В гостях у Перуна

Глава 1.

Кому это пришло в голову и когда (может предложение прозвучало случайно), я уже вспомнить не могла, но точно знала, что отказаться было невозможно. Мне предстояло в компании друзей и родственников совершить спуск (а точнее, сплав) на катамаране по течению реки, о котором я даже и мечтать, не смела, но в ином смысле. То есть, это не было вершиной моих желаний, а, как раз, наоборот, очень не хотелось этого делать, по одной простой причине. На ближайшие выходные у меня были свои планы. Но Ирина, как всегда, срубила их древо под самый корень, решив за меня, что

наступило то самое время, когда пришла пора подышать чистым воздухом, совмещая данное занятие с интенсивной работой руками, в виде гребли веслом.

Ирина, это та подруга из числа подруг, которых иногда хочется вытащить из конкретного места, как занозу, крепко засевшую и обосновавшую себе там основательное теплое гнездышко. Ростом, как говорится, «от горшка два вершка», она, тем не менее, имела талант заполнять пространство с такой скоростью и в таком объеме, что всем присутствующим, невольно, приходилось смолкать и внимать ее речам. Как ее терпел Сергей Анатольевич, совершенно противоположный ей по натуре следователь по уголовным делам, я не понимала, но уже и не пыталась, приняв это, как должное. Высокий, всегда аккуратно и со вкусом одетый, он никогда не противоречил ей, даже если имел иное мнение. Но с Ириной по-другому было и нельзя. Не только он, но и из нас никто не решился бы «лечь под колеса паровоза», несшегося на всех парах. А такое случалось не редко. Переубедить подругу, если она ступила «на тропу» своей и только своей правоты, не представлялось возможным.

Наряды Ирины тоже отличались от наших яркостью и пестротой красок, от которых иногда слезились глаза. Но бывали дни, когда, по ее представлению, она натягивала на себя «серую и безликую» одежду, чтобы показать всем, что ее накрыла депрессия. В такие дни она смотрелась вполне по-человечески и не «резала» глаза цветовым несоответствием. Но, несмотря, на такую разницу между нами во всем, при чем, абсолютно, мы сдружились с Ириной с первой же встречи. Учитывая те обстоятельства, через которые мы прошли, дружбе этой предрешено было носить статус «вечной».

– Значит, так,– сидела передо мной Ирина, которая собрала нас у себя дома.

Нас, это меня, моих двоюродных брата Алексея с женой Мариной и сестру Свету с мужем Иваном. Сергей Анатольевич, к сожалению, отсутствовал, окунувшись с головой в работу, стараясь покончить со всеми делами до выходных. Присутствовала при нашей сходке и мама Ирины (копия дочери), Софочка, наличие которой вынуждало наше общество вести себя по-особому, а конкретно, сидеть в безмолвии и в страхе пошевелиться. И вполне возможно, если бы не орлиный взгляд женщины, зорко следивший за порядком в наших рядах, никто из нас не согласился бы добровольно стать кормом для комаров и сгубить выходные на просторах водной глади. Даже Света, панически боявшаяся воды, быстро кивнула головой, подтверждая свое участие. Хотя, мне больше напомнило это судорогу от напряжения, в котором мы все пребывали.

– Значит так,– повторила подруга, зачем-то хлопнув в ладоши, от чего мы все одновременно вздрогнули.– Я все узнала и обо всем договорилась. У нас будет три катамарана и два гида. Кухонная утварь и все, что необходимо для

привалов, прилагается.

– Что из продуктов будем брать?– в руках Софочки волшебным образом оказался блокнот и ручка, и она приготовилась писать, впервые освободив нас от своего гнетущего взгляда.

Мы дружно издали выдох облегчения и ослабили напряжение в мышцах.

– Все указано в памятке,– как отрезала Ирина.– Но, если будет нужно, я еще посоветуюсь с Гришей. А пока, прошу сделать взносы. Я уже сегодня должна перевести деньги.

Не осмеливаясь противоречить, мы, каждый, друг за дружкой, покидая насиженные места, подносили свои подаяния, в виде озвученного денежного эквивалента, к столику, за которым восседали Ирина и Софочка. Их одинаково горделивые осанки так и не позволили мне разобраться, кто из них главнее и царственнее, пред которой нам следовало бы бить поклоны в большем количестве и с учащенной амплитудой.

– Так,– слюнявя палец, пересчитала купюры Ирина.– Все правильно. До пятницы можете быть свободными. Идите и собирайте вещи. Да, и сразу возьмите памятки. В них прописано все, что брать с собой.

Не споря, мы, словно сговорившись, ринулись к выходу, не забывая прихватить листочки бумаги, лежащие перед Ириной ровной стопочкой, и вскоре уже стояли у подъезда пятиэтажного дома, куда прибыли в понедельник вечером, по приглашению общей подруги.

– Что это сейчас было?– пришел в себя первым Алексей, утирая со лба капельки пота той самой памяткой.

– Гипноз какой-то,– подогнулись у меня колени и я села на скамейку, которая оказалась рядом.

Хотя, если бы по Земле не ходил тот добрый человек, который поставил ее здесь, я всенепременно рухнула бы прямо на землю.

– Я не хочу на сплав,– запоздало возмутилась Света.– Я же воды боюсь!

– А в квартире мы этого не поняли, когда ты кивнула, согласившись,– засмеялась Марина.– Там-то ты чего промолчала?

– А вы?– тут же среагировала сестра.– Вы все тоже были далеко-о-о неразговорчивы.

– Гипноз какой-то,– более уверенно повторила я, окончательно убедившись в своих подозрениях.

Мы помолчали, оглядывая друг друга

словно только что познакомились.

– А что?– подсел ко мне Иван, обращаясь ко всем сразу.– Я, в общем-то, не против. Мне идея нравится.

– С ума сошел?– накинулась на него супруга.– Какой это отдых? Я же буду в постоянном стрессе. А, вдруг, мы перевернемся? И все утонем?

– И мне нравится,– поддержала Ивана Марина, не разжалобившись на стенания Светы.– Что-то новое, что мы еще не пробовали.

– А выбора-то все равно нет,– присел с другой стороны Алексей.– Деньги заплачены. Или кто-то хочет попробовать их забрать?

Вспомнив, что там, на третьем этаже, сейчас сидят две фурии одинаковые не только с лица, но и со схожей хваткой, вырвать из рук которых теперь деньги не представляется возможным, я обреченно изрекла:

– Я, лично, не рискну. Придется, либо, распрощаться, с кровно, заработанными финансами, либо, забыть о спокойных выходных и попытаться изобразить удовольствие и счастье от времяпровождения, предложенного Ириной. Одно из двух.