В Школе Магии Зарежья

Ефросинья Семеновна, подоткнув свои многочисленные юбки, в спешном порядке надраивала лестницу. Она с залихватской расточительностью, буквально горстями сыпала дорогущий заряженный порошок,

позволяющий натирать пол до блеска одним сеющим взмахом руки, и выданный таки прижимистым завхозом ввиду случившейся оказии. Я пронеслась мимо нее, перескакивая через две ступеньки, будто мне угольями в зад стреляли.

— Варвара, ты осторожнее, я на этаже только что пол натерла, там скользко, — сказала она мне вслед, приподняв голову.

— Хорошо-о, — пропыхтела я, и понеслась к нашей двери, но не оценила, насколько сильно блестел пол. Затормозила слишком поздно, проехала в сторону, и хлопнулась набок. — Все нормально, — чересчур бодро заверила я теть Фросю, с тревогой наблюдавшую за мной издали. И на четвереньках доползла до двери.

— Афанасий, сколько раз говорить! — возмутилась я, глядя на разбегающихся с писком домовых, и растерянно, думая о своем, пригрозила — Я тебя накажу, но не сейчас. Где же они, где? — и зашарила по комнате, вороша стопки тетрадей и учебников. Полезла в шкаф, думая, что могла засунуть их в карман экзаменационной одежды, из вороха одежды на меня смотрели два глаза.

— Еще здесь? А ну кыш! — я сердито свела брови, ворох одежды зашевелился и просел. В карманах ничего не обнаружилось, то есть обнаружилась-то куча всего, только не то, что нужно.

— Варька! Давай быстрее!! — с круглыми глазами заскочила внутрь Тамара, судя по звуку падения до этого, она тоже успела свести тесное знакомство со скользким полом.

— Уже пришли?!! — я ужаснулась и безо всякой надежды напоследок сдернула покрывало с кровати. — Ага! Вот они! — и, схватив подругу за руку, потащила из комнаты, — Бежим скорее! Вот хвос, переодеться-то не успела!

— Некогда! — теперь уже подруга тащила меня вперед. — Тем более что никто не успел!

— А куда теперь их прятать? — я потрясла трофейной стопочкой шпаргалок.

— Дай мне! — подруга перехватила мелко исписанные бумажки и стала шептать наговор, периодически тыкая в них волшебной палкой, то есть палочкой, а еще точнее, крупной зубочисткой, потому что «ученикам не положены рабочие инструменты, обладающие полной силой, до достижения ими степени высшего ученика во избежание несознательного причинения вреда здоровью своему и окружающих, а также любого иного морального или материального ущерба» [1] .

Не успела она дочитать заклинание на имитацию, мы, напрочь забыв, что лестница теперь тоже скользкая, побежали вниз. Моя нога предательски оскользнулась, я упала, сшибла Тамарку, и мы как по гигантской стиральной доске съехали на первый этаж, пересчитав задами все ступени. Я, в последний момент некстати

зацепившись ногой за перекладину перил, кувыркнулась, как заправский скомороший медведь, и шмякнулась на живот, Тамарка рядом на спину. Не до конца превращенные шпаргалки рассыпались фейерверком вокруг и поверх нас.

— Вот и заколдовали, — пробормотала я. Секунду мы лежали, а потом увидели, как из-за угла выворачивает толпа людей.

— Комиссия! — дрожащим от ужаса голосом прошептала подруга.

— Тикаем! — мы споро подскочили и по-ящеричьи переползли в учебный коридор, благо пока от опасности были скрыты огромными гипсовыми подставками под цветы. Я походя схватила пару шпаргалок, собирать все просто не было времени. Оказавшись вне поля зрения комиссии и учителей, с натянутыми улыбками изображающих искреннюю радость от встречи с инспекторами, мы, сверкая подметками, понеслись в аудиторию, которая, как назло, располагалась в дальнем конце коридора.

— Уф, кажется, успели, — мы заскочили в аудиторию и в изнеможении привалились к двери, но тут же подскочили.

— Что вы так долго, Варвара? У вас живот разболелся? — с искренней заботой спросила Линель Ивановна. — После экзамена обязательно сходите в знахцентр. А сейчас, скорее, садитесь за парты.

В классе захихикали, я, повернувшись спиной к куратору, погрозила всем кулаком и состроила зверскую рожу.

— В следующий раз надо не в туалет отпрашиваться, а куда-нибудь еще, — шепнула я Тамарке.

— Надеюсь, больше вообще отпрашиваться не надо будет, — округлив глаза, прошептала подруга.

Последние парты все, как это бывает на экзаменах, были давно заняты. Я со вздохом села за третью парту, чувствуя себя крайне неуютно, как невинная жертва, отданная на откуп чудовищу — передо мной не было никого, только куратор экзамена. Подруга села на соседний ряд. Я быстренько пролистала подобранные листочки.

— Тамар, есть общий вопрос по силе, потом сила потоков, треугольные проекции и символика, но только вторая часть. Надо будет — проси, — шепнула я.

— Хоть бы мне попалась общая сила, я из всего этого ее практическую часть хорошо делаю, — ответила подруга.

— Я тоже, — я согласно кивнула.

В классе стоял небольшой гул — заняться в ожидании комиссии было нечем, ученики переговаривались, впрочем, как и всегда на уроках у Линели Ивановны. Сбоку от меня Вихор судорожно читал под партой учебник. Я удивилась:

— Вихор, откуда учебник? Ты что ли знал заранее? — и предусмотрительно добавила: — Поможешь, если что?

— Я сам ничего не знаю, — и, не отрываясь от чтения, отмахнулся от меня: — Все, не мешай.

— Ну и ладно, вот только попроси потом у меня ответы по плетениям, — мстительно пробурчала я.

— Тома... — начала было я, намереваясь спросить, какую имитацию она накладывала на шпаргалки, но тут двери распахнулись и внутрь стремительным клином вошли инспектора и учителя. Впереди всех, грозно оглядывая учеников, стоял незнакомый мне мужчина в синем костюме, видимо, главный инспектор. Увидев, что зажато у него в руке, я сглотнула комок, встрявший в горле, и немного сползла под стол. Рядом те же действия произвела Тамарка.