В темном-темном лесу

Эйфория – вот что наполняло мое сознание, пока я ступала босыми ногами по траве. Вечерняя роса холодила мои ступни, усиливая это чувство. Деревья мелькали перед глазами. Вокруг стояла тишина. Оглушительная такая.

В глазах двоилось. Я рассмеялась и побрела дальше. Ощущение невесомости наполняло меня. Невинно-белое платье, что на меня натянули насильно, развевалось от каждого шага, не стесняя движений. Какой-то средневековый балахон. Ритуальный. Даже не представляла, что такие еще существуют. Оказывается, есть. Ждало свою хозяйку.

Меня!

Снова

рассмеялась. Остатки сознания говорили, что это все действуют наркотики, которыми меня напоили, но мне было все равно. Я чувствовала себя нимфой. Нимфой, которая вышла на охоту.

Это для них я – жертва, подношение Зверю, чтобы усмирить его гнев.

Глупые селяне! Отсталые от жизни идиоты!

Снова смех сорвался с моих губ. Мне было смешно, ведь они считают, что обманули меня, напоили и бросили посреди леса. Оставили для него.

Зверя. Кошмара, что терроризировал их деревню.

Я закружилась, когда эйфория очередной волной побежала по венам. Затем сорвалась с места и бросилась вперед. В сумерках лес казался волшебным. Диким. Неприступным. И слишком тихим. Ни сверчка, ни крика совы, ни шуршания зверьков.

Все спрятались? Почему? Он уже был здесь?

Я задрожала от нетерпения. Страха не было. Наоборот, то, что они дали мне, пробуждало либидо. Только я приняла напиток из рук старушки осознанно. Выпила с жадностью. Поблагодарила.

Помню ее кривую улыбку. Глаза, которые так и говорили: «деточка, не благодари меня за смерть», но я сделала вид, что ничего не поняла, что глупая. Когда ты блондинка, то это легко сделать. Люди привыкли мыслить стереотипами, а эти деревенские идиоты тем более.

Луна показалась меж деревьев. Темнело здесь быстро. Вот только небо было окрашено в багряный цвет, а теперь резко наступила ночь. Однако сегодня ночь особенная. Полнолуние. И в подтверждение моих спутанных мыслей раздался вой.

Я задрожала, но нет от страха. Наркотики действовали исправно, вызывая во мне дикое возбуждение от одной мысли, что скоро встречусь с ним. Зверем.

Спасибо, добрая старушка, за эту чудную дурь.

Ускорилась, побежав вперед. Слишком долго я искала его, поэтому сейчас меня охватило нетерпение. Белая ткань балахона мелькала между деревьями. Ночной ветерок ласкал мое нагое тело.

Да, бабка меня еще и раздела. Полностью. Сквозь туман в голове всплывали похотливые взгляды мужиков, которые окружили опушку леса с факелами в руках. Каждый облизался, но ни один не препятствовал тому, что меня, как ягненка, отвели в глубины темного-темного леса.

Я буквально была ягненком, ведь меня звали Агния. Какой сюрреализм! Сон и реальность перемешались.

От бега дыхание сбилось. Остановилась на небольшой поляне. Грудь тяжело поднималась и опускалась. Сердце колотилось внутри как бешеное. Белокурые волосы растрепались. Передние локоны прилипли к вспотевшему лицу. Край балахона сполз с плеча, оголив его. Соски заострились от холода и натягивали тонкую ткань.

Мир все еще кружился. Мысли разлетались, как потревоженные птицы. Достаточно я забралась вглубь или этого мало?

Неожиданно послышался шорох.

Я замерла.

Шуршание

веток сначала послышалось сзади. Затем сбоку. И с другой стороны. Он обходил меня по кругу. Дикий зверь, учуявший свою добычу.

Именно ей я и была. Несмотря на заблуждения жителей деревни, я стала добровольной добычей. Только никто об этом не узнает. Даже он.

Мне необходимо, чтобы он заинтересовался. Захотел меня. И желательно не в качестве трапезы. Было страшно. Невероятно страшно, ведь просчитать все – это одно, а столкнуться с непредсказуемым зверем совсем другое. Однако я слишком далеко зашла, чтобы отступить сейчас.

Рискну, потому что на кону стоит моя жизнь.

И я снова сорвалась с места. Побежала так быстро, как только могла. Теперь уши уловили звуки ломающихся веток. Он преследовал меня. Я зацепила его. Заинтересовала. Во мне запел триуф, хотя я еще ничего не добилась, не выиграла и даже не знала, с какой целью он преследует меня – съесть или…

Мне нужно было это или… пусть я сама считаю себя чокнутой, но знаю, это «или» может спасти меня.

Я выбежала на очередной круглый островок с мягкой травой, который освещала полная луна. Неожиданно получила толчок в спину и упала на землю. Вскрикнула от боли в руках, но не пошевелилась, потому что горячее дыхание обожгло мою шею.

Мы замерли. Секунды превратились в вечность. Сейчас решалась моя судьба.

Вдоль позвоночника скользнул острый коготь, разрывая мой балахон на два бессмысленных лоскутка. Ночной ветерок вызвал приятную дрожь по телу. К коже прикоснулось что-то влажное. Я осознала, что это его нос. Он обнюхивал меня, опускаясь ниже и ниже.

Затем мои бедра подняли вверх. Просунув свою мощную руку между моих ног, он резко толкнул ее из стороны в сторону, заставляя коленки разъехаться шире. Из моей груди вырвался тяжелый вздох.

Меня затрясло. От страха и возбуждения. Еще раз захотелось сказать спасибо старушке. Не знаю, смогла ли бы я чувствовать последнее, если бы не наркотик. Раньше думала, что да, но теперь, попав в его захват, понимаю, что испугалась бы.

Однако неизвестная дрянь хорошо умела превращала ужас в похоть. Именно ее аромат ощутил зверь, когда уткнулся своим прохладным носом в мою промежность. Слизал влажность – бесспорный признак желания.

Я захныкала от чувства его шершавого языка на своем интимном местечке. Половые губки затрепетали. Их оросила влага. Много влаги. Бесстыдно выпятила попку вверх. Та я, которой была еще год назад, ужаснулась бы тому, что делаю сейчас. В глубине темного леса, под полной луной. Но я, нынешняя, знала. Вот оно – мое спасение!

В этом первобытном звере. Оборотне.

Зажмурившись, я подала бедра к его морде. Рык вибрацией прошелся по нежной плоти. Впереди меня ждала непростая ночка.

Ночка, полная дикого, животного спаривания, потому что со мной произошло невероятное – этот монстр признал во мне свою пару!

– Я очень сожалею, но опухоль неоперабельна.

Слова приговором упали между мной и доктором. На его читалось лице сочувствие вперемешку с безысходностью.