Чтение онлайн

Калым известен с древних времен… Вернее будет сказать, породили его правила, которые установил, может быть, сам пророк Магомет, сказав приблизительно так: «Брак без выкупа является незаконным захватом чужой собственности, и не может быть выкупа дешевле десяти дирхемов». Так сказал.

Правоверные — самые легковерные исполнители. И стала женщина товаром.

Да, как ни горько, а надо признать: отцы установили горский стандарт цен на собственных дочерей-невест, торговые сделки совершали, выгоду получали от продажи детей!..

— Регламент исчерпан!

Кто следующий? И — поближе к современности!

— …Вот тогда я спросила девушку: по какому вопросу плачешь? — волнуясь, начала инструктор райкома комсомола. — А что она ответила, знаете? «Я, — сказала, — к тебе, Шуайнат, пришла не как к инструктору, к человеку пришла!»

— А ты что сказала?

— Просто обняла ее, воды дала. Девичью обиду выслушала. Все горе, оказывается, из-за него…

— Фамилию называй, должность! Конкретно говори!

— Калым ему будет фамилия! — гневно крикнула Шуайнат.

— Калым должности не имеет. Так мы до ночи будем в духоте сидеть! — Председательствующий с тоской смотрит на пустые бутылки из-под знаменитой «Махачкалы», по сведениям знатоков, не уступающей «Боржоми».

— Уважаемые люди! — подает голос Кичи-Калайчи. — Зачем такой шум?! Давайте пустой грохот оставим барабанам!

Голос старшего заставил умолкнуть присутствующих, и они с любопытством глянули в сторону Кичи-Калайчи.

— Мы слушаем тебя, почтенный Кичи… — с готовностью выслушать мудрое предложение почтенного человека известный в городке адвокат Дибир Махмудович встает со своего места и подсаживается к нему с записной книжкой.

— Предлагаю объявить год бойкота невест! — не скрывая лукавой улыбки, объявляет садовник.

Люди недоумевают, переглядываются, пожимая плечами, мол, что говорит этот старик.

— Ты, как всегда, шутишь?

— Нет, говорю, как всегда, серьезно.

— Это как? Забастовку? А любовь куда? За окошко?

— Э-эх! Кабы старость могла, а юность умела!

— Уважаемые, не кажется вам, мы научились говорить одно, а делать другое… Калым — страшнее эпидемии гриппа!

— Ну, хватил…

— За один взмах дерева не срубишь. Наш завзагсом отмалчивается, а мог бы опытом поделиться!..

— Про меня и так известно! И почему свадьба расстроилась, и на какую стройку Сибири мой сын уехал. А вот ты, у окна сидишь, покуриваешь, расскажи, как сына женил. Ведь по обычаю?

Сидящий у окна щелчком отбрасывает папиросу в палисадник:

— И не думаю скрывать. Да, женил старшего. А младший из армии придет — тоже сыграем свадьбу, как положено… Я разве не отец своим детям? Или они инкубаторные?

Ведущий протокол подмигнул Кичи-Калайчи:

— А что? Он прав. А на будущее надо учесть: дочерей заводить! Ишь, нарожали сыновей, а теперь не знают, куда их? Вот я сегодня шел на заседание, вижу у ворот кондитерской фабрики объявление: «Требуется десять рабочих: трое в начинку, трое — в обвертку, четверо — на лотки». Почитайте объявления, кто только не требуется! А вот насчет женихов что-то не попадалось. Непрестижная профессия… Уцененный товар!

— С

отцов невест надо построже спрашивать! И почаще участковых на свадьбы приглашать, пусть возьмут на заметку особо щедрых дарителей! — предложила Шуайнат.

— …А комсомольский актив на пенсию перевести? Досрочно?

— У актива хватает забот производственных! Каждый второй работает и учится. Нельзя же так: кто везет, на того и наваливай!..

— А вы слышали о шкале расценок тракториста Бийбалы? — спросил секретарь, видя, что Шуайнат вот-вот взорвется до крика. — Нет, послушайте, какую систему разработал…

— Это у кого пять дочерей?

— Он самый. Я лично был свидетелем: сидит Бийбала на своем широком балконе, а сосед забор красит. Бийбала говорит: «Последнюю уборку за трактором отсидел. Пора на покой. Жену тоже с работы сниму: скоро наша младшая, пятая дочь, техникум закончит. Им же цены нет сегодня! Прикинь, сосед, моя старшая, Асият, имеет диплом врача — рентгенолога. Красный диплом, с отличием! Кто придет свататься — самый высокий калым должен готовить! А как же! Шесть с половиной лет учил, кормил, одевал!.. Скажешь, государство учило, да еще стипендию платило? Пусть по-твоему. Но государству Асият долг отработает как врач. А мне — как дочь!

Саният, вторая моя, педагог, на хорошем счету. За нее никак нельзя меньше трех тысяч взять. Зейнаб — на третьем курсе Тимирязевской академии учится — готовь жених калым! Хадижа автодорожный техникум окончила. А какая девочка — красивая, стеснительная, как такую уступить за полцены?! И младшая, Лейла, вот-вот портнихой станет! Уже сейчас от заказов отбоя нет. А что будет, когда закройщицей поступит в республиканское ателье?.. Вот, сосед, смотрю я на своих красавиц и думаю, устарела старая поговорка: «Не имей сто рублей, а имей сто друзей». Дочерей, пять штук дочерей заимей — и тебе обеспечена счастливая старость!»

Именно так и сказал, я своими ушами слышал, — закруглился секретарь, поскольку председатель уже давно постукивал шариковой ручкой по бутылкам из-под минеральной воды.

Председатель собрания раскрыл пухлую папку и обратился к членам комиссии:

— Чтоб картина была ясна, хочу прочесть несколько заявлений молодых людей, особо пострадавших от таких… калымщиков, как «бездетный» Бийбала. Кстати, молодежь, может, и не знает, в старину у горцев считался бездетным тот мужчина, в чьей семье рождались девочки, пусть двое, трое, хоть десять дочерей!

Под Дербентом — все видели небось! — возле древнего мавзолея стоит дерево; на нем не то что листьев — веток не увидишь, так густо его обвешали жертвенными тряпочками. И не древние старики, а наши современники космического века молят всевышнего, чтобы он даровал им сына… Джерси, кримплен, шелк-ацетат, вот какой текстиль вешают! Да, живуч этот обычай и вряд ли на днях исчезнет. Вы, конечно, можете подловить меня на противоречии: то желает людям, чтобы заводили дочерей, то вспоминает, как горцы от веку мечтали иметь одних сыновей…