Чтение онлайн

Сальери: Прошу меня извинить, мне пора! Благодарю Вас, Констанца.

Моцарт: До свидания, синьор Сальери.

Констанца: Позвольте, я провожу Вас.

Уходят. Моцарт ходит по комнате, потом садится в кресло и задумывается. Входит Констанца. Моцарт улыбается ей.

Констанца: Отчего ты так говорил с господином Сальери? Ведь вы, кажется, друзья.

Моцарт: С чего ты взяла?

Констанца: Господин Сальери сам об этом сказал.

Моцарт: Называла лисица петушка дружком, да и слопала беднягу.

Все эти господа итальянцы в глаза чрезвычайно милы… Знаем мы их! Интересно, что ему было нужно?

Констанца: Господин Сальери расспросил о нашем положении и огорчился, когда узнал о наших несчастьях.

Моцарт: Скользкая змея! Уверен: история с «Фигаро» не обошлась без Сальери.

Констанца: Зачем ему это нужно, Вольфи?

Моцарт: Страх, обыкновенный человеческий страх!

Констанца: Чего бы ему пугаться, ведь он имеет всё?

Моцарт: Господин Сальери никогда не имел выдающегося музыкального таланта! Он не может привнести ничего нового в музыку и всегда будет последователем; но, синьор Сальери опытный музыкант, и должен понимать, что «Фигаро» – это опера, где прививается новая традиция, и, если традиция эта приживётся, вся старая глюковская опера, а стало быть, и музыка господина Сальери развеется по ветру. Тогда не будет ни денег, ни славы, ни почёта! Вот почему я опасаюсь, когда он записывает меня в друзья.

Констанца: Я ничего в этом не понимаю… Ты не станешь сердиться, если я тебе скажу?

Моцарт: Разве я могу сердиться на свою маленькую птичку?

Констанца: Твоя опера кажется длинной, слишком умной и скучной. Помнишь, мы слушали оперу «Редкая вещь» – вот там музыка понятная и совсем-совсем простая. Она всем нравится! Напиши такую же оперу, и у нас опять будут деньги.

Моцарт: Под эту музыку хорошо жевать мясо, но ей нельзя наслаждаться.

Констанца: Я глупая, да?

Моцарт: Давай обедать.

Констанца: Тебе придётся подождать…

Моцарт: Я пока поработаю.

Констанца выходит. Моцарт приносит из кабинета записи, просматривает их, что-то напевает, что-то наигрывает на клавесине, иногда делает пометки в записях. Вдруг он вскрикивает и хватается руками за голову. В дверях появляется Констанца.

Констанца: Что случилось?

Моцарт: Эта музыка… иногда она делает больно. Всё уже прошло!

Констанца: Ты совсем не бережёшь себя. Приляг, отдохни немного.

Моцарт: Я не хочу отдыхать! Работать для меня менее утомительно, чем бездельничать.

Констанца: Что с нами будет, Вольфи, что будет с нашими мальчиками?

Моцарт: Всё образуется, поверь мне, всё будет хорошо! Вот послушай.

Констанца садится. Моцарт играет ей.

1787 г. Кабинет в доме Да Понте. Моцарт и Да Понте.

Да Понте: Так ли замечательна Прага, как о ней говорят? Правда, что там тьма красоток?

Моцарт: Из Вашего

любопытства я могу сделать вывод: Вы сейчас в работе.

Да Понте: Сальери и Мартин заказали либретто.

Моцарт: Вы становитесь знаменитым, Да Понте. Что же увлекло маэстро Сальери?

Да Понте: «Тартар» Бомарше.

Моцарт: О-о-о, первый капельмейстер Его Величества пишет оперу по пьесе Бомарше? Он не пугается, что император запретит оперу?

Да Понте: Расскажите о Праге. Я заработался… любая новость для меня, как час отдыха.

Моцарт: Ах, Да Понте, после удушливой Вены, Прага – точно глоток чистейшего воздуха! Люди там иные: все улыбались, были радушны, чрезвычайно любезны. Но что более всего радовало – это любовь к моей музыке. Эти люди с удовольствием плясали на балах под музыку «Фигаро», переделанную в контрдансы и немецкие танцы: ничего, кроме «Фигаро» не играют, не поют, не насвистывают… Опера наша пользуется там настоящим успехом!

Да Понте: Это прекрасно!

Моцарт: Это великолепно, но это не всё! Мне заказали оперу, причём я волен выбирать сюжет. Опера на вкус автора!

Да Понте: Я Вас поздравляю.

Моцарт: Нас, Лоренцо, нас! Я намерен именно Вам заказать либретто.

Да Понте: Но я очень занят…

Моцарт: Перестаньте притворяться, Лоренцо! Чего Вы пугаетесь? Опера пойдёт в Праге – мы никому не перейдём дороги, к тому же, в сюжете не будет ничего предосудительного, даже с придворной точки зрения. Вспомните, как прекрасно поработали мы над «Фигаро», и Вы отлично знаете: в том, что оперу сняли – нет нашей вины. Теперь же, определённо будет успех, поверьте мне! Вся Прага ждёт, и мы будем глупцами, если не сумеем использовать столь благоприятные обстоятельства.

Да Понте: И какой будет сюжет?

Моцарт: Меня занимает история Дон Жуана…

Да Понте: Дон Жуан? Что же интересует Вас: наказание или исправление распутника?

Моцарт: Помилуй бог! Не желаю выступать моралистом. Я хочу написать весёлую драму…

Да Понте: Я ничего не знаю о подобном жанре.

Моцарт: Это неудивительно, ведь его нет! Мы будем первыми, кто напишет такую оперу.

Да Понте с изумлением смотрит на Моцарта.

Моцарт: Мораль оставим второсортным авторам, мастерящим балаганные представления.

Да Понте: Чего же Вам нужно?

Моцарт: Острые ситуации, яркие образы, столкновения характеров и контрасты, контрасты… Понимаете, Да Понте?

Да Понте: Не вполне.

Моцарт: Не нужно обличать порок или утверждать превосходство нравственности, конфликт будет иного рода: радости жизни, её веселью противопоставляется отнятие самой жизни, уничтожение её, смерть. Дон Жуан ощутил полноту жизни, но ему этого мало: он начинает играть со смертью, зовет её, притягивает, подобно магниту. Это персонаж искромётный, весёлый, его не волнует общественная мораль, он наслаждается жизнью. Но за всё нужно платить, даже за радость жизни, и плата эта – смерть.

Конец ознакомительного фрагмента.