Чтение онлайн

– Пока да. Утром подвергся потрясающему массажу.

– Вот как? – подхватила она. – Какому именно?

– Шиацу.

– Я люблю хороший массаж, – продолжала Сьюзан. – Но массажистки получают от отеля всего один доллар. Поэтому они предлагают дополнительные услуги и не любят работать с женщинами.

– Вы всегда можете дать чаевые.

– Я даю. Доллар. Но они любят мужчин.

– К вашему сведению, это был только массаж. Но место довольно аморальное.

– Будьте осторожны.

– Я не только осторожен. Я добродетелен.

– Достойно

похвалы. Но почему мы затронули именно эту тему?

– Из-за меня.

Сьюзан улыбнулась:

– Кстати, о гостинице: когда-то она принадлежала богатым вьетнамским супругам, которые выкупили ее у французской компании. А во время войны в ней жили в основном американские военные.

– Слышал.

– Потом, когда в семьдесят пятом году к власти пришли коммунисты, ее прибрало к рукам правительство. Здесь селились северовьетнамские партийные бонзы, русские делегации и комми из других стран.

– А что еще ждать от победителей?

– Я так понимаю, что отель превратился в свинарник. Но в восьмидесятых власти продали контрольный пакет акций иностранной компании, и она сумела избавиться от коммунистических постояльцев. Все отремонтировали, и получился международный отель. Я всегда здесь заказываю номера для деловых людей из США и Европы. – Сьюзан посмотрела на меня. – Я рада, что "Рекс" вам понравился.

Мы встретились глазами, и я кивнул.

– Не могу себе представить, куда запропастился мистер Эллис.

– Загляните в массажный кабинет.

Она рассмеялась.

– Давайте еще по одной, – предложил я.

– Почему бы и нет... – Она что-то сказала проходившему мимо официанту, полезла в кейс и, достав пачку "Мальборо", предложила мне.

– Спасибо, не курю, – отказался я. – А вы не стесняйтесь.

Сьюзан щелкнула зажигалкой и, пока прикуривала, тихо произнесла:

– У меня для вас кое-что есть.

Я не ожидал женщины, но решил, что так наша встреча меньше бросается в глаза.

– Я получила факс из вашей фирмы, – сказала она. – И пометила, что вам нужно, в газете. Она в моем кейсе. Кроссворд.

Мне объяснили, что вы поймете.

– Оставьте мне газету, когда будете уходить.

Сьюзан кивнула.

– Вчера вечером я отправила факс вашей фирме – сообщила, что вы зарегистрировались в гостинице. Передала, что рейс задержался на час по погодным условиям. Но в "Рекс" вы приехали через полтора часа после посадки. В чем дело – возникли проблемы в аэропорту?

– Перепутали мой багаж, – ответил я.

– В самом деле? Сюда прибывает не так много самолетов. И всего одна багажная карусель. Как могли перепутать ваш багаж?

– Понятия не имею.

Ее джин с тоником принесли вместе с моим пивом. Оркестр заиграл "Стеллу в звездном свете". Музыканты явно предпочитали небесные темы.

– Вы в самом деле работаете на американскую компанию? – спросил я госпожу Уэбер.

– Да. А что?

– А

до этого вы когда-нибудь делали нечто подобное?

– Не знаю. А что такого я делаю?

Умная отговорка, но мне требовался ответ. И поэтому я спросил во второй раз.

– Нет, – призналась она. – Меня попросили об одолжении.

Я выполняю подобные просьбы впервые.

– Кто попросил?

– Человек, которого я знаю. Американец.

– Чем он зарабатывает на жизнь?

– Служит в "Бэнк оф Америка".

– Вы хорошо его знаете?

– Достаточно. Сейчас он мой приятель. Уже шесть месяцев. А почему вы спрашиваете?

– Хочу убедиться, что вашего имени нет в списке тех, за кем следит местный КГБ.

Сьюзан кивнула:

– Здесь все под наблюдением службы безопасности. Особенно американцы. Но вьетнамцы не слишком разбираются в этом деле.

Я промолчал.

– Четвертая часть вьетнамских полицейских не носит форму. Полицейскими могут оказаться парни за соседним столом. Но пока я не закурю наркоту и не дохну им прямо в лицо, им нет до меня дела – их больше интересует пиво. Все очень случайно. Раз в месяц меня обязательно штрафуют за глупейшее нарушение правил дорожного движения.

Я снова промолчал.

– Все дело в деньгах, – продолжала Сьюзан. – Город набит дорогими товарами, а среднестатистический Нгуен зарабатывает три сотни в год, но хочет иметь все, что видит. И поэтому если он гражданский, то трется возле западных туристов в надежде на чаевые, младший брат попрошайничает на улице, сестра зазывает клиентов, а старший брат – полицейский и вымогает у приезжих.

– Кажется, я успел познакомиться со всеми.

Сьюзан улыбнулась и вдобавок просветила:

– Страна коррумпирована, но поборы в разумных пределах. Уличные преступления нечасты. И хотя канализация ненадежна, электричество в Сайгоне не отключают. Я бы не стала слишком волноваться по поводу эффективности государственной полиции. Все дело, наоборот, в неэффективности, правительственной паранойе и ксенофобии по отношению к людям с Запада, которые стараются убедить власти, что приехали заработать доллар, пофотографировать пагоды или позабавиться дешевым сексом, а сами вознамерились свергнуть правительство. Поверьте, мистер Бреннер, я не героиня и не патриотка. И если бы считала, что эта просьба грозит мне хоть малейшей опасностью, то ответила бы "нет".

Я подумал, что госпожа Уэбер чуточку цинична, хотя сначала не произвела на меня такого впечатления. Может быть, Вьетнам на нее влияет.

– Так почему вы согласились оказать эту маленькую услугу? – спросил я ее.

– Я же сказала, это мой глупышка Билл. Теперь у нас консульство, и он надеется, что консульские ребята помогут ему с бизнесом. Ха! Правительство знает про предпринимательство не больше, чем я про правительство.

– Значит, это кто-то из консульства попросил Билла, чтобы он... что?