Чтение онлайн

Пальцы опускаются на ягодицы, обводят сначала левую, затем правую. Едва прикасаются к коже, вызывают множество мурашек и блаженный трепет в груди.

– Соблазнительная задница, – уверенно произносит он. – Ты любила, когда я сжимал ее.

Правда? Охотно верю в это – мне нравятся твои руки на моей попе. Млею от них. От фантазии, что ты можешь сделать дальше и какие границы способен расширить.

– Что я еще любила? – срывается вопрос.

– Вот что.

Внезапно ласка сменяется резкостью и… болью. Легкой, на грани. На правую ягодицу опускается удар, затем еще один и еще… Сначала они кажутся

легкими, болезненными. Хочется отстраниться, чтобы разгоряченная, чувствительная кожа больше не соприкасалась с его ладонями, но через пару ударов замечаю, что сама подставляюсь под них.

– Ты очень чувствительна, – шепчет он на ухо, прикусив ухо. – Тебе нравится?

Мне нравится…

– Хочешь еще? – спрашивает, не дожидаясь моего ответа.

Хочу…

Удары переходят на левую ягодицу. Он что, читает мои мысли? Я ведь ничего не сказала, лишь слегка простонала, когда он ударил меня. Не понимаю, почему… Почему мне нравится его грубость? Почему его пальцы, впечатавшиеся в мои бедра, вызывают такое благоговение?

Резкие удары сменяются нежным и ласковым поглаживанием. Разгоряченная кожа остро реагирует на любое прикосновение как на удар. Мучение длится недолго – мужские пальцы двигаются между ягодиц вниз и останавливаются на моей влажной промежности.

Черт! Мне невозможно горячо и сладко. Мое тело, кажется, превращается в нерв, реагирующий на любое прикосновение. Оно обострено, напряжено, дыхание сбито, сердце бешено бьется в груди от осознания, что со мной творят, а я ни капли не сопротивляюсь.

Потому что не хочу сопротивляться.

Его пальцы проскальзывают в трусики и резко входят в меня.

– Не сдерживайся.

– Ох… да…

Я не собираюсь. Эмоции переполняют меня, настраивают на нужный лад, открывают новые горизонты. Я горю, пылаю, пока его пальцы трахают меня, скользят, возносят на новые вершины. Он словно открывает мою вторую сторону, которую я оставила в прошлой жизни. Я никогда не испытывала столь сильное вожделение к мужчине, теперь всеми силами хочу познать ее, ощутить на себе.

Но…

– Эй! – чувствую разочарование, когда он вытаскивает из меня пальцы и давит на поясницу.

– Прогнись.

Что он задумал? Но я не успеваю задуматься об этом – меня тут же наполняет длина незнакомца. И она похожа на его длину. На Криса.

Он резко толкается в меня, выбивает из меня громкие стоны, от которых больше не краснею. И мне это нравится. Мы с Крисом всегда были осторожны, сдержаны. У меня порой возникало ощущение нехватки остроты дерзости. Оно появляется здесь и сейчас, когда он берет меня сзади и хрипит возле уха. Когда он слизывает капельки пота с моей шеи, когда вновь тянет за волосы и прижимается губами к моей шеи, как вампир, оставляя свои следы.

Цитрусовый аромат, запах секса, его пот, смешанный с моим. Наши мокрые тела двигаются навстречу, я невольно подаюсь назад, чтобы чувствовать его длину глубже, острее. Я хочу его. Хочу, чтобы он продолжал брать меня также грубо, дерзко. Хочу кончить от его движений.

Я позволяю ему обхватить свою грудь и сильно вытянуть сосок. Перед глазами появляются искры, несмотря на то что они закрыты

маской.

– Помнишь, как мы занимались этим у тебя дома. В сауне, в джакузи, в гостиничном номере. Помнишь, как мы ходили в клуб, и сделали это на глазах у всех?

– Что сделали? Мы трах…

– Именно. В Голландии. Ты была очень хороша.

Его слова заставляют представить меня клуб и то, как я прогибалась под руками Криса. Он никогда не рассказывал мне об этой стороне наших отношений, не так подробно.

– Ты текла от одной мысли, что мы трахаемся на глазах у всех. Ты стонала, кричала, умоляла войти глубже жестче.

– Насколько жестче?

– Как сейчас.

Крис задвигался настолько быстро и глубоко, что я ощущала каждую вздувшуюся венку его длины внутри себя и сходила с ума. Прогибаюсь, кричу, царапая постельное белье под своими ладонями, впиваюсь в матрас от невероятных ощущений.

– Ты кричала как никогда, Аманда, потому что хотела принадлежать мне полностью.

И я расслабляюсь под этими руками, слушая пошлую историю нашего прошлого. Под его телом. Под членом, который трахает меня все сильнее и сильнее. Оргазм вот-вот должен подступить, сжавшийся комок нервов внизу живота вот-вот раскроется, унесет меня в пучину наслаждения.

Вот сейчас… сейчас…

– Ой, какие вы красивые! – восклицает мама, удерживая неугомонного Патрика на руках.

– Перестань, это всего лишь дискотека.

– Первая школьная дискотека!

– В следующем году они уже пойдут в среднюю школу. Этих дискотек и баллов будет куча.

– Представь, они вырастут, будут вместе ходить на бал, – мама мечтательно закатывает глаза. – Они пойдут вместе на выпускной, поженятся и…

– Эй, Элли, рано им еще думать об этом, – цедит миссис Ласки-Скотт, но до меня доносится их перешептывания по поводу нас с Крисом.

И как они представляют нашу свадьбу? Он вечно меня цепляет, а я убить его готова, потому что он мешает мне на уроках. Однажды Крис сговорился с одноклассниками и положил мне на парту паука. Я так испугалась, что мой визг слышала вся школа, даже наших мам вызвали на разборки. Но в итоге мы пошли в кафе-мороженное и съели две порции в качестве утешения. Кстати, куда делся Крис?

Он сидит на диване и смотрит видео на телефоне. Он сегодня в белой клетчатой рубашке и джинсах. Нам разрешили прийти сегодня без формы. Наконец-то меня не будет душить дурацкий галстук.

Крис говорил, что я похожа в нем на министра, а я в ответ твердила, что он похож на разгильдяя, потому что он никогда не завязывал его на узел.

– Держи, – Крис протягивает мне наушник и ждет, пока я надену его, чтобы включить новое видео. Мы смотрим на миленьких котят. Я хотела на день рождения малыша, но у Патрика нашли аллергию на шерсть, когда мы пошли в зоопарк.

– Это что?

– Это мой будущий котенок. А у тебя такого не будет.