Чтение онлайн

Словно трижды в степи расстреляли.

Вместо планов на жизнь – стопка старых счетов,

Вместо сердца – барсетка из стали.

Я дышу как пишу, я как прежде грешу,

Только грех тот не звонок, не сладок, —

Пепелище души лишь строкой ворошу,

Нет души – только гарь да осадок.

Душно мне... Там, где дом – там душа, —

Неоплатных счетов вереница...

Дни проходят. И жизнь, как вода, не спеша,

Но ночами... Ночами – не спится!

Млечный

путь – как тропа до родного крыльца,

А луна – как фонарик дорожный...

Есть у Родины имя – МОГИЛА ОТЦА,

Остальное – не важно и ложно.

Осень рыжая в золото красит

Прикорнувший у города зябнущий лес...

В терракотовых платьях – невесты-берёзки, а ясень

Как деньгами – листами сорит на невест...

Листья падают – жёлтые, красные – разные.

Вот один оторвался, и кружит с ним Ветер вальсок...

Он дождался. И крылья прекрасные красные

Унесут его с Ветром – в пески, на Восток...

Осень рыжая, словно сестра дорогая,

Златом дарит дорожки лесные окрест...

И вздыхает Земля, и душа замечает

Мерный шелест листвы у берёзок-невест...

Вдалеке за леском, за багряной полоской,

Слышен стрекот тревожный замёрзших сорок...

Моё детство уснуло навек у берёзок,

И в душе затянулось в комок-узелок...

Стучит в окно ленивый летний дождь,

Стекают водопады по стеклу…

Я знаю, ты меня давно не ждешь,

Но я судьбу за это не кляну.

Пусть все, как есть, идет своим путём,

Пусть дождь цветы сбивает на асфальт.

Пусть нас не ждут, а мы кого-то ждём,

Пусть ничего не воротить назад…

Идут дожди ленивой чередой,

А по утрам стоит густой туман.

Я не смеюсь, не плачу над судьбой:

Судьба моя – сплошной самообман.

Пусть дождь хлестнет пощечиной в лицо, —

Я вновь щеку подставлю под удар.

Я в жизнь вошел бездушным мертвецом,

И в двадцать лет я безнадежно стар.

Впитала пыль ажурная вуаль,

Скулит печаль в собачьей конуре,

На кружке с брагой сколота эмаль,

И чьи-то тени бродят во дворе.

Ничья тоска разлита по углам,

Ничьи скрипят ступеньки у крыльца.

Вздыхает ночь, и что-то шепчет нам,

И сны, как псы, дерутся без конца.

Боюсь Тебя, проснувшись, потерять,

Боюсь, себя не отыскав, заснуть,

И страхов тех несчислимая рать

Бредет за мной в неведомый мне путь.

На

том пути есть сад моей любви,

В нем Ты живешь с Тоской наедине,

И нет следов, и все цветы в пыли,

И безысходны мысли обо мне...

Люби меня, хотя бы иногда,

И не считай, что всю дорогу лгу.

В моей ночи одна горит звезда...

Увы, она на дальнем берегу.

Душа моя – заброшенный очаг, —

Все прогорело и давно остыло,

И пепел серый, как на гробе флаг,

Лежит на ней торжественно-уныло.

Еще дышу… надрывно, тяжело…

Еще смотрю, но ничего не вижу,

Беззвучным криком челюсти свело,

И ни друзей, ни недругов не слышу…

Всему на свете установлен срок,

Мой – вышел весь, и плачут у порога

Петля и яд, и вдавленный курок, —

Три ангела заждавшегося Бога.

И бьют часы… отрывисто и зло,

И словно кто-то под руку толкает…

Бог опоздал. Ему не повезло:

Я мертв уже, мертвее не бывает.

Держать таких в монастыре —

Неисполнимая задача...

Пусть совесть иногда и плачет, —

Я знаю – Осень во дворе!

И ласк, и радостных соитий

Уже, увы, наперечет...

Господь простит, и нас спасет —

Поймет, что просто любим жить мы.

Стеклянный пальчик на груди

Цветными бликами играет,

И кажется, как льдинка, тает —

Не торопись... Не уходи...

Без вечернего взгляда ее

Мне наутро и солнце не светит;

Даже эхо в горах не ответит,

Если крикну не имя ее...

Темен вечер и зябок туман,

И росисты трава и кусты.

Как цветок среди осени Ты,

И желанна как яд, как обман.

Обмани же меня, обмани, —

Боль и радость всегда вдвоем.

Мы смеясь и плача живем, —

Поцелуй же меня, обними.

Обмани, что любишь меня:

Без вечернего слова не спится,

И не тьмою, ни сном не укрыться,

И не хочется утра и дня...

Я не прав, но и Ты не права,

И ночные прости слова,

Боль и радость Ты мне прости,

Не пускай меня... Отпусти...

Есть в прощаньях особый вкус,