В тени

Тасиро Рискэ сел в самолёт, вылетевший из аэропорта Итадзука в Фукуока. Вскоре после того, как самолёт уже был в небе над Китакюсю, Тасиро откинулся в кресле и заснул.

За эти десять дней он объехал весь остров Кюсю и устал. По поручению редакции он делал фотографии профессиональных бейсбольных команд, приехавших на тренировочные сборы в свои лагеря.

Тасиро Рискэ — фотограф. Среди множества фотографов-ремесленников, опирающихся только на мастерство, он выдающийся талант. Как говорят критики, в его работах есть некая утончённость. Они оригинальны, причём артистизм и социальность удачно

сочетаются в них. Стихия Тасиро — животрепещущие общественные проблемы и события.

Последнее время он стал модным фотографом, и многие редакции предлагали ему работу.

В январе Тасиро исполнилось тридцать два. Пока не женат.

Часа через два Тасиро проснулся.

Все места в самолёте были заняты. Почти все пассажиры — мужчины средних лет. Женщин всего пять-шесть, не больше. Место Тасиро было в середине салона. И вид из окна вниз ему закрывало крыло самолёта. Но он уже столько раз летал этим маршрутом, что не проявлял особого интереса к видам за окном. Он размышлял о том, как выполнить порученные ему задания. Самолёт приземлится в Ханэда [1] в четыре часа пополудни. Там помощник Кидзаки возьмёт у него уже отснятые плёнки и сразу же вернётся на работу их проявлять. Тем временем у Тасиро появится два-три часа, чтобы побродить по закоулкам Гиндза, выпить сакэ. После десяти дней скитания по провинции ему хотелось доставить себе хотя бы это небольшое удовольствие.

Он глянул в окно. Море сменилось цепями гор. Далеко в небе белоснежно сверкала гряда Японских Альп. Отчётливо виднелась вершина горы Кисо. «В следующем месяце поеду на озёра», — подумал Тасиро. Он выполнял серию фотографий красивейших озёр Японии для журнала А. Ради этого ему пришлось целый год путешествовать. Поездка на озёра вызывала у него больше энтузиазма, чем поездка по тренировочным лагерям профессиональных бейсболистов.

«…Господа. С левой стороны от вас виднеется гора Фудзи».

В круглом иллюминаторе поблёскивала величественная вершина. Тасиро Рискэ быстро сориентировался, вытащил из сумки камеру и пошёл в конец салона, чтобы найти окно, подходящее для съёмки.

У подходящего для съёмок окна сидела девушка и читала книгу. Будь это мужчина, пусть даже спящий, он бы растолкал его и попросил немного подвинуться. Но это была молодая женщина, и Тасиро смутился. Тем временем самолёт неумолимо летел дальше, и вид Фудзи в окне исчезал. Тасиро заколебался, но страсть фотографа всё же победила.

— Мне, право, неловко, но, — он пригладил свои длинные волосы, — мне хотелось бы немного пофотографировать Фудзи.

Девушка подняла глаза от книги и посмотрела на Тасиро. Тонкое лицо — большие глаза.

— Ах! Пожалуйста, — сказала она и, чтобы не мешать съёмке, подалась немного вперёд.

Тасиро наставил телеобъектив в окно и для устойчивости вынужден был немного опереться на пассажира, сидевшего в одном ряду с девушкой. Это был чуть располневший мужчина лет тридцати пяти, широкоплечий и плотно сбитый. Он читал какой-то еженедельник.

— Мне, право, неловко, — обратился Тасиро к мужчине, но тот, даже не взглянув в его сторону, чуть-чуть подвинулся. Движение его явно говорило о том, что делает он это нехотя, поневоле.

Тасиро

посмотрел в видоискатель. В двухсотмиллиметровом телевике быстро исчезала из поля зрения громадная Фудзи. Тасиро пять или шесть раз подряд щёлкнул затвором и затем опустил камеру.

— Хорошо она видна в объектив? — Молодая женщина пожирала глазами камеру с телевиком.

— Да, видна хорошо, — ответил Рискэ.

Женщина с любопытством смотрела на Тасиро.

— Не дадите ли её мне на минутку? — сказала женщина, улыбнувшись.

Полноватый сосед толкнул её и скорчил такую физиономию, будто укорял женщину за невоспитанность. Заметив это, Тасиро почувствовал к нему неприязнь.

— Возьмите, пожалуйста. — И он подал камеру девушке.

— Тяжёлая, — сказала она улыбаясь, затем поднесла камеру к глазам и повернулась к окну.

Тасиро посмотрел на девушку сверху вниз и отметил: красивая. Невольно он стал вглядываться в неё глазами фотографа.

— Какая большая! — вскричала она. — Вот замечательно. Кажется, будто Фудзи совсем рядом. Как красиво!

Фудзи уже уплывала в окне назад, и девушка обернулась.

— Немного похожа на Грейс Келли [2] ? — тихо спросила она. Голос её прозвучал задорно.

Глядя на то, как она смотрит в видоискатель, Тасиро вспомнил одну сцену из фильма «Заднее окно». Девушка имела в виду именно эту сцену, и Тасиро улыбнулся.

Лицо соседа вконец помрачнело, он уткнулся в еженедельник, но по его виду было ясно, что чтение его вовсе не интересует. «Собственно говоря, что между ними общего? — подумал Тасиро. — Она не похожа ни на его жену, ни на любовницу. Может быть, старший брат и младшая сестра? Но если брат и сестра, то ведь они совсем не похожи. У мужчины скуластое лицо и толстые губы».

— Посмотришь? — Девушка отвела камеру от глаз и предложила её соседу.

Но, как и предполагал Тасиро, тот отказался. Всем своим видом он как бы говорил: отдай её поскорее.

— Спасибо большое. — Девушка протянула камеру Тасиро.

«Красивые глаза», — снова подумал он.

Тасиро вернулся на своё место. Самолёт пролетал над полуостровом Идзу. «И всё-таки красивая женщина. Интересно, кем приходится ей этот мужчина, — продолжал размышлять Тасиро. — Они не муж и жена. И уж тем более не любовники. И не брат и сестра… Тогда, наверно, супруг старшей сестры». Тасиро решил, что это наиболее подходящая версия. Но почему же он так насторожённо отнёсся к Тасиро? Неприятный человек. Интересно, он из Токио или с Кюсю?

«Господа. Через десять минут мы совершим посадку в аэропорту Ханэда. Мы просим вас пристегнуть ремни».

Тасиро вынул записную книжку и углубился в изучение плана своей ближайшей работы. Самым приятным пунктом было путешествие на озеро: ведь это наполовину отдых!.. Тасиро представил себе, как он облазит там каждый уголок. Перед его глазами возникли белые облака и горное озеро, отражающее снежные вершины.

Показалось здание аэропорта Ханэда. Самолёт накренился в вираже. В иллюминаторах широко развернулся Токийский залив с плывущими по нему пароходами и лодками. Приближалась посадочная полоса. Через несколько мгновений самолёт приземлился. Тасиро хотелось ещё раз взглянуть на ту женщину, но он с досадой подавил это желание. Пристроившись за толстым иностранцем, он пошёл к выходу.