В сердце моем
Шрифт:
– Вот так пес!
– Он таким и будет, пока не покроет сучку, - сказала рыжеволосая девушка.
– Фи, Глэдис! Как можно!
– Правда - Фил мне говорил.
– Ты все еще с ним гуляешь?
– спросила Мэйбл, наклоняясь вперед, чтобы, лучше видеть девушку в синем джемпере.
– И буду гулять, пока не найду кого-нибудь другого. Он хочет, чтобы у нас с ним было по-честному, без обмана. Поглядеть на него - никогда не подумаешь, что он может говорить серьезно. А он долго толковал со мной -
– Только об этом они и могут говорить, - сказала с усмешкой девушка по имени Бидди.
– Обхаживают тебя, пока ты поверишь им и они добьются своего, тогда они начинают плести ахинею другой дурочке.
– Надо же о чем-то говорить, - возразила Глэдис.
– Почему же не поговорить о чем-нибудь интересном?
– Они и это умеют.
– О чем? О мотоциклах? О том, какие они молодцы?
– А о чем ты хочешь, чтобы они говорили?
– упорствовала Глэдис.
– Не знаю... Во всяком случае, о чем-то таком, что помнилось бы и на другой день. Что заставило бы позабыть об этой проклятой фабрике.
– Ах, ты хочешь, чтобы он тебя просвещал?
– съязвила Мэйбл.
– Ты что же думаешь, что парень приглашает тебя, только чтобы побеседовать?
– Ну ладно, хватит, - с раздражением сказала Бидди, - Я просто хотела вам сказать, каких парней я предпочитаю. Чтобы с ними поговорить можно было. Это для меня главное. Но где их найти, таких парней?
– Все мы с этого начинаем. Каждой хотелось бы найти такого парня, но где его возьмешь?
– сказала Мэйбл с покорностью в голосе.
– В наше время таких нет. Без гроша в кармане не очень-то разговоришься.
– Беда в том, что никто даже сводить тебя никуда не может. Все сидят без работы, все на мели.
– Мы с Филом немного походим взад и вперед, а затем приткнемся в дверях какого-нибудь магазина и стоим, - сказала Глэдис, наклонившись и рисуя пальцем по пыли.
– Мы и разговариваем-то немного. Он, правда, любит иногда поговорить о странных вещах.
– Она выпрямилась и посмотрела на Бидди.
– Ты пробовала когда-нибудь говорить о луне, стоя в подворотне?
– спросила она.
Бидди промолчала.
– Посмотрели бы вы на того красавчика, что живет в одном доме с Энни на втором этаже, - сказала небольшого роста девушка, безостановочно что-то вязавшая. Она постоянно напевала "Любовь в цвету", и девушки прозвали ее "Цветиком".
– Да, я его знаю, - пренебрежительно сказала девушка в джемпере, познакомилась с ним на танцах. Танцует как медведь. Все ноги мне отдавил.
– А все равно он красивый. Плевать, что он плохо танцует, - решительно произнесла та, которую звали "Цветик".
– Я бы не стала водиться с парнем, который не умеет танцевать, заметила Глэдис.
– А как Фил по этой части?
– спросила Мэйбл.
– Неплохо, -
– Но вот тот парень, с которым я встречалась раньше, так он даже в конкурсах участвовал.
– И как только ты их находишь?
– спросила Мэйбл.
– Сама не знаю, - пожала плечами Глэдис с легкомысленным видом.
– Хочешь, скажу?
– произнесла девушка в синем джемпере.
– Знаешь что - заткнись!
– огрызнулась Глэдис.
Девушки засмеялись, но в смехе их не было радости, он даже не был веселым. Рассмеявшись, они словно признавали, что всех их волнуют одни и те же заботы и что им хочется на время забыть о них, шуткой отделаться от тяжелых дум.
Из ворот помещавшейся напротив фабрики папиросной бумаги вышли несколько девушек. Там работа была легче, менее напряженной, чем на обувной фабрике.
Девушки были в одинаковых синих спортивных костюмах из бумажной ткани; в руках у одной был баскетбольный мяч. Они стали перебрасываться им со смущенным смехом, словно стыдясь этой детской игры.
– Вот это да! Поглядите только на них!
– выкрикнула девушка в синем джемпере.
– А ну убирайтесь отсюда, вертихвостки!
В ответ одна из девушек высунула язык.
Девушка в синем джемпере окинула быстрым взглядом своих подруг. От удивления она даже открыла рот. Затем, словно убедившись, что ее чувства разделяют остальные, она приложила руку рупором ко рту и закричала:
– Эй вы, я кому говорю? Убирайтесь вон!
– Помолчи, Элли, - с досадой сказала Глэдис.
– А что они о себе воображают, - проворчала Элли, не спуская недовольных глаз с игравших в мяч девушек.
– Ты только себя унижаешь, когда так орешь, - заметила ей Глэдис, поглядывая то в одну, то в другую сторону.
– Эй, Биддп! Что ты скажешь о новой девчонке, - ну тот, что работает рядом с тобой?
– спросила Мэйбл.
– Лила Хэйл, что ли, ее зовут? Как она ничего? Вон они с Сэди идут.
Бидди посмотрела на девушек, приближавшихся к ним.
– Неплохая девочка, кажется. Ребенок еще, совсем ничего не смыслит. Похоже, что она Рону Хьюзу приглянулась.
– Рону!
– презрительно усмехнулась Мэйбл.
– А что, - ведь и ты с ним когда-то гуляла. Мэйбл умолкла, погрузившись в воспоминания, не позволявшие ей отчитать Бидди как следует.
– Надо будет предупредить ее, - сказала Бидди.
Лила и Сэди присоединились к отдыхавшим девушкам. Лиле было лет пятнадцать, у нее были мягкие белокурые волосы и почти детская фигурка.
Она присела рядом со мной; когда я улыбнулся ей, она смутилась, и я почувствовал, что она не способна ответить мне такой же дружеской улыбкой. В замешательстве она отвернулась и стала смотреть на Сэди. Подруга продолжала прерванный разговор.