Чтение онлайн

– Если он летит к Самовару, – продолжил Олворт, – то вектор движения вскоре выведет его из сферы досягаемости сенсора, и мы даже не сможем определить по импеллерному следу его массу

Хмыкнув, Люшне почесал подбородок.

– Положим, объект углубляется в систему. Какому из наших кораблей будет сподручней его перехватить?

– Вообще-то, гражданин старший помощник, я бы назвал «Нуаду», но им сильно помешают неполадки с сенсорами. Объект находится в шестидесяти миллионах километров от них, причем в том секторе, слежение за которым осуществляем мы. Не имея исправных гравитационных датчиков, они скорее всего до сих пор его не засекли, а он, если и впрямь

летит к Самовару, от них удаляется. Грузовик «Нуада» еще смогла бы догнать, но военный корабль, имеющий фору, им не перехватить даже с помощью новейших ракетных комплексов.

– Из чего следует, что и нам никак не удастся перехватить объект во внешней зоне. Стало быть, остается «Дирк»?

– Так точно, гражданин старший помощник, – отозвался Олворт, и Люшне снова нахмурился, переваривая полученную информацию.

В юридическом смысле за все происходящее в секторе «Нуады» отвечал капитан Тернер: «Катана» имела свою зону ответственности, а действия, предпринятые в чужой зоне, в случае осложнений легко стали бы поводом для превращения Люшне, точнее гражданки капитана Захари, в козла отпущения. С другой стороны, Люшне располагал информацией, не доступной Тернеру, а это накладывало на него дополнительную ответственность, расширявшую его полномочия. Именно такой подход практиковался в соединениях Турвиля. Люшне потер подбородок, пытаясь взглянуть на ситуацию глазами гражданина контр-адмирала.

Оперативное соединение не располагало кораблями в количестве, достаточном для обеспечения полного прикрытия, а потому слежение, согласно схеме, разработанной Форейкер, осуществлялось на наиболее вероятных направлениях. Суда, вынырнувшие в нормальное пространство в иных секторах, вполне могли ускользнуть, но зоны, где можно было ожидать появления конвоев, разведчиков или сил вторжения, тщательно контролировались. До сих пор – с того момента, как Народный Флот отбил Адлер, – ни одному появившемуся в системе вражескому кораблю ускользнуть не удалось, хотя неполадки на «Дирке» угрожали все испортить. Люшне надеялся, что Тернер и его команда справятся с проблемой, но сейчас ему и своих проблем хватало. Следовало обдумать возможности перехвата

Как и «Катана», отвечавший сейчас за среднюю зону перехвата «Дирк» представлял собой корабль устаревшего класса «Меч». Именно по этой причине он страховал вторую, менее опасную линию, тогда как более мощная «Нуада» курсировала примерно в трех с половиной световых минутах от гиперграницы, чтобы в случае необходимости отрезать появившемуся в системе противнику путь к отступлению. Предполагалось, что встреча с кораблем класса «Марс» станет для монти неприятным сюрпризом. По тоннажу «Марсы» приближались к некоторым, принятым на вооружение в Народном Флоте еще до войны, моделям линейных крейсеров и при этом были оснащены современной электроникой, полученной благодаря контактам с Солнечной Лигой… а сократив емкости складов боеприпасов, инженеры почти вдвое увеличили силу бортового залпа по сравнению с «Мечами», причем максимальное ускорение уменьшилось лишь на двадцать g.

Беда заключалась в том, что при всей своей мощи на борту «Нуады» в силу неполадок с системами контроля не знали о появлении обнаруженного «Катаной» объекта. Следовательно, корабль не мог оставить свой пост и пуститься в погоню за незваным гостем, и «Дирку» придется справляться с ним своими силами. Что внушало тревогу: окажись объект военным кораблем монти, бой с ним мог оказаться для «Дирка» серьезным испытанием, тем более что в отличие от «Катаны» корабли внутреннего охранения в деле выявления

прибывающих полагались на внешние пикеты. Иными словами, «Дирк» не высылал в пространство беспилотные разведывательные аппараты и не держал в готовности ракетные подвески.

– Задержка передачи сигнала на «Нуаду»? – спросил Люшне.

– Двадцать две минуты, гражданин старший помощник.

– А расстояние от объекта до «Дирка»?

– Примерно восемнадцать и три десятых световых минуты.

Снова кивнув, Люшне подошел к командному креслу в центре мостика, но садиться не стал, а лишь наклонился и нажал кнопку вызова. На экране появилось лицо гражданки капитана Элен Захари, а спустя мгновение к линии связи подключился и гражданин комиссар Каттнер.

– Да, Фред? – сказала Захари.

– В секторе «Нуады» обнаружен потенциальный контакт, – сообщил Люшне и, лаконично изложив все, что узнал от Олворта, добавил: – Гражданин капитан, мне хотелось бы дать сигнал на перехват «Альфа» на «Нуаду» и «Дирк». Мы всего в пятнадцати световых минутах от «Дирка», так что наш сигнал достигнет его прежде, чем неприятель, разгоняясь после перехода, приблизится на дистанцию обнаружения. Ну а если «Нуада», получив сообщение, начнет разгон пожертвовав подвесками, она получит вполне реальную возможность перехватить эту козявку, вздумай та попытаться вырваться назад, за гиперграницу. Правда, на мой взгляд, не мешало бы оповестить также «Клеймор» и «Райден» – а вдруг к нам заявился линейный крейсер или что похуже.

Захари хмыкнула и почесала кончик носа.

– А что, если мы просто известим Тернера и предоставим ему встретить гостя? – спросила она.

Вопрос был задан, потому что весь разговор записывался, и не следовало пренебрегать ничем, что при определенном повороте событий послужило бы оправданием.

–»Нуада» примерно в двадцати двух световых минутах от нас и в восемнадцати – от «Дирка». Таким образом, Тернер сможет послать сообщение на «Дирк» только через сорок минут после того, как мы направим сигнал ему. Еще две минуты уйдут на оповещение «Райдена» и «Клеймора». Рассылая сообщения сами, мы выигрываем по тринадцать минут для них, а для «Дирка» благодаря нашему местоположению целых девятнадцать.

– По-моему, эти соображения более чем оправдывают наше вмешательство, – сказала Элен и, повернувшись, встретилась взглядом с Каттнером. – Что скажете, гражданин комиссар?

– Согласен. Но надо будет связаться и с «Графом Тилли».

– Будет сделано, – почтительно сказал Люшне, и не подумав напомнить Каттнеру, что, согласно действующим приказам, он обязан докладывать на флагманский корабль об обнаружении любого объекта. Приказы доводились до личного состава только в присутствии комиссара, и ему следовало бы знать их содержание, однако тыкать политического надзирателя носом в его оплошность было бы верхом неосмотрительности.

– Очень хорошо, Фред. Проследи за этим. И держи нас в курсе дальнейших событий, – сказала Захари.

– Есть, гражданка капитан, – ответил Люшне и, отключив коммуникатор, повернулся к вахтенному связисту. – Включай передатчик, Ханна.

– От коммодора Иржин по-прежнему ничего? – спросил Алистер МакКеон.

«Принц Адриан» вышел в обычное пространство сорок минут назад, углубился в систему Адлер на две с четвертью световых минуты и довел скорость до двадцати одной тысячи четырехсот километров в секунду. Если полчаса назад молчание системы казалось объяснимым, тот теперь оно по меньшей мере озадачивало.