист прослезился. Он протянул Вану руку и, всхлипнув, сказал:
— Вы благородный молодой человек и патриот. Я доверяю вам. Действуйте. Моя чековая книжка в вашем распоряжении. С сего числа я назначаю вас министром розысков, если вы не имеете ничего против.
— Я? Против? Боже сохрани! Мне очень лестно, тем более что здесь заинтересован не столько я лично, сколько…
— Сколько отечество? Не так ли? Обратите внимание, господа, какой благородный молодой человек, ставлю вам его в пример. Простите, как вас зовут? Сейчас вам изготовят министерский мандат. Садитесь. Индейки с каштанами хотите?
— Мерси, — сказал Ван. — От кусочка не откажусь. Меня зовут Ван.
Пока Вану изготовляли мандат и писали приказ о назначении на пост министра, он ел индейку с каштанами.
— Поздравляю вас с высоким назначением, — произнес растроганный Батист. — Вручаю вам диплом и чек на сто тысяч долларов. Ищите негодяя хорошенько, хотя, я думаю, это будет не легко.
— С такими деньгами! — воскликнул Ван. — Пустяки! Его наружность слишком заметна! Чего стоят одни его баки и темные окуляры. А дочка его, вы думаете, плохая примета? Эге! Ну, пойду. Авось мне удастся спасти свою репутацию.
Ван сделал прощальный жест рукой.
— Постойте… Постойте… — пролепетал Батист. — Баки… Темные очки… Дочка… Да вы, собственно, кого собираетесь искать?
— Кого? Кажется, довольно ясно. Профессора Гранта, кото…
— Негодяй! И вы еще осмелились врываться на заседание совета министров! Мы ищем Пейча!
— В таком случае мне с вами не по дороге, — грустно сказал Ван.
— Вон! Вон! Вон! — закричал Батист фальцетом. — Я увольняю вас от должности министра розысков. Вы аферист. Отдайте чек! Заплатите за индейку! Всюду измена! Всюду предательство! Выведите его!
Батист упал на руки лакеев.
Скатившись с шестнадцатого этажа и очутившись на середине Таймс-сквера, Ван встал на ноги, потер ушибленное место и захромал по направлению площади Колумба.
— Мне, положительно, не везет, — сказал он. — Пахнет тем, что моя репутация все-таки погибнет. Во всяком случае, надо будет пойти к начальнику
Какого же все-таки учреждения? Своевременно читатели это узнают.
А пока: терпенье, терпенье!
XXI. Некто Икс
Два последующих дня Джимми не встречался с Еленой и профессором.
К острову прибывали все новые и новые корабли. Остров сплошь застраивался. Уже появились газеты, кино и телефонные автоматы. Вечером на улицах горели фонари.
По всем видимостям, остров тщательно охранялся от постороннего вторжения. Так, например, небольшой трансатлантический самолет, потерпевший аварию во время своего рейса, был отнесен течением к острову и пытался на него спуститься. Но немедленно же с крыши Дворца Центра протянулся длинный фиолетовый луч, скользнул, как стрелка переводимых часов, по черному от туч небу и коснулся самолета, который мгновенно вспыхнул, как бабочка в дуговом фонаре летнего сада, и черным пеплом рассыпался над океаном.
По некоторым разговорам, подслушанным на улицах, Джимми понял, что на острове имеют право находиться только люди, снабженные специальными карточками «постоянных жителей». Что касается рабочих, производящих постройку, то они сейчас же по окончании работ будут отправлены обратно на материк.
Весь остров уже был застроен. Только узкая полоса берега оставалась свободной и служила местом прогулок и причалом паромов. Здесь помещались контрольные пункты, где регистрировались карточки прибывших постоянных жителей и временные документы рабочих.
Джимми был слишком общим типом молодого американца, чтобы возбудить подозрение, но тем не менее он предпочитал днем скрываться в пещере, куда втащил и свой бот.
Иногда он выходил пройтись по острову. Тогда он вступал в дипломатические разговоры с рабочими и таким образом выяснил очень много важных вещей.
Он узнал, что остров управляется неким джентльменом, которого почти никто никогда не видит. Этот джентльмен обитает во дворце, в центре острова. На острове есть своя тайная полиция, свои министры, свои научные лаборатории, образцовые питомники, библиотеки, киноателье, казино и Спортинг-Палас. Население острова питается продуктами, привезенными в громадном количестве пароходами-холодильниками. Далее, на острове имеются почти все знаменитые люди земного шара, от стального короля до чемпиона бокса. На острове есть свои законы, правила, даже традиции. Есть своя этика. Есть классовое деление, причем класс капиталистов немногим малочисленное класса трудящихся.
Большего узнать от простых рабочих было трудно, а разговаривать с джентльменами Джимми не рисковал.
Джимми решил выжидать дальнейших событий, которые могли бы пролить свет на загадочную историю острова.
К вечеру третьего дня Джимми вышел пройтись по берегу и встретился с Еленой. Она шла, задумчиво опустив голову, и волосы вокруг ее головы горели против солнца красноватым, пушистым золотом.
Джимми решил переменить тактику. Он подошел к Елене и сказал:
— Здравствуйте, мисс Роза. Если вам безразлично, то не позволите ли вы погулять с вами?